Никодим Святогорец

Великий Бог и Вседержитель не довольствовался тем, что создал тебя по Своему образу и подобию; ни тем, что когда ты согрешил и оскорбил Его, и ниспал из своего достоинства, Он послал Сына Своего Единородного пожить тридцать три года на земле, чтобы взыскать тебя и, приняв страшные страдания и мучительную крестную смерть, искупить тебя и спасти из рук диавола, которому ты поработил себя грехом, и снова возвысить тебя в достоинстве. Но, кроме того, учредил Он и таинство Тела и Крови в пищу тебе для соединения с естеством твоим всей силы Христовой. Это проявление предельной любви Божией к тебе сделай для себя предметом постоянного созерцания и углубления, чтобы увидеть ее бессмертность, чтобы тем более и более воспламенять свое устремление и любовь к Богу. Подумай о том, когда Он стал любить тебя, и увидишь, что этому нет начала. Сам Он вечен по Божественному естеству Своему, и вечна и любовь Его к тебе, по которой Он прежде всех веков положил в совете Своем даровать тебе Своего Сына неким дивным и непостижимым образом. Подумай также, что всякая взаимная человеческая любовь, как бы велика она ни была, имеет меру и предел. Одна Божественная любовь к нам не имеет предела. Ради этой любви Он отдал Сына Своего, единосущного и равного Ему по величию и беспредельности. Любовь Его такова, каков Дар, и, наоборот,– таков Дар Его, какова любовь. И то и другое столь велико, что большей меры невозможно и вообразить. Воздай же ты за эту безмерную любовь, по крайней мере, возможной для тебя мерой. Подумай еще, что Бог полюбил нас не по какой-либо необходимости, но только по Своей естественной благости, возлюбил вне зависимости от чего бы то ни было, Сам по Себе, любовью столь безмерной, сколь и непостижимой. Подумай, что с нашей стороны не могло быть никакого достойного воздаяния за эту любовь... Подумай, что любовь эта, по чистоте ее, не смешана, как наша любовь, с ожиданием какого-либо добра от нас, ибо Все – блаженный Бог не имеет в нем нужды. И если Он излил на нас неизреченную благость и любовь, то не ради Своего блага, а только для блага нашего.

<Богообщенне>, сие святейшее таинство, сие всепобедительное орудие, паче же Христос, сущий в сем таинстве, может быть действенно приемлемо двояким образом; во-первых, таинственно, в таинстве Тела и Крови Христовых, с достодолжным приготовлением, т. е. сокрушением, исповедью, очищением через епитимию и потребным пощением, во-вторых, духовно и мысленно в уме и сердце. Первое может иметь место столь часто, сколько это возможно, по обстоятельствам внешним, внутреннему состоянию, и по усмотрению духовного отца, а второе — каждое мгновение, так что тебе можно всегда иметь в руках сие всемощное оружие и ограждаться им от врагов непрестанно. Внемли же сему и Святых Христовых Тайн причащайся сколько можно чаще, как только имеешь разрешение от духовного отца своего; мысленно же и духовно вкушать Христа Господа ревнуй непрерывно...

Если истинно желаешь добродетельно прейти течение настоящей жизни, не имей другой при сем цели, кроме той, чтоб обретать Бога, где Он неблаговолит явить Себя и тебе; и когда будешь сподобляем сего, пресекай всякое другое дело, и не подвигайся в нем вперед, забудь все другое, и упокоевайся в едином Боге твоем; когда же благоугодно будет величеству Его взяться от тебя, и престать являть близость Свою к тебе в настоящем случае, тогда опять можешь обращаться к обычным твоим духовным упражнениям и продолжать их, имея в виду все ту же цель. т. е. обрести чрез них Возлюбленного твоего, чтоб обретши Его, снова поступить так же, как сказал я выше, т. е. пресечь деланное делание, чтоб упокоеваться в Нем едином. Заметь сказанное тебе добре, ибо много есть духовных лиц, которые лишают себя спасительного плода мира от духовных своих деланий тем, что длят их, полагая, что потерпят ущерб, если не доведут их до конца, в уверенности, ложной конечно, что в этом и состоит совершенство духовное, — следуя таким образом воле своей, они много трудят и мучат себя, но не получают покоя истинного и мира внутреннего, в коем воистину обретается и упокоевается Бог.

Так как Бог богов и Господь господ для того благоволил создать душу твою, да будет она обиталищем и храмом... для Него Самого, то тебе надлежит иметь ее в большом почете и не допускать ее унижаться склонением на что-нибудь, низшее ее. Все желание твое и чаяние да будет всегда обращено к сему невидимому посещению Божию. Но ведай, что Бог не посетит души твоей, если не найдет ее уединенною в себе самой. Бог хочет, чтоб она была уединенна в себе, т. е. была без всяких помыслов, сколько может, без всяких пожеланий, наипаче же без собственной своей воли. В последнем отношении не следует тебе самому по себе, без рассуждения, принимать какие-либо строгие подвиги и лишения произвольные, или искать поводов как-нибудь пострадать по любви к Богу, следуя одному внушению собственной воли. На это должно тебе иметь совет духовного отца твоего, который руководит тебя как наместник Божий. Его и во всем слушай, и Бог, посредством его, действительно направит волю твою на то, что Сам хочет и находит благотворным для тебя. Никогда ничего не делай по одной воле своей, но да делает в тебе Сам Бог одно то, чего желает от тебя. Хотение твое да стоит всегда свободно от тебя самого, т. е. сам собой не хоти ты ничего и если и хочешь чего, да будет хотение твое таково, чтоб, будет ли го. чего хочешь, или нет, или даже будет противоположное тому, нисколько не скорбеть о том, но быть покойну духом, как бы ты ничего и совсем не хотел.
Такое настроение и есть истинная свобода сердца и уединенность, когда т. е. оно не бывает вяжемо ни умом, ни волею в отношении к чему-либо. Если таким образом представишь ты Богу душу свою, столь упраздненною, свободною и единичною в себе, то увидишь, какие дивные действия возблаговолит Он произвести в ней; главное же, Он осенит тебя божественным миром, который есть дар, имеющий соделаться в тебе вместилищем всех других даров...