Петр Дамаскин

Петр Дамаскин: «О знании»

Таково лжеименное знание, оно думает, что знает то, чего никогда не знало. И оно хуже совершенного неведения, говорит Златоуст, потому что не принимает исправления от какого-либо учителя. Потому отцы и говорят, что мы должны с трудом и смирением, с советом опытных находить изложенное в Писаниях и научаться более делом, чем словом; умолчанного же Божественными Писаниями вовсе не испытывать, ибо это безумно, как говорит Великий Антоний о тех, которые хотят узнавать будущее, а не скорее отрицаются этого как недостойные. Хотя, может быть, и по Промыслу Божию это бывает, как было на Навуходоносоре (Дан. 4) и древнем Валааме (Числ. 22) и служило к общей пользе, хотя они и не достойны были, а не от демонов, и особенно, когда такие предсказания бывают через сновидения и некоторые явления; однако об этом нам не сказано для того, чтобы мы телесным и нравственным деланием испытали Писания, по заповеди Господней (Ин. 5:39), и находили жизнь вечную; но не словом только искали и по самомнению полагали, что понимаем нечто, особенно же сокрытое от нас для большего смирения и для того, чтобы мы не были осуждены, как преступающие в  ведении. Ибо если ум, сподобившийся приобрести знание, не трудится о поучении в Божественных Писаниях и дарованных ему познаниях, и не упражняется в этом много, во внимании со смирением и страхом Божиим, то, как недостойный дарованного ему Богом, с угрозою лишаем бывает знания, как Саул царствия, говорит святой Максим.