Ефрем Сирин

Ефрем Сирин: «О царстве небесном»

Если можно было бы получить Царство без скорбей, без искушений, без терпеливого подвига в прочих добродетелях, то для чего попускал Бог святым терпеть столько опасностей, искушений и тесноты, а не дозволил всем жить в своеволии и роскоши? Если так рассуждаем и другие из неверующих увидят, что мы держимся таких мыслей, то скажут: значит, что Бог наш прогневан был на святых. Ибо если можно царствовать на Небе без скорбей и искушений, то для чего оставлял их в бедствиях, в тесноте, в опасностях и в многообразных искушениях? Какое великое бесстрашие! Какая великая небрежность! Какая великая изнеженность! Какое ожесточение! Плакать нам нужно об ожесточении сердец наших и о том, что так далеки мы от упования и терпения святых. А мы, напротив, нередко осуждаем правильно живущих за великую их скромность, смиренномудрие, нестяжательность и прочие добродетели и такое мужество в терпении называем часто уклонением от порядка, слабостью духа и обвиняем оное в лености.

Желаешь ли стать небесным? Не ищи того, что на земле, но пренебрегай этим и подвизайся как совершенный и как совершенный возлюби Царство Небесное. Не рассуждай, говоря так: «Долго и тяжко время подвига, а я малодушен и немощен и не в силах подвизаться». Прими во внимание слова прекрасного и доброго совета; уразумей, что скажу тебе, христолюбивый брат. Если намереваешься идти в другую дальнюю сторону, то не в один час можно тебе будет перейти весь путь, но пойдешь, ежедневно высчитывая остающуюся длину пути, и с продолжением времени, после немалого труда, достигнешь страны, в которую идешь или хочешь прийти. Таково и Царство Небесное, и райские утехи: постом, воздержанием, бдением и любовью достигает туда каждый; это пути, ведущие на небо к Богу. Не убойся положить начало доброго пути, вводящего в жизнь; пожелай только идти этим путем; и если окажешься готовым, тотчас благоустроится перед тобою путь, и, шествуя радостно, будешь давать себе отдыхи, и проводить их с приятностью, потому что стопы души твоей будут укрепляться после каждого отдыха. Чтобы не встретить тебе затруднения на пути, ведущем в жизнь, Господь ради тебя Сам стал путем жизни для желающих в радости идти к Отцу Светов.

Многими обителями у Отца Спаситель называет меры разумения водворяемых в оной стране, разумею же те различия и разности, с какими наслаждаются там, сообразно со своим разумением. Ибо Господь наименовал многие обители не по разности мест, но по степени дарования. Как лучами солнца чувственного наслаждается всякий, по мере чистоты зрительной силы и впечатления и как от одного светильника, освещающего один дом, каждый луч бывает различен, между тем как свет не делится на многое светильники, так в будущий век все праведные водворяются нераздельно, в единой радости. Но каждый в своей мере озаряется единым мысленным Солнцем и по степени достоинства почерпает радость и веселие, как бы в одном воздухе и месте, седалище, созерцании и образе. И никто не видит меры и высшего, и низшего, чтобы, смотря на превосходящую благодать другого и на свое лишение, не иметь в этом для себя причины к скорби и беспокойству. Да не будет сего там, где нет ни печали, ни воздыхания, но всякий, по данной ему благодати, в своей мере веселится внутренно, а по внешности у всех одно созерцание и одна радость! Кроме сих двух чинов, нет иного посредствующего чина, разумею же один Чин Горний, а другой дольний; средина же их — сие разнообразие в различии воздаяний.

Поскольку всякому желательно не трудясь достигнуть блага и овладеть им, то пусть знают, что на пути к благу предстоит великий путь и борьба и что из многих достигали того немногие. Поэтому только победившие выходили на встречу Царю мирному и кроткому, охотно помогающему человекам. Ибо таковые впредь будут наследовать землю обещания и войдут в пристань упокоения, и в город святой, и в покой праведников. Как есть это видимое небо, называемое твердью, так превыше его есть другое, светозарное небо, где полки Ангелов. Но оно невидимо телесным взорам и есть нерукотворный храм, в которой совершают службу святые Ангелы. Ибо все это божественно, неизреченно и светоносно; потому что духовно и самостоятельно, принадлежит не этому веку, но иному миру, где нет ни ночи, ни борьбы, ни геенны, ни лукавых духов. Поскольку не всякому, кто бы ни был, позволяется внутренним взором видеть небесное, то для этого, подобно некой завесе, оставлена твердь, чтобы и им можно было не просто всех познавать, но только тех, которые чисты сердцем и освящены в уме, и одних сограждан и сотаинников святым. А когда завеса будет отнята, тогда открыто будет праведным, что ожидает избранных. Но многие, принадлежа уже к избравшим благую часть и находясь под влиянием Благого и Животворного Духа, по неопытности подумали о себе, что достигли они совершенства, и, после этого став беспечными, подверглись нашествию и наветам лукавых духов, как иные воины, почитая себя победившими врагов и бросив уже оружие, проводят время в беспечности, а между тем враги, сделав засаду, нападают на них внезапно и одних убивают, а других берут в плен, — так и грех, сперва похитив у них ум и потом наведя на мысль о собственном их совершенстве, располагает ими по произволу, связав их собственною своею волею и снова возобладав над их похотями.