Исидор Пелусиот
Тематика цитат

Цитаты:

Пределы всякой дерзости, полагаю я, преступили те, которые не прилагают никакого попечения о доблестной жизни, непрестанно же препираются о догматах. Ибо по заграждении их дерзости не дверями и печатями, что иной может и сокрушить, но Божиими словесами, которые гласят: грешнику же рече Бог: вскую ты поведаеши оправдания Моя, и восприемлеши завет Мой усты твоими? (Пс. 49, 16) — простерли они дерзость до того, что не только входят в словопрения об оправданиях, отвергаемых ими с клятвою <что, может быть, было бы меньшее зло>, но даже разногласят о неизреченном и пречистом Естестве. Посему посоветую таковым не терзать им со своей стороны скверными и проклятыми устами того, что божественно и едва уловимо для самых благоискусных, но обращать  испытание на самих себя; тогда, может быть, сотрут с себя, как ни есть, пятна, которые вопреки долгу сами на себя наложили.

О Богородице

Еллины признавали, что матерь их богов, даже самых верховных, и зачинала и рождала вследствие похотения и несказанной страсти, потому что, как матерь таких богов, не оставила неизведанным и неприведенным в действие ни одного вида похотливости. О Той же, о Которой мы исповедуем, что соделалась Матерью воплотившегося Бога нашего, все поколения человеческие по самой истине признали, что единократно прияла Она единое зачатие без семени и посредствующего ему растления. Если же не веришь сказанному, то во всей истине уразумеешь из силы Рожденного; потому что слепым даровал Он прозрение, прокаженных очищал от язвы и болезни, немым, косноязычным и глухим сообщал способность ясно слышать и говорить, ходил по хребту морскому, укрощал надмение волн и стремительные приражения ветров, единым словом изгонял полчища и дружины демонов, многих мертвецов словом также призвал снова к жизни. Сии-то знамения Его Божества передали нам самовидцы оных, которые свидетельство свое в такой мере соблюли непричастным лести и угодливости, что описали и служившее к Его уничижению: гонения, поругания, метания камнями, заплевания, биения по ланитам, заушения, крест, гвозди и смерть. За сею-то смертью последовало вскоре Воскресение, которое указует, что пострадавший есть воплощенный Бог, и вместе проповедует, что рождшая есть Матерь воплотившегося Бога, если только подобные вещи по необходимости приемлют и подобные наименования.

О скорби

...Подлинно, егоже бо любит Господь, наказует, биет же всякого сына, егоже приемлет (Притч. 3, 12). И в этом нет ничего несообразного. Ибо те, которые пользуются дружбою царей, всего более подвергаются опасности на войнах, приемлют раны, посылаются в чужие земли. И это-то наиболее дает им право иметь дерзновение перед царем и с тем, кто выше их, обходиться наконец, как с равным, потому что носят на телах раны — эти залоги дружбы. Если же спросишь: а что из сего тем, для кого служит это преткновением? Отвечу: для них служит это преткновением по их несмысленности, а не по свойству дела, потому что воздаяние за труды не здесь, напротив того, здесь подвиги, награды же после сего. Поэтому да не ищут упокоения во время подвигов, и да не смешивают времен. Но скажешь, может быть: я немощен. Бог промышляет и о тебе, и здесь наказывает Он многих порочных, и награждает иных праведных. Посему если соблазняют тебя те праведники, которые в скорби, то да назидают те, которые в покое и чести; и если служат для тебя преткновением те порочные люди, которые благоденствуют, то да исправят те, которые несут наказание и мучатся.

Почему вино, говоришь ты, не всякого кто пьет его, приводит в одинаковое расположение духа, но одних  делает благодушными, а других раздражительными, одних дружелюбными, а других задорными, одних кроткими, а других зверскими? Итак, поелику заставляешь меня коснуться естествословия, думаю, что бывает <следующее>: увеличиваются или уменьшаются от вина причины таковых припадков по свойству или телосложения, или душевных движений, для многих сокрытых. Поелику вино имеет влияние на одни влаги, то некоторым образом входит в соединение с нравами употребляющих оное: какого нрава выпивший, такие свойства и обнаруживает в нем, не вновь их производя, но из сокрытых делая явными; ибо, разоблачая нрав, выказываемый притворно, дает видеть сокровенный внутри, почему и вошло в пословицу у многих говорить: правда в вине. И тех, которые думали величаться мнимою степенностью, вино нередко делало откровенными на тайны и заставляло говорить о том, чему лучше бы оставаться невысказанным, а тех, которые из ненависти к злонравию часто приводили себя в гнев, обличало, что они ласковы и кротки, уничтожив в одних мысль о степенности, а в других причину к гневу; потому что не новое что-либо производит вино в человеке, но <то>, что в нем было скрытно, выводит наружу.

<Апостол> Павел не сказал: «несть начальник, аще не от Бога», но рассуждает о самом начальствовании, говоря: несть бо власть, аще не от Бога (Рим. 13, 1). То самое, что у людей есть начальства, одни начальствуют, другие живут под начальством, — не просто и не самослучайно происходит сие, так чтобы народы, подобно волнам, увлекались туда и сюда, но, по словам Павла, это есть дело Божией премудрости. Поелику равночестность по обыкновению возжигает часто войну, то Бог не попустил быть народоправлению, но установил царскую власть, а потом за нею и многие начальства. Какие же, спросишь? Начальника и подначального, мужа и жену, отца и сына, старца и юношу... учителя и ученика. Даже и у бессловесных животных можно видеть подобное сему. Поручителями в этом — пчелы, подчиняемые царской власти, журавли и стада диких овец. Если же посмотришь и на море, то и оно окажется не лишенным сего благочиния. И там многие породы рыб имеют одного правителя и вождя... Ибо безначалие везде всего ужаснее и бывает причиною замешательства и безурядицы. Посему и в теле, хотя оно есть нечто единое, не все равночестно, но одни члены начальствуют, а другие подначальны.
Потому вправе мы сказать, что самое дело, разумею власть, т. е. начальство и власть царская, установлена Богом, что бы общество не пришло в неустройство. По если какой злодей беззаконно восхитил сию власть, то не утверждаем, что поставлен он Богом, но говорим, что попущено ему или изблевать все свое лукавство, как фараону, и в таком случае понести крайнее наказание, или уцеломудрить тех, для кого нужна и жестокость, как царь вавилонский уцеломудрил иудеев.