Варсонофий Оптинский (Плиханков)

Приходят ко мне для совета, а мне возвещается спросить:
Не грешна ли ты в том или том?
Она отвечает:
Да, грешна.
И не исповедовала этот грех?
Нет.
А у нас в Оптиной исповедовалась?
Да.
И не сказала?
Нет.
Надо исповедаться обязательно, это ничего, что ты была уже на исповеди.
И вдруг побледнеет: «Ах! Ах!» – и падает без чувств. Ее выведут из моленной, посадят или за скитом на лавочке, или в первой комнатке, где нищие. И сидят они иногда целый час, некоторые возвращаются, а некоторые не возвращаются уже более ко мне. Сегодня вот одна сидела целый час, а когда пришла в себя, я спросил ее, было ли с ней что-либо подобное прежде. Она отвечала:
Никогда ничего подобного не было со мной.
Это, конечно, вражеское. Она таила свой грех, что и нужно диаволу, ибо за этот смертный грех она должна была идти в ад, да еще и сам неисповеданный грех разрушительно действует в человеке. Так что диавол держит в своих руках капитал, да на него еще проценты получает. А исповедью греха все это уничтожается. Поэтому-то диавол и не хотел выпускать из рук своих жертву и старался обмороком помешать исповеди. Да… А некоторые и не возвращаются, так и уходят. Но я в этом случае утешаюсь примером батюшки о. Макария. Когда его недоброжелатели отводили от него людей, часто даже приехавших издалека, возводя на него клеветы, подобные тому, что он в бесовской прелести, он говорил: «Ну, что же, значит, им, то есть приезжавшим, Господь не благословил».