Предисловие

Сборник включает письма преподобного Оптинского старца Льва к его духовному ученику, переданному ему от пострига, о. Иоанникию (Бочарову).

По матери о. Иоанникий приходился племянником знаменитому старцу схимонаху Феодору, ученику преп. Паисия Величковского. Поэтому несколько первых писем написаны старцем Львом совместно с о. Феодором, его духовником и сотаинником.

До последних дней своей жизни о. Иоанникий свято хранил память об этих богомудрых старцах. В честь своего старца и учителя в 1851 г. он принял схиму с именем Леонид. С любовию, тщательно, сохранял вещи, переданные ему старцами: икону Владимирской Божией Матери – благословение о. Феодора, которая была со Старцем в Молдавии; духовные книги, между которыми была рукописная книга творений св. Исаака Сирина, принадлежавшая старцу о. Феодору. В келлии о. Иоанникия хранились портреты его духовных наставников. В конце жизни о. Иоанникий, лишившись зрения, сохранял в памяти многие святоотеческие изречения, и часто пояснял, как толковали тот или иной стих старцы.

Как сообщает жизнеописатель о. Иоанникия, многие письма старцев Феодора и Льва были подарены о. Иоанникием ученикам и духовным чтителям старцев. В отделе рукописей Российской Государственной библиотеки сохранилось 18 писем старца Льва (три из них написаны совместно со старцем Феодором), адресованных о.Иоанникию. Письма написаны в период с 1818 по 1833 гг. из Александро-Свирского монастыря и из Оптиной Пустыни. Три из них уже были опубликованы: от 15 февраля и 14 марта 1822 г. – в книге „Жизнь и подвиги схимонаха Феодора“1; от 17 апреля 1822 г. – в книге „Житие Оптинского старца иеросхимонаха Леонида (в схиме Льва). В настоящем сборнике впервые собраны письма старца Льва к своему близкому ученику, которые предваряются обширной биографической выдержкой из Летописи скита Оптиной Пустыни.

Практически все письма дошли в нескольких списках. Часть из них содержится в тетради монаха Петра Севрюгина, несколько писем сохранилось в списке неизвестного лица, часть одного письма содержится в рукописной книге „Училище для монашествующих“ за январь 1845 г. 3 Все письма включены в состав двух рукописных книг писем старца Льва, которые в середине прошлого века готовились к печати. Именно они и послужили источником для данного издания. Анализ примечаний позволил определить время формирования рукописных книг 1854–1857 гг.

Письмо 1

М. С. О. Н. Г. И. Х. Б. Н. П. Н.*

Прелюбезнейшие о Господе отцы и собратия о. Гавриил, о. Евдоким, о. Иоанникий, о. Аарон!

Усердно желаем вам о Едином Пресладчайшем Господе Иисусе радоватися и мужествовать!

Приятнейшия ваши писания получили от почтеннейшаго диакона и содержанию по силе скудоумия нашего вняли. Мы – слава Премилосердому Богу – насчет посетительской истории пребывали спокойны, только при прочтении перваго уведомительнаго письма мало нечто было чувствительно клонящееся ко огорчению, но потом вскорости отошло...

...Объяснение же И. Г-ча почитаем заглаждением стыда... О. диакону о. Феодор по возможности внушал, дабы память Божию продолжал. Вас же всех вообще просим и молим приобучатися к мужеству и терпению, от чего бывает соразсмотрение истины, скорость же редко в чем похвальна...

О себе вас уведомляем: мы, слава Премилосердому Господу Богу, доколе терпящему нашему беззаконию, телом и духом пребываем покойны, паче нежели на Валааме. Присланы два парамана: один о. Гавриилу, другой о. Аарону, но еще с почты не получали; когда будет еще каковая оказия, постараемся переслать.

Прелюбезнейший брат о. Аарон! Мы вообще с о. Феодором разсуждали ваш сон по силе нашего скудоумия – и за лесть не утверждаем и за истину не отвергаем, но, по совету св. отцев, лучше предаваться Судьбе и Промыслу Всемогущаго, Поелику, когда есть Его, Создателя нашего, каковая смотрительная воля к пользе убогих душ наших, то всячески Сам, ими же весть судьбами, устроит, а нам по силе нашей старатися и повсечасно приуготовляти себя должно к творению Его святых и животворящих заповедей, кои исцеляют наши страсти и приуготовляют сердца к содействию любви Его.

И сократя, пребыть имеем с нашим обычным расположением и сердечною преданностию, ваши недостойные сомолитвенники, убозии и многогрешнии Иеросхимонах Леонид и многогрешных и недостойных грешнейший схимонах Феодор, нижайше земно кланяемся.

Прошу и аз, многогрешный и недостойный Иеросх[имонах] Антиох, святии отцы, ваших святых молитв и благословения, помолитесь, чтоб Господь Бог дал мне Свое милосердие и терпение. Остаюсь ваш послушник недостойный, земно кланяясь.

23 февраля 1818 г.

Письмо 2

М. С. О. Н. Г. И. Х. Б. Н. П. Н.

Пречестнейший и прелюбезнейший наш о Господе брат! Желаем тебе о Господе радоватися и благодушествовати!

Писание ваше получили и содержанию по силе скудоумия нашего вняли, на что при Помощи Всемогущаго и ответствуем.

Вы просите о выходе с подворья в наш монастырь или на подворье остаться и полагаетесь о сем на нашу волю. Мы с Божиею помощию, по возможности нашей, мало не по тонку, однако довольно усмотрели ваше на подворье пребывание и сообращение в должностях ваших и со отцем вашим Игуменом и удивились вашему неистовству и злокозненным усильственным поступкам вашим, коими раздражаете и огорчаете старостныя седины его, и, видно, не устрашают вас словеса св. Апостола Павла: „Противляяйся власти повелению Божию противляется“. И с таковым беззаконным вашим жительством никогда не возможете мир Божий имети в душах ваших, а разве обручение геенны; и мы, с Божиею Помощию, уразумели из обстоятельств ваших и сообращений, что вам теперь благословной вины не обретаем насильственно выходить в неизвестныя места. В подтверждение мы наслышаны от вернаго человека, что и Архипастыря нашего соизволения и воли нет вам к выходу. И Господа ради вас вообще с о. Г[авриилом] просим и молим постараться исправити злые ваши нравы и не употребляти своей треклятой воли, но во всем повиноваться отцу Игумену, в чем только несть преступления заповеди Божией и предания Св. Отец, и пожити до времени, поколь Премилосердый Господь восхощет и доколе Его святая воля будет. И посылаем вам бумагу, хотя и худу написанную рукою о. Гавриила, соглаголанную от уст наших, и по сей бумаге всевозможно старайтесь при помощи Божией в написаных неполезных поступках исправитися и, ежели законно и по совести положите начало, то при помощи Всемогущаго Бога увидите на опыте внутрь души отраду и покой.

И сократя, пребываем с нашим обычным почтением и преданностию ваши покорные слуги и недостойные сомолитвенники, многогрешный и недостойный Иеросхимонах Лев и схимонах Феодор, земно кланяемся и просим ваших святых молитв в подкрепление наших немощей душевных и телесных.

15 февраля 1822 г.

Александро-Свирский монастырь

О. Г[авриилу] и о. И[оанникию] написанныя сии статьи с Божиею помощию нужно исполнити:

Во-первых, пренужно прощение просить у о. Игумена за преслушание, что не пошел считать кружечной суммы, и дабы впредь, с помощию Божиею, когда позовут, быть готовым.

О. И[оанникию] за самочинную покупку и за преслушание прежде назначенной о. Игуменом епитимии должно потщиться, испросив у него благословения на трапезе, выполнить.

В какое послушание не положены, то должны мы свой стих помнити, а в посторонния другия отнюдь не мешаться. Без благословения о. Игумена или от него кому поручено будет правление таймечно как для себя, так и для прочих никаковых вещей не покупать; Поелику сие вменяется в святотатство, как о сем пишет св. Симеон Новый Богослов в главе 56-й.

В волю Божию всегда должно располагатися; а как волю Божию познати, о том со смирением старших отец или братию вопрошати, о чем пишет св. Иоанн Лествичник в слове 26 о разсуждении благоразсудном, в начале слова.

Без благословения о. Игумена или кому начальство поручено будет по тюрьмам и больницам мирским для посещения не ходить; а равно и ко своим единоградцам, мирским людям, без благословения отнюдь не таскаться.

В келлии двум полезнее сидети, нежели единому, но только с единомысленным и в мудровании согласным.

При помощи Божией всевозможно должны стараться на обеды не ходити, – кроме разве когда необходимо случится по великой нужде, по приказанию о. Игумена, или по нужде в дороге.

Начальствующих и прочую братию всевозможно, при помощи Божией, стараться ни в каких подозрениях не зазорить и не осуждать. Аще случится, яко человеку, кому провинитися, то должно вскоре раскаятися и полагати начало.

В книге св. Исаака Сирина приискать нижеписанныя слова и со вниманием прочитати.

В слове 30 в конце: яко не подобает прекословити помыслом лукавым; но возверзати себе на Бога, и проч.

В слове 36 в конце: не Дух Божий живет во иже в покои пребывающих, но диавол, и проч.

В слове 37 в конце: всякаго человека пользует искушение, и проч. до конца.

В слове 51: яко предаемии в руки судей мучитися, и проч.

В слове 55. Вопр.: Аще подобает всем заповедем Господним хранимым быти, и проч. вопр. и ответы до конца.

В слове 78: Да не взыщеши прияти совет от кого, не суща в пребывании твоем, и проч.

В том же 78: егда обрящеши мир на пути твоем неизменен, тогда убойся, и проч. В том же 78 в конце: яко от духовнаго жезла в преуспеяние и ращение души бываемая искушения, и проч. до конца.

Слово 79-е: О гордыни. Все сие слово многажды со вниманием прочитывать до конца.

В сл. 50 в конце: лучше бо нам смерть в подвизе, нежели жити в падении.

О. Г[авриилу] неполезно для жительства возвращатися на Валаам, Поелику его тамошнее жительство оказалось не к смирению ведущее, но к тщеславию и гордыни.

Всевозможно стараться признавати свою немощь. Наедине с женою не сообращатися, хотя и случится написати поменцы и проч.; а наибольше в своей келлии, по крайней мере, чтоб был третий.

Всячески при помощи Божией остерегатися в начальническия дела не мешатися, но только тому опасно внимати и исполняти со страхом Божиим, которое от начальства за послушание поручено будет.

Кроме нужной собственной потребы и своей благословной вины, под себе для разъезду извощиков не нанимать и без нужных потреб по С.-Петербургу не разъезжать.

От усердствующих вам христолюбцев денег для своих особенных потреб не брать, дабы для собрания денег и нам не уподобитися Иуде предателю.

А когда вам в чем прилучится крайняя и необходимая нужда, тогда должны попросить со смирением у о. Игумена или кому поручится начальство. А разве нечто особенно какой возъусердствует, то можно предложить, когда усердно расположится, на неугасимо горящее кандило иконы Божией Матери, сколько кому на сердце Премилосердый Бог положит, на деревянное масло, и сие принять.

