Феодор Студит

Феодор Студит

Преподобный (~759–826)
Тематика цитат

Цитаты:

О рабах божьих

Нерадение наше отгоняя и ревность возбуждая, Апостол сказал: Господь близко; не заботьтесь ни о чем, но всегда в молитве и прошении с благодарением открывайте свои желания пред Богом (Флп. 4: 5—6). Не будем же нерадеть, но да крепимся и мужаемся на делание дела, к коему призвал нас Господь. Ибо это Он призвал нас из общенародного пребывания к монашеской жизни, это Он облек нас в ризу спасения и одеждою веселия одел; это Он искупил нас от клятвы законныя, быв по нас клятва. В свободе, которую даровал нам Христос, будем стоять и опять игу рабства не подвергнемся (Гал. 5:1). Не допустим себя опять стать добровольными рабами страстей. Раб, златом искупленный, никак не согласится опять поступить в рабство, но куда-нибудь подальше удалившись от места своего рабства, радуется там, что сподобился освободиться от рабского тиранства, хотя рабство не есть уже что-либо особенно злое. Ибо Апостол говорит: Рабом ли ты призван? не смущайся; но если и можешь сделаться свободным, то лучшим воспользуйся. Ибо раб, призванный в Господе, есть свободный Господа; равно и призванный свободным есть раб Христов (1 Кор. 7: 21—22). И однако, все же верно, что освободившемуся нежелательно опять жить под игом рабства. — Кольми паче мы, освобождены будучи от греха, должны как можно дальше держать себя от него.

В настоящий день послушаемся гласа Его, и не станем более огорчать Его, не преткнемся (как древние евреи в пустыне) на ропот по причине неверия, и потечем не ленясь в землю обетованную, в которую доходят путем тесным и прискорбным. Если бы тогдашние послушали Иисуса Навина, вождя своего и Халева Иефониева, то могли бы наследовать обетованное Богом. Но как они тяготились и малодушествовали идти тем путем трудным, и убоялись сопротивления встречаемых народов, несмотря на помощь непобедимой силы Божией, то преданы были истреблению, — и погибла память их с шумом. То же самое сбудется и с нами ныне. Ибо если вы будете слушаться нас недостойных и не дадите хребта, не засядете так же за котлы плотоугодия, помышляя о рабстве египетском, и о рабстве страстям мира этого, от которого освобождены вы благодатью и благоволением Божиим, но воодушевитесь вместе с нами и восстанете бодренно, с сердцем пламенеющим ревностью, обувши ноги во уготование благовествования мира, облекшись в броню веры несомненной, и всякой молитвою молясь на всяко время духом (Еф. 6:14—18), — то мы с вами и путь духовный совершим благоуспешно, попирая и препобеждая встречающиеся инородные и варварские страсти, и Иордан прейдем мысленно через слезы, и наследуем землю таковую, на которой произрастает бессмертная жизнь и плодородие ум превышающих благ.

Вам же можно помышлять об этом и без страха, вам, говорю, благопослушным, и всю заботу возложившим на силу послушания: ибо такова действительно жизнь в истинном послушании. Но какое оправдание перед страшным Престолом Христовым уготовят себе те, которые отвращаются от послушания и живут в одиночку, кружатся туда и сюда и не находят, где твердо стать ногами своими? Увы, какая горесть! Как зло увлекательно! Как обратились вспять право шествовавшие путем монашеского жития? «Лучше бы им не познать пути правды, нежели, познав, возвратиться назад от преданной им святой заповеди.
Но с ними случается по верной пословице: пес возвращается на свою блевотину, и: вымытая свинья идет валяться в грязи» (2 Пет. 2:21—22). Что ты, друже, что ты? Бремя раба тянешь?! Так оправдываются оставляющие обитель, чтобы жить в одиночку, говоря, что в обители рабство. Ты, сбросивший иго мира, бежавший от него и освободившийся от всех обычаев плотских? Уж не взять ли тебе и жену! Ибо эти две вещи неразлучные есть принадлежности мира и того, что в мире. — Для тех же, которые ведут крестоносную жизнь, чуждо то и другое. — Но причина этому, как обычно, грех. Поскольку мы страстолюбивы и сребролюбивы, то само собою прилагается к нам и женолюбие. Затем, чтобы не было свидетеля и обличителя того, что бывает сокрыто, брата иметь сожителем не хотим, а избираем одиночество, или прямее, рабство любостяжательности, как совсем уже продавшие себя греху и ставшие рабами плоти и крови. Отсюда разложение внутреннего строя; отсюда соблазны; отсюда падения.

