Григорий Нисский

Григорий Нисский: «О добродетелях»

...Какую из частных добродетелей почитать совершеннейшею и достойною заботы прежде прочих, и какую за этим вторую, и какие остальными дальнейшими — сказать нельзя. Ибо они одинаково зависят одна от другой и обладающих ими, одна посредством другой ведут на высоту <совершенства>, ибо простота отсылает к послушанию, послушание к вере, вера к надежде, а надежда к правде; последняя к служению, а это к смирению, смирением объемлется кротость, которая ведет к радости, радость же – к любви, любовь – к молитве, и таким образом взаимно завися и  поставляя в зависимость от себя обладающего ими, низводят <человека> на самую вершину желаемого, также наоборот, и зло своих друзей, свойственными себе мерами, низводит до крайней порочности. Но более всего должно нам прилежать к молитве, ибо она есть как бы некий предводитель лика добродетелей и посредством таинственной святости и действия Духа и неизреченного расположения прилежного в молитве вводит в единение с Богом. Кто пламенеет любовью, никогда не находит насыщения в молитве, но всегда сгорает желанием блага...

...Кто возжелал добродетели, тот добро делает своим приобретением, в себе видя то, чего возжелал. Потому блажен взалкавший целомудрия, ибо исполнится чистоты. А насыщение ею производит не отвращение, но усиление желания, и насыщение и желание взаимно возрастают в равной одно с другим степени. Ибо за вожделением добродетели следует приобретение вожделеваемого; и приобретенное благо привносит в душу непрекращающееся веселие. Таково свойство этого блага, что не в настоящем только услаждает пользующегося им, но на все части времени доставляет действительное веселие, потому что преуспевшего увеселяют и воспоминание о жизни, проведенной правильно, и самая жизнь в настоящем, когда проводится она добродетельно, и ожидание воздаяния, которое не в ином чем полагаю, как в той же опять добродетели, так как она есть дело преуспевающих и делается наградою преспеяний.

...Возвысившись своею жизнью над всем миром и почитая одну только добродетель бесценным для себя стяжанием... <человек> проводит жизнь мирную, без печалей и борьбы. Потому что сокровище добродетели, хотя в нем принимают участие все люди, каждый по своим силам, вполне удовлетворяет ищущих его; не таково земное сокровище, которое, когда делят его на части, сколько прибавляют к одной части, столько же отнимают у другой, и избыток у одного сопровождается уменьшением участвующего в доле: отсюда борьба за большую часть, отсюда, вследствие уменьшения, возникает между людьми ненависть. А в оном сокровище стремление приобрести больше не возбуждает зависти, и восхитивший больше не наносит никакого ущерба тому, кто считает себя достойным равной части: но по мере того, как кто вмещает и сам удовлетворяется в своем благом желании, и богатство добродетелей не оскудевает у имевших оное прежде.

Вкусивший уже добродетели и собственным опытом уразумевший свойство добра, бывает таков не потому, что какою-то необходимостью и по вразумлениям другим отвлекается от пристрастия к пороку и обращает взор к добродетели, но потому, что паче всего жаждет лучшего, ибо непреодолимое и сильное желание Псалмопевец уподобляет жажде, приискав между животными породу наиболее чувствительную к жажде, чтобы сила пожелания наипаче выразилась примером животного, чрезмерно жаждущего. И животное сие называет еленем (Пс. 41, 2), естество которого утучняется тем, что употребляет в пищу ядовитых зверей. А как соки сих зверей горячи и воспалительны, то елень, наевшись и отравившись их соком, по необходимости чувствует в себе сухость. И потому с большею жадностью желает воды, чтобы уврачевать происходящую от такой пищи сухость. Посему, кто по первой части псалмопения предначал добродетельную жизнь, вкушением познал сладость вожделено, истребил в себе всякий пресмыкающийся вид похотения и вместо зверей зубами целомудрия пожирает страсти, тот общения с Богом возжаждет паче или столько же, как и елень желает на источники водных (Пс. 41, 2). А достигшему источника после чрезмерной жажды естественно столько поглотить воды, сколько станет пожелания и сил вместить. Но кто принял в себя желаемое, тот полон того, чего желал, потому что соделавшееся полным не пустеет снова, подобно полноте в теле, и питие не остается недейственным само в себе, а, напротив того, Божественный Источник, в ком бы он ни был, в Себя претворяет к Нему прикоснувшегося и сообщает тому собственную Свою силу.

Подвиги добродетели должно нести с удовольствием, а освобождение души от страстей относить к Богу, чтобы таким образом душа, став превыше самой себя и сильнейшей злобы врага, представила себя благим жилищем поклоняемому и Святому Духу, прияв от Которого бессмертный мир Христов, чрез таковой соединяется с Господом и прилепляется Ему. Если же некоторые, еще не имея ни напряженности совершенной молитвы, ни приличной этому делу старательности и силы, лишены этой добродетели, то пусть исполняют послушание в ином роде, по силе служат другим, усердно делая, работая тщательно с удовольствием, не за какую либо награду и не ради славы человеческой, служа другим не как чужим телам и душам, но как рабам Христовым, как нашим родным, чтобы наше дело явилось перед Господом чистым и без обмана. И никто пусть не извиняет себя бессилием для подвига добродетели, ибо Господь не повелевает ничего невозможного: «И кто напоит одного из малых сих только чашею холодной воды, во имя ученика, истинно говорю вам, не потеряет награды своей» (Мф. 10:42). Что удобоисполнимее этой заповеди? А награда за удобоисполнимое дело — небесная. И опять: «Так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне.(Мф. 25:40). Заповедь мала, а польза от послушания велика. Таким образом, ничего не требует сверх силы, но малое ли, великое ли сделаешь, последует тебе награда, какую пожелаешь избрать. Ибо если станешь творить добрые дела во имя Божие и по страху Божию, получишь неотъемлемый дар, а если напоказ, то послушай Господа, с клятвою утверждающего: «Итак, когда творишь милостыню, не труби перед собою, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди. Истинно говорю вам: они уже получают награду свою. (Мф, 6:2). А чтобы кто не испытал этого, заповедует ученикам, а чрез них нам: «Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми с тем, чтобы они видели вас: иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного» (Мф. 6:1).