В дополнение вам, прелюбезнейшие наши отцы и собратия, присовокупим: Аще восхощете вы нас послушати, многогрешных и недостойных, то вы сами не должны о себе начинати никаковых дел о перемещении с подворья ни в какое место. Но когда при всех наших вышеписанных предосторожностях каковой возчувствуете в себе душевный вред, тогда просим вас немедленно, сколько возможно, обстоятельно письмом к нам многогрешным написать на разсмотрение. И тогда, Аще Премилосердый Господь потерпит грехом нашим и живи будем, то с Божиею Помощию, по возможности и по воле нашей, что усмотрим полезно душам вашим, потщимся написать к вам.

А когда вы будете по воле своей начинати или делати, то вы сами свой суд и бремя носити будете, а мы, хотя многогрешнии и недостойнии, но пребудем чисты от крове вашея.

Многогрешный и непотребный писал сии статьи Иеросхимонах Лев, купно с советом единомысленнаго своего схимонаха отца Феодора своею рукою. Я и свидетельствую о сем, многогрешный и недостойный схимонах Феодор.

Письмо 3.

М. С. О. Н. Г. И. Х. Б. Н. П. Н.

Прелюбезнейшие наши отцы и собратия о. Г[авриил] и о. И[оанникий], усердно желаем вам о Едином Пресладчайшем Господе Иисусе радоватися и благодушествовати.

Приятное писание ваше мы недостойнии получили и 2 ф. калгану 16 и инбирю от служителя нашего Филиппа Ефремова и покорно благодарим за уведомления ваши. Мы не помалу удивляемся, прелюбезнеший наш батюшка о. Г[авриил], что вы оставляете свои душевныя язвы врачевати, а сокрушаетеся и смущаетеся о чужих мнимых вами недостатках, а кольми паче о настоятельских обстоятельствах. Мы о распоряжении начальников ответа Богу давати не будем; а они за нас, подчиненных, неотменно ответ Богу отдадут. Аще и святый будет настоятель, а мы будем стропотны, и непокорливы, и по своим волям ходящии, никакой нам пользы не будет, а разве большее осуждение будет. Внимаем себе и о своих душах печемся, како предстати пред судищем Христовым и ответ отдати Богу за содеянныя нами дела, словеса и помышления, а не о других нам, самим немощным, пещися; но оставим то сильным, и здравым, и могущим пользовати других. А о сем ты не удивляйся, что по приезде твоем и по прочтении писем о. И[оанники]ю напало большое разслабление от уныния: если бы он располагался в волю Божию о жительстве своем, как и мы многогрешнии прежде вам советовали, то бы, получа и прочитавши письма, непременно должен ощутить облегчение и разрешение в душе своей. А теперь видно от действа, что он сложился по трехклятой своей воли, как ему бес внушил и советовал, и теперь увидел, что его воля, советуемая от беса лукаваго, не исполняется, и от того он унывает и сокрушается. Но только вы будьте уверены от нас, что мы не обременяем вас и не понуждаем, чтоб вы нас слушали и нашего совету держались; а мы только делаем, чтоб нам совесть свою очистить и на Страшном Суде ответа Богу не отдать. А вы когда будете по своим волям жити и по своим хотениям, которыя противны воле Божией, будете творити свой суд, носити и бремя будете, а мы чисти пребудем от крове вашея; а вы что будете сеять, то и пожнете.

Ваши покорные слуги, многогрешные, немощные и разслабленные по всему Иеросхим. Лев и схимон. Феодор. Земно кланяемся и просим ваших св. молитв в подкрепление наших немощей душевных и телесных.

14 марта 1822 г.

От книги Св. Иоанна Лествичника с толкованием, печатанной в Москве, от слова 4-го о послушании лист 80 на обороте: „Сущее от невозможных есть, еже своей воли противитися диаволу, и да препрят тя, иже в лености живущии, и в едином безмолвном месте претерпевше или во общем житии, да бывает нам еже от мест ратуемое отхождение нашего тамо благоугождения указание. Еже бо ратоватися – знамение есть еже ратовати“. Толкование: Невозможно есть, да сопротив станет диавол своей воли когда, он бо разслабленна всякаго человека хочет жити и в небрежении и не творити волю Божию. Аще неких обрящет таковых, не сопротивится им. Аще бо им воспротивится, своей воли сопротивится всяко. Невозможно же быти сему когда.

Кланяются вам о. Феофилакт и отец Израиль и просят ваших святых молитв. Отцу Амфилохию и о. Варсонофию от вас свидетельствовали ваше почтение, и они остаются благодарны.

Письмо 4

Христос воскресе!

Пречестнейшие и прелюбезнейшие наши о Господе отцы и собратия о. Г[авриил] и о. И[оанникий], усердно желаем вам о Едином Пресладчайшем Господе Иисусе радоватися и благодушествовать.

Пущенное вами писание 10-го апреля мы получили 14-го и содержанию, по силе скудоумия нашего, вняли. Хотя мы, за премногие грехи наши и нерадение и лишились всеобщаго нашего душевнаго наставника к спасению – но что же делать?.. Не отчаем себя в конец, ибо когда по его, при последних часах бывшему, дражайшему наставлению будем следовать, то есть чтобы отнюдь не разлучатися из духовнаго нашего сообщества и союза, а пребывать между собою в совете, духовной любви и друг друга послушати, – когда сие наставление при помощи Всемогущаго потщимся исполнить, то, хотя и находимся в крайней душевной бедности, но веруем Премилосердому Господу, что он, имея у Него дерзновение, своими богоприятными молитвами к неограниченному Его благоутробию всячески и паче будет нам бедным вспомоществовать; только мы сами должны старатися не отпасть нерадением нашим от духовнаго его мудрования; а то, хотя телом и разлучился от нас, но духом пребудет с нами.

А что вы пишете, что вам находит там... иногда трепетная боязнь, дабы чем не растравитися, – этого, по нашему худому разсуждению,мы все вообще должны боятися и трепетать поползновения, и не токмо в столице, но где бы ни случилось жительствовать.

Что же касается до пищи, – кажется, вам это уже решено во время вашего личнаго посещения, что предлагаемая с воздержанием употреблять во Славу Божию, а для чревобесия не изыскивать излишняго.

А насчет неудовольствий, по мнению вашему, от собратий, то всечасно просим и молим Премилосердаго Владыку нашего, Создателя и Промыслителя, дабы даровал нам бедным разум для безпогрешительнаго обхождения с ними и в находящих дабы ниспослал терпение. В таковых случаях пренужно вспоминать себе для утешения авву Кира, коего все братство выгоняли и хухнали и из трапезы, и проч. Но он при исходе от тела благодарил их, что они его искушали; вместо же того он от бесов пребыл неискушаем. Да еще вам припомню: Батюшку, всеобщаго нашего отца Феодора, скажите – где любили?.. И св. Апостол пишет, что „хотящии благочестно жити гонимы будут“.

...А большие ваши, что сеяли и досевают, то пожнут и жать будут до избытка... Признавать же себя во всем недостаточными... – это пренужно и не токмо нам, но и всем вообще; мы же, пребеднейшие, как скудоумны, то везде нам должно жить и повсечасно сообращатися с братиею для заимствования добраго.

И сократя, просим вас и молим вообще, Господа ради, потерпите еще тамо. А что вы в великом градусе выражаете, что случается вам ночевать в трех и более [домах], это нам с вами полезно: вы, видно, забыли слова покойнаго Батюшки Феодора – он часто повторял мысль единаго духоноснаго Старца, что нам должно приобучать себя так, что ежели, времени зовущу, прийдется и в тюрьме посидеть, чтобы и там совместно было.

Возблагодарим Премилосердаго Господа Бога, устрояющаго нашу судьбу в пользу убогих душ наших, и паки просим потерпеть: может, Премилосердый Господь не преподаст ли нам каковаго неизреченнаго Своего милосердия!

...Пещись же нам чрезмерно не о чем, а только по возможности о убогой душе нашей. А когда бесовские помыслы влекут в душепагубную жизнь, то мы должны на сие воображать и помнить, для чего отлучились мира и всего, яже в нем, – единственно для спасения своей души. При пострижении дан нам на злые помыслы мечь духовный – четки, дабы сим отражать помыслы, бываемыя от врага, ибо св. Иоанн Лествичник в „Лествице“ пишет: „Иисусовым именем бий ратники, не обрящеши бо крепчайша оружия ни на небеси, ни на земли.“ О, отцы наши и собратия! Попечемся о спасении убогих душ наших и потщимся всегда призывать в помощь Имя Божие.

И сократя, пребыть имеем с нашим наичувствительнейшим почтением и обычною преданностию, ваши покорные слуги и недостойные сомолитвенники, многогрешнии Иеросхимонахи Лев, или по форме Леонид, и Антиох заочно униженно кланяемся, прося ваших святых молитв в подкрепление немощей наших душевных и телесных.

За уведомление о смерти благодетеля нашего Дмитрия Ивановича Маркелова благодарим; но только жаль, что кратко о нем написали, можно бы вам написать, как скончался и котораго числа... Помяни Господи его душу!.. По замечанию, в нем была воня смирения и простоты, так что и у редкаго монашествующаго едва ли только обрящется!.. Надежно, ...не увидится ли там с Батюшкою нашим о. Феодором.!

О. Иоанникию, кажется, теперь можно по желанию его побывать к нам, пока еще мы в живых; но проситься, помолясь Богу, дабы возвестил Господь о сем о. Игумену; с вольным духом, а не усиливаться.

17 апреля 1822 г.

Письмо 5

М. С. О. Н. Г. И. Х. Б. Н. П. Н.

Пречестнейший и прелюбезнейший наш о Господе собрат о. И[оанникий], усердно желаем тебе о Едином Пресладчайшем Господе Иисусе радоватися и в находящих благодушествовати!

Приятное ваше писание, пущенное от 13-го числа вами, мы получили того ж месяца 17 числа и благодарим за уведомление. Насчет же вопрошения вашего в разсуждении вашего положения мы, ничтожнии, не знаем уже, что и советовать: видно, мы за премногие грехи наши пришли в тупик, что некуда уже и ступить... Хощу я, недостойный, вам посоветовать, чтоб вы по следам о. Г[авриила] просились на 6 месяцев, но едва ли удастся, ибо еще и та болезнь в Настоятеле не в последнем градусе. А при том вникните вы сами в свое здоровье, как больному проситься в дальний путь или перемещаться куда-либо в другой монастырь?.. Ныне вы сами знаете: больных мало любят и не с аппетитом принимают. Но ежели вам посоветовать ехать на Валаам по определению начальства, то вы при слабых ваших силах чем там будете заниматься? Да и с кем будете иметь душевное сношение? Ну, кажется, довольно по человечеству предложений, и видите – во всем неудобство. Но видно по нашим человеческим разсудкам и предположениям, что примирить себя по душе невозможно, а посему, по своему безумию, не нахожу и духу не собираю, чтоб советовать вашей любве проситися куда теперь при таковых слабостях и обстоятельствах!.. Ежели же необходимость потребует, то что ж будем делать – должно отправляться и на Валаам! – Слава Премилосердому Господу Богу, что благомыслящие и добра желающие для своих душ там жили и теперь живут, и нам, если паче чаяния обстоятельства понудят, должно повинутися на время...