Вспомним же те дни юности нашей, когда мы или ходили в неведении, как во тьме, или колебались в течении дел суетных, как в волнах морских, или погружались в плотские удовольствия, как в бездну водную; затем помянем, как оттуда вызвал нас благой Бог и, простерши руку, исторг и путь мирный показал, внушив нам приступить к этому светлому и святому образу жития; прибавим и то, что между тем, скольких родных наших, знаемых, друзей и приятелей остались в том же горьком положении, мы одни, как от египетского рабства, избавлены от него, и возведены на высокую гору жительства этого, и отсюда взирая вниз, видим, как люди, вращаясь как в глубочайшем некоем рве, напрасно суетятся, друг друга толкают, друг друга сбивают с ног, домогаясь в поте лица, как чего-то великого, земных благ непостоянных, скоро преходящих и тленных, и что еще сожалетельнее, имея в воздаяние за то попасть в ад на вечное мучение.

О ссоре

Причина же сему <раздору и немирности> оскудение любви. Ибо если по Апостолу: любовь долготерпит, милосердствует, не завидует, не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит (1 Кор. 13: 4—7), то явно, что когда ее нет, то в нас берет силу противное тому — неверие, безнадежие, нетерпение, раздор, дерзость. Но как, находясь в таком настроении, можем мы достойно именоваться учениками Господа, когда Сам Он говорит решительным словом Своим: по тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою (Ин. 13:35); и опять в другом месте: если пребудете в слове Моем, то вы истинно Мои ученики, и познаете истину, и истина сделает вас свободными (Ин. 8: 31—32). Итак, если мы не имеем любви истинной, но ведем вражды, брани и раздоры, то мы не Христовы ученики, а враги Христовы, хотя и тяжко слово сие. После этого зачем и жить нам, бедным? Зачем дышать этим воздухом, если мы делаем не то, чем благоугождается Господь?

О раскаянии

К получению спасения нам предлежит еще только, по апостольской заповеди, наздавать, на основании веры своей правой, злато, серебро и камение честное, а не дрова, сено и хврастие (см.: 1 Кор. 3, 12) — сию пищу огня. Кто так утвержден, того ничто не может поколебать в его вере в Господа. Христос ны искупил есть от клятвы законныя, быв по нас клятва, как написано (Гал. 3, 13). Не попустим же себе опять попасть под клятву. Христос омыл нас в крови Своей, банею пакибытия и обновлением Духа Святаго; не дадим же себе отнюдь опять возвратиться к срамным делам, от которых отказались. Если же не сделаем так, то, в день откровения Своего, Он может сказать нам: Я сделал вас Своими стелесниками, вы же уды Мои сотворили удами блудничими; Я омыл вас от грехов ваших, так что вы не имели скверны, или порока, или нечто от таковых (ср.: Еф. 5, 27), — вы же опять обложили себя зловонием страстей и очернили себя скверной грехов; Я исполнил вас обильно умным светом через Духа Святаго, а вы ум свой сделали жилищем неистовых страстей; Я сделал вас сонаследниками вечных благ, вы же избрали быть лучше сонаследниками противника Моего: отыдите же от Мене проклятии во огнь вечный, уготованный диаволу и аггелом его (ср.: Мф. 25, 41). Но да не будет нам никогда услышать такой страшный глас и испытать такой нестерпимый гнев. Почему со всяким рвением возревнуем стяжать чистоту, слезы, сокрушение сердечное, исполняя свои послушания безропотно, бодрствуя в деле Божием день и ночь, чтобы враг, прокравшись, не поглотил невнимательной души. Когда бы нам и при бдении избежать козней змия! При дремании же как достигнуть сего! Но скажет кто: немощно и поползновенно естество наше. Согласен с этим и я, в том же естестве состоя. Но прошу вот о чем: как только случится что такое, тотчас да будут — раскаяние, исповедание, сокрушение сердца, и живое стремление к восстановлению прежнего доброго состояния. Так действуя каждодневно, достигнем искомого; достигши искомого, и желанный глас: придите — услышать сподобимся, — и Царствия Небесного наследниками сделаемся.