Вы, прелюбезнейший, вспомните нашего всеобщаго Батюшку отца Феодора, как он всегда предавался воле Всемогущаго Попечителя и Промыслителя, да и не погрешил в своем последовании, но достиг благонамереннаго пристанища и нас с тобою поручил Всемогущему Промыслу... Он нам всегда советовал и увещавал располагатися на Промысл нашего Искупителя и нелестнаго Попечителя... Милосердый же Господь исполняет и обращает все в Свою волю и на пользу нашу, хотя по видимому и противными нам средствами и последствиями. А мы, при помощи Премилосердаго Господа Бога, потерпим да и посмотрим, как наша А-я судьба кончится, а равно и о. Г[ав- риила] посмотрим, как будет востребован, – но едва ли сие случится. – Еще же и то можно сказать, не все же будут делать по нашему вероломству, но должны когда и меры восприять.., да кажется, по-видимому, и головка показывается, – видно, сподумавшись, надобно воспоследовать ветру другому.

...А о упоминаемых вами приключениях, прилучившихся с о. Z., да весть твоя любовь, что эти повстречались события не без попущения Божия – вникните только потоньше в положения предыдущия и последующия, предприемлемыя ими. Но Премилосердый Господь, как писано есть у многих святых и у св. Исаака Сирина (в коем именно слове, не упомню), – „всем немощам терпит Всемилостивый Господь, неизреченным Своим милосердием подвизаем, но присно ропщущих не попустит, дóндеже не накажетъ“. А особливо этакия приключения попущаются наиболее для того, дабы мы, видя пострадавших, предостерегали себя от попущающих вин к таковым искушениям. Но, о горе мне, окаянному! не токмо я не уцеломудряюсь примерами страждущих, но и сам, многими заушаем искушениями, и не чувствую.

Еще для утешения души твоей помянуть нам вздумалось откровение, бывшее достоблаженному нашему Батюшке, в коем на опыте изъяснено, что каковую вещь Премилосердый Бог восхощет возстановить, того никакия обстоятельства отвратить не возмогут.

...Но и помни, что сколько Премилосердый Господь попустит за наши согрешения врагу действовать, столько всеобщий враг диавол и действует.

...А о присылке нашего в прежнем письме назначения более не безпокойся. Слава Богу, что так случилось, что не было попутчиков; а то мы было расположились сластолюбствовать, но теперь на опыте видим, что довольствуемся волпухами и редькою и также подкрепляемся – силы таковые ж.

Итак, сократя наши скудоумныя строки и пожелав вашей любве мужества и долготерпения, – и надеемся в этом, ибо, кажется, вы более терпели.., да при помощи нашего Создателя потерпим и до конца (т.е. до посещения милосердием от Всещедраго и Всемилостиваго Бога); и якоже Он Един всесилен и всемогущ устроит нашу вообще и мою судьбу в спасительный конец. Остаемся ваши покорные слуги и недостойные сомолитвенники, многогрешнии Иеросх. Антиох и Леонид и монахи Харитон и Макарий, всеуниженно заочно кланяемся и просим ваших святых молитв в подкрепление наших немощных сил душевных и телесных.

20 марта 1823 г.

Александро-Свирский монастырь

Письмо 6

М. С. О. Н. Г. И. Х. Б. Н. П. Н.

Пречестнейший и прелюбезнейший наш собрат Отец Иоанникий! Усердно желаем тебе о Едином Пресладчайшем Господе Иисусе радоватися и благодушествовати!

Писание ваше, пущенное вами 18 сентября, мы получили 22-го того же месяца и благодарим за уведомление. Того же числа получили и письмо от Е. Т-ча; пишет, что точно крайнею болезнею одержима А[килина] И[ванов]на; и мы, по его желанию, молебен отпели Божию угоднику преподобному Александру Свирскому Чудотворцу. И ежели Богу угодно и ей еще на пользу пожить, то и надеемся на милосердие Всемилостиваго Бога, наказуя наказующаго, смерти же не предающаго, что за молитвы угодников Божиих, преподобнаго Александра и Батюшки отца Феодора, пооблегчится и возмужает.

Вас же прошу и молю, прелюбезнейший мой о. И[оанникий], во всех находящих благодушествовать и, по возможности, подвизатися, дабы „положити начало“ при помощи Всемогущаго Бога за молитвы угодников Божиих.

Аще от немощи и обычая злаго и согрешаем, но по силе да подвигнемся к покаянию, Поелику писано есть: „Несть грех, побеждающь человеколюбие Божие“. Наиболее же в конец да не ослабеваем и не отчае[вае]мся в милосердии Создателя и Искупителя нашего. О чем довольно ясно пишет св. Петр Дамаскин на листе 84-м в слове 8-м: „Занеже убо грех удобен зело и праведным, покаяние же не всем удобно [за еже быти ему близ смерти, и прежде сея отчаянию. Добро], убо еже не падати или, еже падати, и воставати. Аще же пасти случится, добро, еже не отчаяватися и не удалятися человеколюбия Владычня. Может бо хотяй сотворити милость с немощию нашею, точию Того да не удаляемся, ниже да утесняемся, от заповедей понуждаеми и не могуще доспети да не оставляем, но и познаем, яко един день пред Господем, яко тысяща лет, и тысяща лет, яко день един. Ниже отчаеваемся, ниже да падаем, но присно да полагаем начало. Пал ли еси – востани, и паки пал ли еси – востани, точию врача да не отступиши и самоубийцы горший да не осудишися отчаянием. Потерпи Его, и Той милость сотворит или обращением, или искушениями, или иным смотрением, тебе недоведомым. Имать бо диавол обычай прилагати душе, кая либо обретает той предлежащая, или радость, или мнение, или печаль, или отчаяние, или трудов безмерие, или всесовершенную праздность, или аки бы чрез потребу вещи и разумения безвременне, или помрачение и неразсудную ненависть ко всем сущимъ“.., и прочее. За долготу письма оставляю последующее, но, Аще хощеши, прочти в книге и обрящеши утешение.

А что вас назначили помощником новоопределенному казначею, то о сем малодушествовать отнюдь не должно, ибо что без нашей воли и хотения определится – в том во всем помощь Божия бывает, только нам непременно должно памятовать себя и своего звания правила и намерения. Хотя по воле Божией и попустится нам в означенной должности побыть сколько для искусу, причем при помощи Всемогущаго будем только совесть свою хранить и умеренности держаться, – то не хуже твоего келлиаршества, которое с хладнокровием ты проходил, освободят тебя не помедля, увидя твою вялость в делах и во интересе. А к тому же иметь будешь случай к выходу – в разсуждение выезда в столицу.

...Однако, при помощи Всемогущаго, можно и теперь просьбу подать. Когда не позволят для богомолья в Киев, то, кажется, можно проситься и для приискания себе места в Калужскую или Орловскую епархию, для чего перепиши прежде подаваемыя просьбы. Когда же паче чаяния и не уволят по их уловчивости, тогда можем себя уверить, что, видно, воли Божией нет, дабы нам куда выйти, но должны потерпеть, а виною остановки этой приписать содеваемые нами грехи; Поелику писано есть: где воля Божия содействует, там и агарянскому сердцу Бог возвестит соделати милость нам, а кольми паче благочестивым священномонахам.

Я во время бытности моей, кажется, пересказывал тебе свое намерение, что не только сам хотел отправиться в путь, но и тебя выпросить у митрополита. Но ход дела совсем в противность намерению нашему вышел, о чем один из духовных особ, разсуждая, говорил: „Видно, или не на пользу вам преднамеренный путь, или еще „не у время прииде“. К последнему у меня чувство более расположилось, и почувствовал с приятностию.

На прошедшей почте получил я письмо от о. Гавриила и о. Израиля с Феофилактом. Вообще пишут, что 17-го августа приезжал к ним Преосвященный Филарет Калужский и про меня якобы изволил говорить утвердительно, что чувствует о непременном моем прибытии в Оптин или вообще в его епархию. И между тем объявил указ из С.-Петербургской Консистории о высылке его (о. Гавр[иила]) обратно на Валаам. А потом сказал: „Если ты хочешь, о. Гавриил, жить здесь, то я сам напишу письмо к Преосвященнейшему митрополиту о увольнении тебя, и будь покоен“.

Еще мне, яко человеку плотскому и плотское мудрование имущему, пришло от праздности на ум преподать вам совет: когда приедет новоизбранный Игумен И. и произведут его, тогда ты, помолясь Премилосердому Господу Богу, управляющему нашими судьбами, пойди к нему и со всевозможным смирением припади к его стопам и просись, говоря: „на мне первом явите свою отеческую милость...“ И когда на сие понудишь себя со смирением, то благонадежно, что его сердце тронешь и нехотя соизволит твоему желанию, брате и отец любезнейший! Вы помните святых отец писание, что „наше и в нашем соизволении ко благу соизволяти и Премилосердаго Бога утверждати...“

Мы на сей же почте посылаем письмо к о. Гав- риилу с братиею; и, сколько могли, советовали наиболее всего, чтобы всегда возлагали себя и судьбу свою на Промысл Всемогущаго нашего Создателя и Искупителя. А равно и вам то же советуем: употреби вышеписанное по возможности сил человеческих, совершение же твоих желаний предоставляй Промыслу Всемогущаго, Поелику Он Един весть,что нам на пользу и к назиданию, а мы иногда „не вемы, чесо просимъ“, потому и не получаем просимаго.

От о. Пафнутия также получили письмо, пишет нам тоже... Мы ему отписали на прошедшей неделе и два портрета Батюшкиных послали.

И препоручая вашу судьбу Премилосердому Господу Богу, наказующему и возставляющему немощных, по неложным Его словесам: „Сила бо Моя в немощных совершается“; а Премилосердый Господь за молитвы Батюшки нашего отца Феодора да вразумит и просветит ваш разум к соделованию полезнаго и да утвердит вашу любовь Своею неизреченною благодатию к творению Его животворящих заповедей. За сим мы непотребнии пребываем с наичувствительнейшим пожеланием вам успехов к назиданию душевному, ваши покорные слуги и недостойные сомолитвеники, многогрешнии Иеросхимонахи Антиох и Леонид и монах Макарий Грузинов, униженно кланяемся и просим ваших святых молитв.

Еще просим вас: так как вам теперь есть некоторая свобода шататися, справься, пожалуй, что Акилина Ив[ановна] Черкасова, бедненькая, здорова ли она? Я что-то сомневаюсь и мнением побеждаюсь о ея здоровье, Поелику, когда она на провожание нас в дорогу хлеба приносила, прилучился тогда дождь пресильный и она ноги намочила. Я просил ее, чтоб она выпила эликсира немножко. Она поупрямилась. Мы к ней два письма писали – одно чрез бабушку Феклу Игнатьевну Кудрявцеву, а другое чрез Якова Ивановича Грузинова; но чрез иныя руки ей не от кого получить, прямо же писать к ней поусумнились, ибо она намеревалась переменить квартиру. А как ответа от нея не получили, то еще более сомневаемся. Пожалуйста, справься о здоровье ея и уведомь непомедля. Да еще пришли при оказии таковой же кушачек, какой я для себя у тебя взял, ибо для человека единаго нужен.

Димитрию Васильевичу Адинцову со всем его благоприятным семейством от нас поклонись, пожалуйста, всеуниженно, а Михаилу Дмитриевичу – особенно.

1 октября 1823 г.

Письмо 7

М. С. О. Н. Г. И. Х. Б. Н. П. Н.

Пречестнейший и прелюбезнейший наш о Господе собрат отец Иоанникий! Всеусердно желаем тебе о Едином Пресладчайшем Господе Иисусе Христе радоватися и в находящих благодушествовати.

Благоприятное ваше писание с достопочтеннейшею благодетельницею Ак[илиною] Ив[ановною] исправно получили и содержанию по скудоумию нашему вняли...

Гвоздья и навертку при посылках от лодочника Балашева исправно получили; а равно и портрет Батюшки о. Феодора, мало похожий впрочем. О худом своем здоровье не скорби, ниже малодушествуй, но мужественно при помощи Божией терпи со благодарением, благословляя Премилосердаго Господа, попустившаго нам таковую слабость к чувствованию о своей неизбежной и неминуемой смерти, ибо мы с тобою и биемы – не чувствуем, ниже умиляемся и не поощряемся к покаянию. Сие нечувствие существует в нас наиболее от разсеянности нашего ума, молв и попечений о делах внешних, ибо худо стараемся хотя часно поуединиться и наедине помолиться; а по тому самому и пребываем, яко безплодныя смоковницы, не творящия ни малаго плода. Но что же будем делать?.. Да смирим себя и да восприимем мытарев образ покаяния, повсечасно внутрь нас вопия: „Боже! Милостив буди мне грешному и по всем частям непотребному, и не яко же аз хощу, но яко же Ты, Господи, хощеши, устрой о мне вещь ко спасению“. И за молитвы нашего всеобщаго Батюшки о. Феодора Всемилостивый и Всесильный Господь, яко чадолюбивейший отец, негли и отмстит нашим всеобщим врагам, пленяющим наши чувства и ума движения, и воскресит плененныя наши души от падения, всячески устрояя нашу участь во благопотребный и спасительный конец. Итак, когда Премилосердый Бог по нас, кто тогда дерзнет на ны?..

...Слава Великодаровитому Господу Богу нашему Иисусу Христу, вот уже мы на сем свете шестой десяток годов доживаем, но никогда ни единаго безпризреннаго больного, по улицам валяющагося, не видали, но все милосердием Его, Создателя нашего и Искупителя, приняты христолюбцами под кровы и по достоянию упокоеваемы. Вы для утешения своей немощи вспоминайте Василия, „злонравнаго раба“, изгнаннаго господином из дому во время глада, како терпением спасеся; о чем написано в житии святителя Нифонта.

Просьбу вам послать к Игумену по форме советуем. И пославши, да молимся Богу, дабы о нас лучшее устроил. И ежели ему Господь возвестит подписать, то да сочтем за Промысл Божий; а ежели и не подпишет, то все к предбудущему прошению пригодится, а мы тогда потерпим – за грехи наши.

О повстречавшихся неприятных обстоятельствах писанное вам подробно от [о. Гавриила] и [Израиля] письмом и чтоб вы оное к нам не пересылали, то почему же не прислал, а особливо с А[килиной] И[вановной] Ч[еркасовой]? Или вы правда помраки забились там, но и позабыли – ведь у них дело пошло другим оборотом. Вы не подумайте, чтоб сие не подействовало в пользу благомыслящим и спастись желающим. Вам же мнение в разсуждение их междоусобий, чему надо быть, и мы подтверждаем.

...Брату Алексию поклонись и скажи ему, что это не так ему попустилось, не просто, но, видно, или помыслил нечто о себе, или каковая другая вина подобная от него последовала. Но да молится Господу Богу, управляющему нашею жизнию, и да призывает в молитве Батюшку отца Феодора. Господь Всесилен все ниспослать к пользе души его и телу. И нашему собрату о. А[арону], видится, Премилосердый Господь, по неизреченному Своему милосердию, начал попущать искушения, дабы почувствовал лаврские потемняющие его чувства плоды. При случае вашего с ним свидания изъяви от нас ничтожных всеуниженное почтение и с достодолжным поклонением попроси его святых молитв в подкрепление наших немощных сил душевных и телесных; а равно и вас о том же просим и молим.

И сократя сии ничтожныя строки, пребываем с обычным почтением и преданностию ваши покорные слуги и недостойные сомолитвенники, многогрешнии Иер. Антиох и Леонид, и монах Макарий заочно всеуниженно кланяемся. И собрат Сергий кланяется и просит святых молитв в напутствие к Вологде, на будущей неделе намерен он отсюда отправиться.

При сем посылаем вам еще 25 руб. для напечатания для нас 100 эстампов, Поелику уже все у нас вышли. Вы, о. Иоанникий, когда вам здоровье позволит и время и поколь ты там, сам о сем постарайся, доложись о. Аарону. А ежели время не позволит или не можно, то попроси нашим именем валаамскаго послушника и сотрудника нашего Михаила Димитриевича Адинцова, дабы он там побыл, пока выпечатают.

29 мая 1824 г.

Алек[сандро]-Св[ирский] монастырь

Письмо 8

М. С. О. Н. Г. И. Х. Б. Н. П. Н.

Пречестнейший и прелюбезнейший наш собрат отец Иоанникий! Усердно желаем тебе о Едином Пресладчайшем Господе Иисусе Христе радоватися и благодушествовати!

Благоприятное писание ваше, пущенное вами 19-го августа, мы удостоились получить 22-го и содержанию по силе скудоумия нашего вняли. На вопрошение ваше, при помощи Всемогущаго Создателя нашего и Искупителя Господа Иисуса Христа, соизволяем повинутися обстоятельствам, т. е. перейти в Лавру в свечники. Мы полагаем, не для того только, дабы удобнее выйти времени зовущу, но и для того, что в Лавре воздух поздоровее, да и власть полная – взыски строгие. Хотя бы маленько человеческим страхом нам с тобою хвостик поприжали б поменьше таскатися и разъезжать под видом покупок; чрез что и свои чувства разсеяваем с потерею целомудрия и приобретаем душевную удаву – пагубное отчаяние. Мы давно понимали и разсуждали, что ваше жительство на подворье и собращение без всякой осторожности с женским полом превосходит со усугублением лаврское, и пооткровеннее вам скажем, только одно имя содержите валаамских правил, а на дела наши кто посмотрит из просвещенных и опытных в деяниих, то едва ли что не согласится лучше помолчать и Божию правосудию предать. При этом нельзя ли мне хотя мало что по долгу моему и обязанности напомянуть вашей любве еще особенно, яко святаго нашего всеобщаго старца Батюшки Феодора племяннику, да разсудим со вниманием, чтоб нам таковаго святаго мужа родство и примерная жизнь, богодухновенныя наставления вместо существенной пользы да не на вящшее бы осуждение обратились... А отчего?.. От нашего небрежения и слабаго произволения, ибо и слышавши, и видевши светлые и целомудрием блистающие советы и наставления, самовольно потом уклоняемся ко сластям и страстям, и наиболее к запрещенным Божественным Писанием?.. И как я слышал от верных, дерзаешь самовольно и себе разрешаешь пить чаек с сахаром, и тем, конечно, сквернишь себя и свою совесть! ...О, нечувствия и помрачения злонеистоваго! Воистину можно сказать, что биемы – и не чувствуем, и раним себя своим небрежением!... Я не помалу во изумление прихожу и удивляюсь Всемогущему Владыке и Промыслителю Господу Иисусу Христу, имущему премногих сокровенных рабов Своих, с чистым произволением и не лукавою простотою и беззлобием работающих Ему, и меня, недостойнаго, удостоил из оных некоторых видеть и собеседовать и некоторую отраду получить убогой своей душе.

И сократя, паки напоминаю – да положим начало, при помощи Всемогущаго, хотя перейдя в Лавру, оставить сахар и прочия душевредныя прихоти. А то смотри, хотя я не могу вам прямо сказать, что „от сонмища“ нашего отлучен будеши, ибо связь Евангелия святаго – союз ненарушимый! Но от примера святых отец (а особливо св. Исаии Скитскаго), хотя и страшно, но ко облегчению моей совести прилично вам сказать: „Смотри! Ежели не будешь в законном и к назиданию души твоей слушать многогрешнаго мнимаго старца твоего Льва, то „отступление твое накажет тя!..“

Но да преподаст тебе Милосердый Господь чувство ко благому и разсмотрение от вредящих. Я же, хотя и скверный и помраченный, но не помалу помню и то, что когда вы приезжали при жизни нашего Батюшки о. Феодора, когда он вашу руку возлагал на свою выю, и бремена твои брал на свою ответственность, и о спасении твоем уверял, только бы ты слушал его советов; а после него кого вы должны слушать, – сам ты можешь понимать... Итак, когда и после достоблаженнаго Батюшки будешь слушать его советов, то тебя Премилосердый Господь не оставит Своим неизреченным милосердием, но всячески устроит твой путь в душеспасительный конец; чего и пребываем всеусерднейшими желателями и покорными слугами, многогрешные Иеросх. Антиох и Леонид.

25 августа 1824 г.

Александро-Свирский монастырь

Письмо 9

М. С. О. Н. Г. И. Х. Б. Н. П. Н.

Пречестнейший и прелюбезнейший наш собрат о. Иоанникий! Усердно желаем тебе о Едином Пресладчайшем Господе Иисусе Христе радоватися!

Приятное ваше писание, пущенное вами от 15 декабря, мы получили 19-го того же месяца и содержанию вняли. Слава Всемилостивому и Премилосердому Господу! Вот уже ты переведен и в Лавру, – долго сватан, но не скоро введен!.. Но, переменив наскученное место и опасныя сообращения, ко вреду душевному влекущия, пренужно нам с тобою, за молитвы всеобщаго Батюшки отца Феодора, с переменою места жительства изменить как воздержание чувств, так и сообращение... А когда в начале, при помощи Всемогущаго, не понудимся к положению благаго начала к изменению вышеписанных пренужных предметов, то да смотрим, что пишет св. Феодор Едесский в 6-й главе: „Камень, с горы сваляяйся, ровище водное быти претворяя. Сия убо реченная всякими образы стяжавшему их делают погибель“30. Посему, прелюбезнейший, да помним мы свои обеты, данные нами при пострижении, и богодухновенныя наставления предражайшаго и достопамятнаго твоего дядюшки пр. Феодора, который нам сие преподавал и словом, и примерными деяниями жительства своего. И да внимаем по возможности себе и своему сердцу и попецемся о назидании убогой души своей; нам бо с тобою иной суд будет, нежели прочим, не видавшим примерной его жизни и не слышавшим словес его, „солию духовною растворенных!..».

...Прости мя Господа ради и потерпи безумию моему, мне что-то приходит мнение, да и чувствую с болезнию сердца об.., ибо наш о. старшой и второй по начальнике... – видно, в нем опять отрыгается прежняя валаамская химера, коею действовал нередко и в ваших глазах!.. Но прошу о нем помолиться, дабы не погряз в самомнении своем и любоначалии! – Того ради за нужное полагаю, дабы вы его письмо к нам переслали для познания слога его и мыслей. К нам писал... и только свое пустосвятство изъявлял, а притом и малоумие...

И сократя сии наши худосложныя строки, пребываем с нашим обычным расположением и сердечною преданностию ваши покорные слуги и недостойные сомолитвенники, многогрешнии Иеросх. Антиох и Леонид со всею единомысленною братиею, заочно униженно кланяемся и просим ваших святых молитв в подкрепление наших немощей душевных и телесных.

Хотя наш о. Израиль и с усердием к нам стремится, но мы его хладнокровно ожидаем и неохотно, потому что наш о. Архим[андрит] со инспектором, враждуя друг против друга, заразились бумажными протестами, а потому и ожидают следствия. К тому же и губернский архитектор на сих днях делал в большом Троицком монастыре подробную смету отделки для Архиерейскаго дома и уверял, что точно будет здесь Архиерейский дом и Олонецкая епархия. А вышеозначенныя скаредныя бумаги?.. Так выражение оных посмрадит и оглушит слышащих, что всему ордену нашему будет вони нестерпимо, стыда же и хулы переносить, но ниже слышать бы хотелось!!! Но что же делать? Когда грехи мои понудили на сие попущение Премилосердаго Господа!