...К уклонившимся же с пути обращусь со следующим словом Пророка: сынове человечестии! векую любите суету и ищете лжи? (ср.: Пс. 4, 3), — ища исполнения волей своих, по возбуждению страстей ваших, не полагая перед очами страха Божия, ни суда неумытного, ни огня неугасимого, ни тьмы кромешной, ни скрежета зубов и тартара невообразимо страшного, но так бесстрашно и дерзко, так лживо и легкомысленно судя о Боге при беспутных начинаниях ваших. Доколе будете вы забывать суды Его? Доколе будете не приходить в чувство раскаяния? Доколе будете полагать лукавые советы в душах своих, придумывая извинения во грехах и предаваясь суетным чаяниям? — восставьте себя, наконец, от падения, разгоните окружающую вас тьму, пресеките безумные стремления ваши. От кого бежите вы? От кого отрицаетесь? Не от Духа ли Святаго, Коего прияли в день избавления?.

Всякий день станем проводить со всем вниманием и бдительным самоохранением, рано утром, по знаку, тотчас живо вставая, и сон прогоняя, и по внимательной молитве в келье и в общем собрании принимаясь всякий за свое дело, — келарь в столовой, повар в поварне и прочие все всякий на своем месте: нигде ропот, нигде преслушание, нигде крик, нигде противоречие, — и не злость, скрытно держимая, чтобы по наружности только казаться мирным, внутри же питать злобу и, как только случай, ужалить, подобно змею, или отомстить, подобно мстительному верблюду. — Случилось оскорбление и прошло. Но искренно ли совершилось раскаяние или прощение? Не распалитесь опять помыслами и не покуситесь воздать злом за зло, или досаждением за досаждение, напротив благословите, зная, «что вы к тому призваны, чтобы наследовать благословение. Ибо, кто любит жизнь и хочет видеть добрые дни, тот удерживай язык свой от зла и уста свои от лукавых речей; уклоняйся от зла и делай добро; ищи мира и стремись к нему, потому что очи Господа обращены к праведным и уши Его к молитве их, но лице Господне против делающих зло, чтобы истребить их с земли» (1 Пет. 3:9-12).

Для чего другого сеет земледелец, как не для того, чтобы потом и пожать? Для чего трудится торговец, как не для того, чтобы получить прибыль? Так и слово учения распространять поставленный для чего другого это делает, как не в надежде преуспеяния и усовершенствования слышащих? — В отношение же к вам, по грехам моим, слово мое остается совершенно бездейственным. Сею много и много тружусь, но никакого плода не вижу. Говорю, оглашаю, напоминаю — и иногда на час сила слова моего доходит до слуха вашего душевного, но вы тотчас скорее того опять все забываете и остаетесь в тех же прегрешениях. Плачу об этом и раздираюсь сердцем, не имея сил пресечь вашу беспорядочность. Конечно, такая безуспешность зависит от бессилия смиренных слов моих. Пусть, впрочем, в этом на моей стороне вина. Но разве вы не слышите словес Божественного Писания? Не оглашают ли они каждодневно слуха вашего спасительными догматами? — Что вопиют, кроме того, и святые отцы? Что возвещают? О чем свидетельствуют? Чем угрожают? — Не приводят ли они перед глазами вашими страшного такого и нелицеприятного судилища, потрясающего такого окончательного решения Божия, такого поражающего отвержения и мук бесконечных, огня неугасимого, червя ядовитого, не умирающего, тьмы тьмущей, диавольской преисподней и прочего, что при этом помышляется? — Не показывают ли они, напротив этого, Царства Небесного — Жизни нескончаемой, славы неприступной, света неизреченного, немыслимых красот рая, лона Авраамова, обителей святых, дворов праведных, чинов Ангельских, радований неизъяснимых? — И при всем том никакого не видно у вас исправления, ни даже раскаяния. — Какого, впрочем, слова можем мы послушать, когда только и ищем, чтобы удовлетворить свои плотские страсти и пристрастия, когда совсем опустились, только и на уме держим, как бы что поесть и попить, какое бы слово смешное выпустить на разорение своей души и души слышащего, что бы придумать, чтобы прикрыть вину свою или свалить ее на другого, — и обще скажу, когда мы души свои сделали не детелищем преподобия и правды, а всякого беззакония и неправды?