...Потрудитесь же написать, о чем намеревались...

22 декабря 1824 г.

Алекс[андро]-Св[ирский] монастырь

Письмо 10

М. С. О. Н. Г. И. Х. Б. Н. П. Н.

Ваше преподобие! Предостопочтеннейший наш о Господе собрат о. Аарон, купно с собратиями нашими о. Иоанникием и о. Харитоном! Усердно вам желаем о Едином Пресладчайшем Господе Иисусе Христе радоватися со благодушием и упованием на Промыслителя Бога!

Благоприятное ваше писание мы, недостойные, от м. М. подателя имели удовольствие получить и содержанию онаго по возможности слабаго нашего понятия вняли. Насчет назначения вас в обитель св. Ефрема Перекомскаго Чудотворца, должно сие отнести к Промыслу Всемилостиваго Бога, все устрояющаго и невидимо управляющаго всем созданием, в том числе и нами непотребными. Мы хотя своими деяньми и согрешениями и прогневляем Его благоутробие, но Он, по естеству Своего безмернаго милосердия и человеколюбия, всячески преподает случай и способы, дабы нам хотя мало что прийти в чувство и исправить свою жизнь приличествующим и достодолжным образом по данным нами обетам к покаянию и творению Божиих заповедей. Но я, окаянный, нечувственный, неблагодарный, все сии дарования, и способы, и вины, оказываемыя мне, унылому и нерадивому, хладно принимая, во тьме неведения и забвения провождаю дни жизни своея, будучи омрачаем злым своим произволением, леностию и сластолюбием, и время, данное мне на покаяние, проходит втуне!.. Забываю свет истиннаго христоподражательнаго деяния и тризну ношения креста своего – и от нечувствия вменил сие как за ненужное!.. Но помолитесь, отцы святии, дабы хотя вашими святыми молитвами Премилосердый Господь Своею неизреченною милостию даровал мне, окаянному и нерадивому, хотя последнии дни сии или единонадесятый час поделати в винограде Его благости достодолжный труд и не лишиться милосердия Создателя и Искупителя нашего Господа Иисуса Христа.

...Относительно же вашего назначения в сие послушание от Архипастыря, вы первее должны были вникнуть в совесть свою, в душевныя силы и в дух мужества, а потом уже должно повинутися архипастырской воле. Но как уже все кончилось, то теперь мы должны с нелестным признанием своей немощи и ничтожества молить и просить Всепремилосердаго Господа Бога и Пречистую Его Матерь Владычицу Богородицу, дабы за Ея Богоматерния молитвы и предстательство даровал вам Великодаровитый Господь мудрость в управлении и душевныя силы к понесению таковаго премноготруднаго ига. И когда будем при всех своих начинаниях вещи и дела относить не к своему искусству мнимому, но к содействующему всемогущему Промыслу Божию, то невидимо и нечувствительно Всемогий Господь благопоспешит во всем и устроит...

Насчет же вашего желания и усердия, дабы мне, непотребному, во вверенной вашей любве обители вам сожительствовать и останки дней своих при вашем благорасположительном лицезрении и братском попечении и утешении провождать, – я, недостойный, таковое ваше усердие и братскую любовь приемлю не только с радостию, но и умственно лобызаю; а между тем мы о таковом нашем обоюдном желании можем только желать и произволять, Всемилостиваго же Господа Бога, яко Всеведущаго о наших и несодеянных, соизволять и устроивать. А как вашей любве не безъизвестны крайния слабости моего здоровья, попущенныя на меня до изнеможения за премногие мои грехи, и при том признаю и чувствую, что в обители оной своим жительством не могу ни в чем показать примера для братии, кроме соблазна и немощей, то возложим сие на Премилосердаго Господа, Который силен и всемогущ совершить желающим полезное.

Для сего случая по человечеству жалко, что о. И[з-раиль] подал с Новаго года прошение о перемещении и уже послал в Консисторию, но только да помнит, что одной Епархии...

Собратия же наши о. Иларион и о. Израиль с прочими не токмо по вашему прошению молят Всемилостиваго Бога о благопоспешении вам, но и ревностно жаждут присоединиться к вашей любве в ваше распоряжение, причем только молят Бога, дабы на сие воля Его святая воспоследовала.

И препоруча вас Всемогущему Господу и неизреченному Его милосердию, пребываем с нашим достодолжным почтением ваши покорные слуги и недостойные сомолитвенники, многогрешнии Иеросхим. Антиох и Леонид со единомысленною братиею и просим ваших святых молитв в подкрепление наших немощей.

1 февраля 1826 г.

Алекс[андро]-Свир[ский] монастырь

Письмо 11

М. С. О. Н. Г. И. Х. Б. Н. П. Н.

Пречестнейший и прелюбезнейший наш о Господе собрат о. Иоанникий! Усердно желаем тебе о Едином Пресладчайшем Господе Иисусе Христе радоватися и в находящих благодушествовати.

Два ваши письма, одно с о. Израилем, а другое по почте, исправно получили, равно получили в целости и посылки ваши. Благодарим вашу любовь попремногу, что и до днесь не забываете наше убожество, но памятствуете по своему благорасположению, за что вас и самих Премилосердый Господь не оставит всячески, но пошлет Своего неизреченнаго милосердия благодатную милость.

...Что же касается до пересланных вами о. Г[авриила] пустотою наполненых писем, просим Вас сему мало удивляться, Поелику кто законно живет в послушании, тот от тризны послушания просвещается, а мы с ним от самочиния и самоугодия самолюбием омрачаемся!

О брате! да вникнем глубже и да узрим козни всеобщаго нашего врага диавола, каковы оне, во всяком месте им употребляемыя! А особливо когда человек не будет по возможности стараться иметь попечение о внимании своему сердцу и „блюдении ума“, кои приобучают чувства ограничивать свои деяния и не погублять времени, даннаго на покаяние! А без сего „делания“ хотя телом и удаляемся в безмолвныя места, но умом нашим бродим по всему свету. На что скажу вам следующий случай: был у нас и гостил Калужский рыжий послушник Филипп, по видимому некоторых, стоит в церкви углублен и бывает как бы во изступлении. И точно так, только в противной части; потом приходит к нам в келлию витийство высыпать... Мы, заметив вред, не стали после и в келлию пущать, да и запрещали нашим с ним разговоры продолжать... Единою я, многогрешный, выхожу из Церкви от вечерняго пения, и он по своей надменности при многих начал мне изъявлять свои деяния. Я вопросил его: „Брате Филиппе! Скажи, пожалуй, когда ты в Церкви стоишь, где ум свой нудишь ставить?“ Он отвечал: „Я ум свой в небо вперяю, и оттоль по всему свету развеваю!“ – „Ох! как ты высоко и далеко летаешь! – сказали мы, – а нас Господь да сохранит от таковаго внимания“.

...По вашему желанию постараемся вам выслать при оказии книгу св. Исаака Сvрина на время.

Насчет вашего сомнения в поставлении подсвечника на св. Трапезе, ежели уже вошло такое небрежение и нечувствие, то что же будем делать?.. По таковой необходимой нужде, со страхом и благоговением и нехотя будешь поставлять!.. То-то в таких местах жительствуя, сохраняй чувства и совесть... тот, кто разве о двух головах!.. Что же делать? – Да не будем рта разевать и себя до крайности разслаблять! А может, Всемогий Господь не удостоит ли вас за молитвы великаго предстателя нашего Батюшки о. Феодора привести в пристанище благотишнее!..

Прости Господа ради, что адрес к о. Пафнутию забыл приложить в письме к вам. Но теперь прилагаю, но многосложное и достопонятное; при верной оказии перешли оное к нам обратно. – А что вы упоминаете о о. Аароне, что он нездоров и имеет род лихорадки – мы ему желаем быть здоровым и благодушным. Сие мы, яко человеки, по человечеству и разсуждаем, но Премилосердый Господь, яко истинный наш Отец и Попечитель, видно, лучшее устрояет, попущая все для нашего назидания; а потому мы должны все приключения принимать со всяким терпением и благодарением. Вы ему, больному, от нас все сие изъявите и поклонитесь; и брату Борису не поленись поклониться. Сие просим и молим вашу любовь купно с возлюбленным братом о. Харитоном в находящих слабостях и болезнях мудрствовать и терпеть со благодарением.

Сократя, пребываем с нашим обычным чувствованием ваши покорные слуги и недостойные сомолитвенники, многогрешнии Иеросхимонахи Антиох и разслабленный Леонид с прочими единомудренными братиями, униженно заочно кланяемся и просим ваших святых молитв в подкрепление наших немощей.

[Без даты.]

Письмо 12

Христос воскресе!

Ваше преподобие! Прелюбезнейший о Господе собрат о. И[оанникий]! Усердно желаем тебе здравствовати душевно и телесно и о Едином Пресладчайшем Господе Иисусе Христе радоватися!

Приятное ваше писание, пущенное вами с о. Пафнутием, и при оном все означенныя пожертвования благодетелей исправно получили. За ваше же благорасположительное старание и благоволение всеусерднейше благодарим, ибо наичувствительнейше успокоиваемся вами. Но мы, ничтожнии, благодарность нашу почитаем за ничто! Всемилостивый же и Великодаровитый Господь по Своему неизреченному милосердию да вознаградит вам Своим человеколюбием и благодатию за все ваши братския любовию наполненныя деяния.

Касательно ... вашу любовь уведомляю, что наш собрат о. И[зраиль], по надобности настоятеля, отправился в Путилово с лодочником Бурчиным за надгробною плитою, дабы решить четырехлетнюю завязку с домом покойнаго А-на; при благоприятном же случае мы советовали ему побывать к вам.

О. П[афнутий] прибыл 25-го апреля благополучно, и о. Архимандрит по его просьбе на время принял – пусть прежде присмотрится... и на него посмотрят... А тогда, как Премилосердый Господь устроит...

А что вы пишете о вашем неудовольствии на о. казначея за неуважение ваших предложений и за злословие его на вас с негодованием, что вы на это смутились и при таком смущении с надмением хотите место жительства переменить; то на сие, прелюбезнейший, прошу и молю выслушать долготерпеливо наше грубосложное предложение. Я прежде вопрошу вас: „Скажи, пожалуй, и с соразсмотрением разсуди, с таковым негодованием, смущением, рвением, до зела приявши рану, до изнеможения, – как возможем мы каковый-либо предприяти путь, ослеплены будучи гневом и негодованием до избытка?“ При таковом ослеплении воистину истинным путем шествовати отнюдь не можем, а разве как бы ни кинулись куда из огня во пламень; ибо предмет перехождения весьма важен и начинать дело сие, как и прочия, должно с долготерпением и благодушным чувством, – тогда переход будет полезен и основателен. И, оставя многия выражения, советуем вам оставить сей надменный каприз, яко незаконный и непотребный, виною к выходу и еще потерпите в Л[авр]е. По возможности же слабых сил наших да просим и молим со благодушием Всемилостиваго Бога, возставляющаго и укрепляющаго немощных, дабы даровал Своею благодатию и милосердием и нам с тобою отверзение каковаго-либо благотишнаго пристанища к положению благаго начала; и за терпение наше силен Господь и всемогущь все невозможное возможным сделать, только мы с упованием да потерпим, – и всячески будет.

А что вы пишете насчет высокопочтеннаго о. С.П.А., сие, кажется, неоспоримо вкачествилось у нас с ним, а потому мы требуем особенной помощи Божией! И слава Всемилостивому Богу, устроившему удержание вашего языка от ревностнаго объяснительнаго разговора, а равно что удержала всемогущая сила от обличительнаго писания. И прошу вас впредь и молю – таковых душевредных помыслов не принимать и не дерзать на таковые дерзновенные и выразительные поступки; а должны мы вообще молить Премилосердаго Господа, дабы Сам, имиже весть судьбами, его исправил, ибо, как видится, мы с ним „от человек неизцельны“, но Сам Господь един силен и всемогущь возставить.

А насчет предложения благодетельницы А[вдотьи] Т[ерентиевны]о письмах, я с Божией Помощию буду стараться, хотя я и давно это понимал ясно, и как она сама писала и теперь пишет для проформы П. В-чь, чему соображаясь и я упоминал.

Еще напоминаю твоей любве: чтобы тебе всеобщий враг не принес мнительнаго помысла, будто мы удерживаем вас в Л[авр]е для своих прихотей, будто много служишь нам присылкою потребностей и раздачею писем, точно мы по нашему сладострастному жительству премного вами довольны и наичувствительны к вашим услугам; но дабы для наших прихотей кто повреждал свою душу? – Сего не желаем, хотя и чувство слабое имеем и разсуждаем скудоумно. Но и это да помним: куда пойдем, да и что найдем? А особливо с нашими немощами душевными и телесными..? [...] страшно и думать! И здешнее тоже никуда не годится. А св. отцы на немирныя места жительства переходить дерзать не повелевают; и при том: куда ни пойдем, а немощи и страсти с собою понесем, а особливо, ежели выйдем за неуважение нашего интереса – тут и жди важнаго искушения! Да опять же и сие помним, что с долготерпением только и упованием жаждущии сего упокоиваются. И мы сие довольно понимаем, что чрезмерный ваш труд подвигнул вас на таковое рвение и негодование; сожалеем, что при великих наших трудах страсти наши бутеют и младеют; а сие от того, что не приписываем труды сии грехам своим, то есть не разсуждаем, что терпим оные за грехи.

Но однако да не отчаяваемся, а со благодушием да продолжаем течение дней наших и, по возможности слабых сил наших, смиряем себя и окаяваем; то негли Премилосердый Господь, видя наше терпение и смирение, умилосердится и изведет, яко из темницы, в тихое пристанище и безмолвное.

Ваши покорные слуги и недостойные богомольцы, многогрешнии Иеросхим. Антиох и Леонид со всеми единомудренными собратиями кланяемся.

26 апреля 1827 г.

NB. Cпаси вас Господи и помилуй, что догадались оставить 50 р. и со о. Изр[аилем] сделаешь расчет за все, и будет свобода голове твоей. Также и шаль издерживай – нам шали не нужны, но не смеем Е[вдокии] Т[ерентьевне] запретить, дабы ей не пришло чего противнаго или огорчительнаго. Андрею Евсеевичу скажите, что я не помню упоминаемой им книги „Деяния Петра Александрийскаго“, ниже о. Макарий помнит, а была у нас его книжка, печатная о еретике Мартине Армянине и о деянии Киевскаго Собора на онаго, но мы ему оную возвратили, кажется, чрез Михайла Киприяновича (Михайловскаго полку унтер-офицера и музыканта), а больше мы книги у него не брали. Вы прикажите Диомиду Кондратьевичу у него спросить, и ежели у него, то он и доставит. Скажите, что его, Евсеевича, письмо получил и отцу Исаакию вложенное доставил; он ему отпишет, а от меня недельку должно ему потерпети, и, поуправившись, и я буду стараться отписать к его честности.

Книгу Симеона Новаго Богослова у нас писец начал было писать и жития листа написал, а остальное сам дописываю, ибо его после выезда о. Израиля на третий день Архиманд[рит] выслал. И только 6 листов осталось дописать, да грудь заболела; а то, с Божиею помощию, как скоро окончу житие, то с лодочником вышлю к вам, там приищи писца остальное дописывать.

Батюшке о. А[ндрею], вашему прелюбезнейшему помощнику, объявите, что я его письмо получил и содержанию внял, но на ответ потому не спешу, что он уже совершенно решился подать прошение о перемещении в П. или куда пошлют.

Крайне нам жаль о таковом его скорокрутом поступке, ибо его дело, по нашему скудоумию, весьма невыгодное предприятие; и не токмо во втором, но ниже в первом будет мало совместно, только последует одно искушение, а больше ждать нечего. Однако я буду стараться, поуправясь, и его преподобию отписать, как смогу.

Пожалуйте, изъявите и Петру Мануиловичу мое высокопочитание с поклонением и пожеланием терпения и мужественнаго сообращения, ибо, по Господню слову, без терпения не получим спасения!

Письмо 13

Ваше преподобие! Предостопочтеннейший в монасех о. Иоанникий! Прелюбезнейший о Господе собрат!

Приятныя ваши два писаньица, пущенныя с благонадежным Архипом Ф[еодоровичем] Бур[чиным], и при оном все письма благодетелей и их посылки получили все во всякой исправности, а именно: письмо А[килины] И[вановны] госпожи Ч[еркасовой] и кулечек с 20-ю яблоками и 5 войлоков, а второе – письмо генеральши А[лександры] Ал[ексеевны] г-жи К[асоговской].

А что вы упоминаете о книжке препод. Феогноста, мы к вам не об ней писали, а о тетрадке, не более как листиков в шесть, где выписка от полнаго жития св. Григория Паламы о молитве, како старец Иона любопрелся со св. Григорием, мня, что непрестанную молитву творить должно только одним монахам, а мирские от сего свободны. Ангел же Господень, явившись ему, увещал его, дабы впредь не дерзал любопретися о вещи законней и просил бы прощения у св. Григория.

Дмитрий А[лександровичь] Б[рянчанино]в письмо прислал и обстоятельства... объяснил, но мне, по слабости моей крайней, на ответ писать ни сил ни духу нет; а к тому же еще и молвныя обстоятельства сие дополняют и голову набивают...

Ежели при случае увидишь А. А., скажи, что письмо и посылки исправно получили, но за крайнею слабостию писать никак не мог, буду же стараться отвечать, ежели обстоятельства не воспрепятствуют.

И сократя, пребываем ваши покорные слуги и недостойные богомольцы, многогрешнии Иеросхимонахи Антиох и Леонид со всеми приверженными к нам и к вам униженно кланяемся.

18 октября 1827 г.

Письмо 14

М. С. О. Н. Г. И. Х. Б. Н. П. Н.

Ваше преподобие! Прелюбезнейший наш о Господе собрат отец Иоанникий! Усердно желаем вам здравствовати душевно и телесно!

Приятныя ваши три писаньица мы, ничтожнии, имели удовольствие получить каждое в свое время и при оных все посылки во всякой исправности: 1-е – с Б[урчи]ным, 2-е – с о. Ф[еофилактом], а 3-е с бр. А[ександром]. А равно и прочия все письма получены, но только удивительно, что от В[асилия] П[етровича] Бу[шми]на подаренная о. С-му десть почтовой полулистовой бумаги, не оную ли вы прислали мне с бр. А[лександром].

За ваше старательное и попечительное о наших препоручениях содейство всепокорнейше благодарим. Премилосердый же Господь да воздаст вам Своим милосердием и благодатию за все труды ваши и сострадательность сугубо.

Насчет анекдотов О[тенска]го третьекласснаго монастыря.., хотя для благонамеренных и для нас недостойных крайне неприятно и отяготительно слышать, а особливо для меня даже преболезненно – но что делать?.. За премногие грехи мои, видно, заслужил я своею развратною жизнию и нерадивым поведением таковы плоды от приснаго своего собрата и сына!!! Но и слог писем, кои вы пересылали, писанныя к вашей любве от о. А[арона], крайне нам не нравится и до зела показывается отвратителен. Также и мы уведомляем вас, что и мы от Его Высокопреп. на нынешней почте удостоились письмо получить, в коем может... и прикрывает свою застенчивость против нашей грубости и худости; пишет, якобы Его Высокопреп. уже давно писал к нам письмо, и на которое, с сожалением и прискорбием чувствует свое недостоинство, и до днесь не получил от нас ответа, однако уверен в нашей к нему любви, и со благонадежием чувственность свою изъявляет, что я не по какому-либо негодованию или немирности на ответ к нему не отписывал, но видно за крайнею слабостию здоровья, Поелику он в продолжении моей любви никакого сомнения не имеет. И так скомпановал небылицу в лицах и еще кой-какия загадки и нелепыя повести...и оканчивает письмо смиреннословием мнимым.

[Екатерина] [Иларионовна] видно из Х. выпугалась, что за ея благоговейную обходительность едва не подрались старцы, то и что-то вздумала преобширное письмо и к нам худейшим написать, но обдержительное: про сводную свою маминьку, у которой она изволила ночевать во время бытия в [Лавре], не пометила ни слова – ни худаго ни добраго, а по сему и замечаем, что довольно заправлена и научена от великаго Старца. Однако и мы, при помощи Божией, к ея мнимой святыни, по возможности сил наших, потщились написать, и теперь едва ли будет писать нам.

А как мы с тобою оговорку делаем – чужие пороки видим и описываем, а о своих мало стараемся, да еще, к несчастию, и отлагательствами побеждаемся, а к тому еще и о достодолжном воздержании мало радим, то, о прелюбезнейший собрат о. Иоанникий! Господа ради прошу и молю тебя – да потщимся, по возможности слабых сил наших, за молитвы Батюшки о. Феодора, не делать таковой душевредной привычки, дабы отлагать время за время приуготовление к св. Тайнам исповеди и св. Причащения Животворящих Таин. Отлагати сего отнюдь не должно, но с твердым упованием, решимостию и благонадежием приступать к Всевышнему Господу Богу в таинстве Причащения присутствующему, помощи и покровительства себе от сего ожидати и от всех наших немощей избавления и очищения да мним, ибо Он силен и всемогущь. Итак, и паки напоминаю: всячески да стараемся почаще приуготовлятися к восприятию Святых и Животворящих Таинств, к очищению наших душ и телес.

А насчет нечастаго хождения к [Екатерине] [Иларионовне], за что вы выговор от нея получили, советуем лучше претерпевать выговоры, нежели со тщетою душевною и телесною таскатися по домам и разсеивати свои чувства, уязвлятися и уязвляти прочих сердца, увлекаясь сладострастием противу совести и обязанности нашего звания. А особливо сие опасно по неможению наших чувств и последующих парений похоти, которые пременяют и ум незлобивый.

О П[авле] И[льинско]м и прежде нам писал М[ихаил] В[асилиевичь] подобное – мы полагаем, что он сшил вам небылицу в лицах и прикрыл свой стыд, Поелику ему нельзя в С.-Петербурге дать увольнение, но в той губернии, где отчина состоит.

На 2-е письмо. – Двое часов из починки, вами присланные, мы получили, а золотые, Демидовы, часы за 50 р. не отдавайте, но подержите их у себя, пока решительно к вам не напишем что: или выслать к нам с верным, или прочее.

Знакомый мой сотоварищ о. [Макарий] желание свое улучил – крест возложили и митру, пусть потрудится носить и о нас Бога молить! А равно и [Суворов] Радо[нежский] да утешает себя чем знает; слава Богу, что нас длинными своими письмами не утруждает.

Отец Ф[еофилакт] приехал благополучно, и хотя с нашей стороны и довольно рекомендован нашему о. Архимандриту при благоприятных случаях, но как противная партия существует еще не в последнем классе и к тому ж, как и нам видится, и с его стороны видим был недостаток при приемном объяснении, а именно: о. Архимандрит назначил ему послушание быть помощником Диомида Кондратьевича, трапезнаго, а он пришел в какую-то задумчивость, и показалось ему, что его назначают в привратники или сторожем, и отказался, что не в силах оное проходить. О. Архимандрит объяснил ему, что у нас слабых обретается довольное количество и всемилостивейше отказал ему. Однако, по его убедительной просьбе, оставил его пожить праздник Пасхи, а потом отправиться в полуденныя страны чрез С.-Петербург. Но впрочем, как устроит Премилосердый Господь – может, сделается каковой и оборот в разсуждение приема.

На 3-е письмо. – Слава Премилосердому Господу, устрояющему все на пользу нашу, и собрат наш [Александр] прибыл благополучно и привез все в целости, что только с ним было послано; принят нашими всеми начальниками ласково и теперь поживает – на клирос ходит.

Извольте долготерпеливо выслушать теперь насчет вашего вопроса о сообращениях ваших с великим Игуменом [Аароном] – что уже и нравы ваши оказались разнообразны и переписка таковая же, как видно сие частию из ваших писем. Я вам скажу: сия переписка, кроме обоюднаго вреда, пользы вам не принесет, а еще не усилила бы большей злобы и ненависти друг к другу. И по сим обстоятельствам препохвально сделать полную развязку как в комиссиях, так и паче в переписке. Да кажется сие и сносно ему будет, Поелику у него есть брат бездолжностный, способный во всем ему потрафлять. Только да со опасством да внимаем себе и потщимся умственно его любить, за немощь нашу удаляться, противныя же дела его ненавидеть.

Еще я не помалу удивляюсь, как вы безразсудно решились ему слова писать нареченнаго, а ныне уже посвященнаго Архиерея. – Вы, я думаю, довольно знали, что о. Игум. [Аарон] без аппетита сие примет, но со рвением будет оправдывать себя, а произносящих его деяния ругать и укорять. Для сего-то в Премудрости Соломона сказано: „Не обличай злых, да не возненавидят тя“ – а позволено только обличать премудрых, кои возлюбят за сие, и преподавать вины премудрым, да премудршии будут. И вы в точности знали и чувствовали, что Игум. [Аарон],по его возвышению и ходу его линии дел не примет ваших предостерегательных слухов, но напротив – язву и брань неудобьпримиримую. А потому похвалю ли вас за сие? Воистину не похвалю, но и впредь всячески запрещаю к таковым подобным таковыя истории писать, но разве к самым единомысленным. А что вы означаете: отец Ф[еофилакт] подробно нам разскажет о тиранских поступках о. Игумена [Аарона], то хотя и разсказывал нам подробно и величественно, но нам, по нашей обычной дебелости, показались сии тиранства и поступки умеренными.

Благодетельнице Е[вдокии] Т[ерентьевне] при личном свидании просим изъявить наше пренаичувствительнейшее почтение с поклонением и всеусерднейшую благодарность за ея великия милости и благорасположение, кои изливает она к нам непотребным!

И сократя, пребыть имеем с нашим достодолжным высокопочитанием и преданностию покорные ваши слуги и недостойные богомольцы, многогрешнии Иеросхимонахи Антиох и Леонид со всеми единомысленными и униженно кланяемся.

20 марта 1828 г.

Письмо 15

Христос Воскресе!

Достопочтеннейший и любезнейший о Господе собрат отец Иоанникий! Всеусердно желаем вам душевнаго мира, благоназидательных чувств, здравия и спасения!

Приятное ваше писание со вложением 10 р. ассигн. и двема стропотными письмами о. Игумена [Аарона] имели удовольствие получить и, прочитав оныя, содержанию вняли. Благодарю всеусердно за доставление писем нашим благодетелям. Вы просите, дабы вас пообстоятельнее уведомить, можете ли вы здесь настоятелем и братиею принятым быть и вместительно ли вам, по вашей немощи, перейти в сию Пустынь? То прилагаю при сем письмо к старцу батюшке отцу Исаакию, коему, сколько мог, объяснил, какия меры и расположение должно предпринять, если расположишься в наши пределы побывать и нашего убогаго жительства испытать на самом опыте; а то бывает нередко: „Дух бодр, да плоть немощна“. Прочтите сие к нему посылаемое письмо и увидите, какой вам дан общий наш совет. А другого утвердительнее и основательнее никаких средств и духу не собираю писать, соображаясь с обстоятельствами и течением по обители дел и неблаговолением верховнаго начальства ко мне, ничтожному, по наговоркам. А отец Строитель, как кажется изо всего, ко мне мирен, и я также им доволен, а наиболее братцем его отцем А[нтонием], которой у нас скитом начальствует. Также и прочие некоторые из благомыслящих мирно и благосклонно со мною обходятся, противомудрствующие же мало-помалу умаляются: из коих некоторые сами выходят, а иных за неприношение месту приличествующаго плода, но подающих соблазн, политически высылают. И кажется, при содействии Божией благодатной помощи, благонадежием себя питаем, что и еще поустройнее и мирнее в обители будет. А вот неприятно, что Ар[хиепископ] от наговорок к о. Строителю не благоволит. Сие несколько нас опечаляет. Но да будет во всем воля Господня, и что нам ни попустит, все последует к пользе нашей. Нашей Калужской семинарии ректор о. В[ладимир] хорошо вас знает и уважает; он по видимому человек скромный и благоговейный.

...Игумена [Аарона] анекдоты нам кажутся странными и отвратительными, содержание оных смеха, паче же плача, достойно.

Ежели будете скоро писать, то, пожалуйста, уведомьте, не доставлен ли к вам прошлогодний мухояр, принадлежащий череменецкому Строителю о. Г[еннадию]. И ежели не доставлен, то я намереваюсь вновь послать при Брюзгиных полотнах с Ал. Дмитриевичем. Мы полагаем, что он скоро в столицу к вам поедет. При свидании нашем с ним он просил свидетельствовать вам его усердное почтение. А при случае вашего свидания с черем[енецким] Строителем о. Г[еннадием] изъявите мое высокопочтение.

...Великаго Ф[иларета] доносительное письмо при наложении на нем резолюции было вскорости отослано в Консисторию, а из оной указ в Б[орисовск]ую пустынь, коим было предписано З[алесско]му Строителю и Б[орисовско]му протопопу благочинному произвести следствие; при исполнении котораго взятое показание от Игумении опровергло все ложное доношение великоименитаго и святой жизни старца, потому что он делал донос с получением письма одной в глубокой прелести находящейся мнимой его ученицы, а тем оказал свое благоразумие и дальновидность, употребив показание небылицы в лицах!..

О. С[ерафим] здесь расположился совсем определиться, послан по этому случаю запрос чрез Консисторию, может ли тамошним начальством уволен быть? Теперь ждет от Александро-Свирскаго монастыря Архимандрита милости.., к коему писал письмо просительное. Отцу же Иларию я отписал письмо по совету о. Серафима для скорости по случаю проезда чрез Олонец Архипа Феод[оровича] Б[урчина] и просил, дабы известил нас о мыслях о. Архимандрита насчет сего отпуска.

Старец наш бывший о. Василий [Кишкин] скончался в Площанской пустыни 27 апреля – в понедельник на Фоминой, а в среду похоронили.

Еще прошу сказать достопочтеннейшим А[килине] Ив[ановне] иЛ[юбови] Н[иколаевне], что их письма вторыя получил, а отписывать никак время не дозволяет, да еще ж они с прежними почти одного содержания, на которыя ответ им был написан, и я надеюсь, что они меня со благодушием простят. Засвидетельствуй им наше и всех единодушных всеусердное почитание; а может, они уже и сладились в предпринимаемый ими путь – в полуденныя пределы побывать и чистейшаго воздуха поглотать.

И сократя скудосложныя строки, поручая себя и вас покровительству Божию и Царицы Небесной, остаюсь ваш недостойный богомолец, многогрешный Иеросхимонах Лев, с приверженною братиею униженно кланяюсь.

24 мая 1831 г.

Скит Оптиной Пустыни

Письмо 16

М. С. О. Н. Г. И. Х. Б. Н. П. Н.

Ваше преподобие! Достопочтеннейший о Господе собрат о. Иоанникий!

Всеусердно желаем Вам радоватися о Едином Пресладчайшем Господе Иисусе Христе и находящая претерпевати со благодушием и благодарением!

Писание ваше и при оном 10 р. ассиг. во всякой исправности получил сентября 6-го и, прочитывая оное, содержанию внял. На которое и краткосложно ныне ответствую. Во-первых, Премилостивый Господь да простит вам, что вы долго не писали, да я, многогрешный, и не имел на вас за сие хотя что-нибудь взыскивать, а только по возможности сил моих умоляю Господа Всемогущаго, дабы даровал вам терпение в находящих, ими же да управит душу твою к совершенному спасению. Хотя я, непотребный, по человечеству и соболезную сердцем о теперешнем вашем положении, а особливо о нерешимости вашей состражду до избытка, но притом паки и благонадежием себя питаю, что вас по сей скорби, за молитвы Батюшки отца Феодора, Всемилостивый Господь утешит и исполнит по желанию Своему. Поелику писано есть в 33-м псалме: „Многи скорби праведным, и от всех их избавит я Господь“. И св. Исаак Сvрин в 37-м слове пишет тако: „Всяк сын необучен – не приемлет богатство дому отца своего, во еже помощися от него; сего ради прочее искушает Бог и томит, таже показует дарование. Слава Владыце, в лечбах терпких наслаждение здравия нам приносящу“.

А что вы объясняете, что Алек. Ив. передал вам мысли М-а, что даже и слышать не хочет об увольнении вас; а притеснения и сплетни еще умножаются, то мы, о прелюбезнейший, возверзим всю нашу участь и самих себя на Единаго Промыслителя и Покровителя, Премилостиваго и Всемогущаго Господа. Той по Своему милосердию нас защитит и противоратующих умиротворит и на милость приклонит. А Вас прошу и молю – со благодарением и упованием продолжать жительство там же, поколь Премилосердый Господь, видев наше терпение и смирение,соблаговолит и невидимо вложит в сердце Архип[астыря] вас отпустить... Вы вспомните, что мы поступили в монастырь не деньги собирать, но оплакивать грехи свои и совершенно спастися, посему извольте долготерпеливо выслушать. Вы из своих доходов довольно благодетельствовали бедным и странных принимали, подкрепляя, насыщая и утешая; и сами от благотворительности, по заповеди, ощущали благоприятность в своих чувствах! А теперь уменьшение должнаго вам из кружечнаго числа если с благодарностию претерпите, то сие вменится вам в сугубое благотворение...

Да вы возьмите в пример и историю моего пребывания в Свирском 5-ть лет против моей воли; хотя по видимому и не было сильнаго притеснения подобнаго вашему, однако кто чувствовал на опыте, тот видел... И сами вы означаете, что един страдалец проходит и вящшую тризну от глав[ного] нач... А мы с тобою не помним и ублажаемаго всею Церковию многострадальнаго, произнесшаго сии слова: „Аще благая от руки Господни прияхом, то злых ли не стерпим“.

Ризницу от Адинцова, пересланную к Черкасовым, с камлотом и 12-ю аршинами драдедама мы получили верно; но как послана была без ящика, то вся помялась. До приезда нашего о.[Гавриила], который выпросился в Орел и Карачев с родными и благодетелями повидаться и мнимую свою нужду пополнить, сия ризница лежит у меня до его распоряжения. И двадцать молитв получены. Удивляюсь же я вам, что вы начали его прихоти исполнять – оне едва ли ограничиться могут...

...Жалко, что ЕвФимия Осиповна пострадала от пожара; я надеюсь,что ее Господь не оставит, при случае поклонись ей от меня и хотя 10 р. (за наш счет) отошли ей с верным. Право, жалко по человечеству и о. Строителя А-го, однако, видно, еще достоин оказался таковаго посещения и даннаго ему времени к достодолжному раскаянию и развязке запутанностей...

Слухи насчет обители, до вас дошедшие, хотя отчасти и неоспоримы, но и то посмотрим: в нынешния пребедственныя времена где и в которой из самых примерных обителей найти возможно надлежащее устройство порядка и правил, а особливо в мнимых общежитиях – где единодушие в братии? А в нашем скиту, поколь Премилостивый Господь долготерпит премногим грехом нашим, есть до 15-ти и в монастыре около 10-ти к нам приверженных и единодушных. Чего же еще теперь желать? А [А.Д.] человек мирской и сердечными очами слепой – на едины лицы смотрит. В книге св. Сvмеона Нов. Богослова прочти главы 70-ю, 71 и 72-ю и обрящеш на сие полную развязку.

Господь Премилостивый да вразумит тебя, и да просветит, да умудришися во смирении, и да поможет тебе, и да сохранит, покрыет от всех десных и шуих сетей вражиих, и да простит тебе вся согрешения вольная и невольная. И аз многогрешный посылаю тебе мое отеческое прощение и благословение, и молитвами покойнаго нашего о. Феодора мир Божий да почиет на тебе. За сим остаюсь твой недостойный богомолец, Иеросхимонах Лев и с приверженною братиею униженно кланяюсь.

P.S. О. И., слава Богу, совсем определен и помаленьку мирствует, хотя и отрыгаются еще свирския сиги и лососи, однако уповает и кланяется вам.

О. А [арон] крайне нездоров не токмо телом, но и душею, и первый противоратующий на нас, но действовать не может, потому что всем отвратителен сделался.

[Между 1828–1834 гг.]

Письмо 17

М. С. О. Н. Г. И. Х. Б. Н. П. Н.

Ваше преподобие! Достопочтеннейший и прелюбезнейший о Господе собрат о. Иоанникий! Усердно желаем вам здравствовати душевно и телесно!

Приятное ваше писание, пущенное вами с почтою 23-го генваря, в мою келлию получено 29-го, и как я был в отлучке – в Белгороде, Борисовской пустыни и на обратном пути в Севске и Площанской пустыни, и при помощи Всевышняго возвратился благополучно 20-го марта во 11-м часу ночи, то и начинаю теперь ответствовать, перечитывая накопленныя письма.

Иконы в ящике, посланныя Егором Тихоновичем чрез г. Жукова, а именно: две иконы Тихвинской Божией Матери – первая, выпрошенная у отца Архимандрита о. Гавриилом, и другая, пожертвованная усердием благодетеля Петра Васильевича Лесникова с серебрянным венцем в полное мое распоряжение, исправно получили. Также Е[вдокия] Т[ерентие]вна и сельдей (10 пуд.) нам прислала. Воистину Премилосердый Господь возвестил ей нас слабых утешить, Поелику в здешнем месте оне нужны. Слава Премилостивому Господу, что Л[еснико]вы благополучно выдали А. П[етро]вну и, по-видимому, выгодно, – Господь с ними.

О упоминаемом вами пустынножителе отце П[афнутии], что гостил в Лавре и по домам месяц, и вы заметили, что он сожалеет о Лавре, что не разсудя вышел – и не по мере своего устроения; отчего объемлет им двоедушие. И я, скудоумный, повсечасно предполагал, что едва ли его мнимое безмолвие во утверждение приидет; но ваше предположение значительно от его различествует; ибо вы не надеетесь на себя и на силы свои, а ваше желание единственно в том состоит, дабы Господь, имиже весть судьбами, устроил Своею Всемогущею Силою ваше спасение; и потому я, непотребнейший, уверен, что Всемилостивый Господь вас не оставит, а преподаст вам случай и способ перейти в удобное место к положению благаго начала и в благоназидательность души вашей. Слава Премилосердому Господу, всячески устраивающему полезное.., у нас ныне в обители стало гораздо потише, и партия противников тишины мало-помалу разсеивается. Благонадежием питаем себя, что и еще утихнет; жалко только то, что отец С[ерафим] крайне смущен, и слышу – против меня много любомудрствует и блазнится в разсуждение моей отлучки в Белгород, Борисовку и прочее, и роптал до избытка. Спаси его Господи и помилуй, и да дарует ему Всемилостивый Господь прийти в здравый разум. Довольно жалко и А[ркадия], брата отца А., а наиболее всеобщаго соблазна на весь монашеский образ!

Удивительно, что о сю пору не получили вы мухояра! Я намерен написать к о. Нифонту, дабы он к тому дворнику написал, чтоб о сем уведомил. – Ч[еркасо]вым прошу изъявить мое почтение, письма их получил, а равно и Б[огдано]вой, но отписывать еще не нахожу ни сил, ни времени. При случае твоего с ними свидания объяви им мое положение, дабы оне не малодушествовали; я намеревался побольше написать, но по ошибке прежде не разсмотрел, что пишу на написанном письме, почему, уже написавши целую страницу, принужден был письмо отрезать.

Да поможет тебе Всемилостивый Господь и да покрыет тя от всех сетей вражиих. Ваш недостойный богомолец, многогрешный Иеросхимонах Лев со всею приверженною братиею.

5 апреля 1831 г.

Письмо 18

Христос воскресе!

Ваше преподобие! Достопочтеннейший и любезнейший о Господе собрат о. Иоанникий!

Всеусердно желаем вам пребывать в душевном спокойствии и в блаженном уповании на милость Божию, препобеждать всякое искушение великодушием, здравствуя же чувственне и духовне спастися.

Искреннейшее о Господе писание твое ко мне, худейшему, сопровожденное вами 30-го мая, всецело ныне мною получено; при первых мыслях о немощи духа мира оно кажется нам горестным, за неизреченную же будущую славу – благоприятнейшим; а посему да будет о нас всесвятая воля Господня и в этом и во всем. Итак, хотя и не исполняется наше желание, не увольняют вас в нашу обитель, и по видимому довольно прискорбно показывается, будто притесняют; но поверь, о прелюбезнейший собрат о. Иоанникий, и да будет твоей любве известно, что или не у время пришло или дабы мы оставили отчасти хладность и слабость и поприлежнее бы просили Всемогущаго Господа, чтоб Он Всемогущею Своею Десницею вспомоществовал нам, Аще угодно Его святой воле. И ежели будет на сие благоволение Божие, то ничто не воспрепятствует нашему делу; ибо св. Иоанн Златоуст пишет в Маргарите: „Что Бог предположит, человецы разрушить не могутъ“, – и паки: „Бог, идеже хощет, побеждается естества чинъ“.

Да вы возьмите в пример переход моего недостоинства из Св[ирского] монастыря в сию обитель – ведь пять годов удерживали против усильных моих прошений, а в начале шестого и без всякаго моего прошения, как бы за послушание был послан, и Господь Премилостивый невидимо устроил, что уволили. И отцу Макарию все препятствия и коварныя плевелы остались без действий. И ныне благостию Всемогущаго Господа мирно и благодушно пребываем с верою и благонадежием, уповая на покровительство Великодаровитаго Господа, что и вас, малопомедля, уволят и присоединен имаши быти к нашему малому обществу во едину ограду, только потерпи еще мало, и всячески Всемилостивый Господь соутешит тебя. И сие твое, хотя и невольное, пребывание и скорбныя приключения послужат тебе по времени во отпор отрыжек, неминуемо последовать могущих во время здешняго пребывания у египетских котлов (или лучше сказать – петербургских кулебяк и сиговой или лососиной ухи). Потому я, по своему худому чувству, советую и с своей стороны, что поколь Всемогущий Господь не устроит о вас Сам разными обстоятельствами – не выходи по воле своей из Л[авры], а особливо не решайся идти к тем, кои зовут – там мало проку! Да и в отечниках правил таких не обретается, чтобы звать кого в монастырь и со обещанием душевредных обольщений! Да и не понимаю, как не отказывать на такия просьбы.

А о том, что спрашиваете дозволения моего проситься в Новгородские монастыри, то неужели после сей просьбы подания нельзя вам продолжать жительство в Л[авре]? Ежели же возможно, то, как я выше сказал, из Лавры, потерпи, поколь еще не трогайся. А когда паче чаяния принудят выходить, то лучше, по моему глупому разсудку, выйти тогда в какой-нибудь новгородский монастырь. Силен Бог тогда по малом времени исполнить ваше благое желание, устроив в благоназидательное пристанище... А насчет бедности своей и малости знакомых не сомневайтесь – может, Господь и в тамошнем месте знакомыми вас снабдить и утешить. Прямым же намерением надеяться на благодетелей – противно Богу, но при помощи Божией и сие не отвержено. А насчет того, чтобы выпрашивать вас у Архиерея, о сем и думать не должно.

И о о.Макарии запрос послан, а и поднесь ответа из Орлов[ской] Кон[систории] не имеется. И в сем мы полагаемся на Промысл Божий, и что воспоследует, должны за свято принять. У них в Площан[ской] пустыне и поднесь Строителя не определено, а Маркел[лин] все в худшее достигает положение. М[елания] Ив[ановна] в самом слабом положении: водяная в самой силе заливает.

И поручая вас и себя покровительству Всемогущаго Господа, Той да поможет тебе и сохранит от всех сетей и наветов вражиих и да простит тебе вся согрешения твоя – вольная и невольная; и аз, непотребный, посылаю тебе отеческое прощение и благословение; и молитвами досточудных отец наших Феодора и Клеопы, находящия скорби претерпевших и спасение улучивших, мир Божий да почиет на вас. Аминь.

Остаюсь ваш недостойный богомолец и духовный отец, многогрешный Иеросхимонах Лев и со приверженною братиею кланяюсь униженно.

[Приписка]: Почитая за душевное удовольствие, свидетельствую вам, пречестнейший Батюшка о. Иоанникий, и я, преничтожнейший, мое искреннейшее почитание; чувствительнейше благодарю вас за любовь и памятование ваше меня недостойнейшаго. Взирая же духом с прискорбием душевным на ваше благожелание, окруженное препятствиями, я, хотя и недостоин, но осмеливаюсь вопити пред Господом, да избавит вас от наветов и присоединит дух ваш чувствами к Батюшке и нам.

Пребыть честь имею с глубочайшим моим к вам почитанием и благожеланием, вашего преподобия всеничтожнейший послушник, многогрешный черноризец Павел... мысленно всеуниженно кланяюсь.

2 июня 1833 г.