Амвросий Оптинский (Гренков)
Тематика цитат

Цитаты:

N. писала мне, что одна сестра, долго жившая в обители, по искушению вражию вышла из обители. А при выходе ты, убеждая ее остаться, сказала: «Истину тебе говорю, евангельское слово, что если будешь опять проситься – не приму». Теперь эта сестра, опомнившись и увидев свою ошибку, усердно просится опять в обитель. А ты, опираясь на свое слово, не принимаешь ее, несмотря на ее раскаяние и обещание все терпеть. Евангельская заповедь Самого Господа седмижды семьдесят раз прощать согрешившему против нас (см. Мф. 18, 22) выше твоего евангельского слова. На Усекновение главы Предтечи поется в стихирах об Ироде, что лучше было бы ему, «солгавшу, жизнь получити, нежели истинствовавшу главу Предтечи усекнути». Так и нам не следует отсекать жизни монашеской этой сестры. Себя же укорим за неосмотрительное слово и при исповеди покаемся в этом.

О страстях

Как же быть тем, которых как бы невольно тревожат и беспокоят нелюбовь и злоба, зависть и ненависть или смущает неверие?
Прежде всего, должно обратить внимание на причины сих страстей и против этих причин употребить приличное духовное врачевство. Причина неверия – любление земной славы, как свидетельствует Сам Господь в святом Евангелии: Как вы можете веровать, когда друг от друга принимаете славу, а славы, которая от Единого Бога, не ищете (Ин. 5, 44)? А зависть, и злоба, и ненависть происходят от гордости и от неимения любви к ближним. Врачевство же против сих страстей: во-первых, смиренное и искреннее сознание своей немощи пред Богом и духовным отцом; во-вторых, евангельское понуждение не действовать по влечению сих страстей, а делать противное им; третье врачевство – искать во всем только славы Божией и от Бога; четвертое врачевство – смиренное испрашивание помощи Божией... не сомневаясь, а веруя, что невозможное у людей возможно от Бога. Пятое врачевство – самоукорение, т.е. во всяком неприятном и скорбном случае или обстоятельстве должно возлагать вину на себя, а не на других, что мы не умели поступить как следует и от этого вышла такая неприятность и такая скорбь, которой и достойны мы попущением Божиим за наше нерадение, за наше возношение и за грехи наши, прежние и новые.

Выражено желание и вместе недоумение, почему Господь как бы не слышит молитв твоих касательно очищения от страстей. На твое недоумение представлю тебе пример. Огородник весной сперва совершенно очищает землю от всякой дурной травы, потом уже в чистую землю сажает растения; но дурная трава опять проникает, и огородник должен почти целое лето осторожно пропалывать и очищать растения от дурной травы несколько раз, пока укрепятся совершенно огородные растения. Тело наше создано из той же земли, и сколько человек ни старается очищать себя от страстей, страсти опять проникают, как дурная трава. Опять обратимся к огороду, который если плохо огражден, то козы и свиньи повреждают растение. А птицы могут летать и через ограду. Огородник должен за всем этим следить и сохранять растение. А христианин должен сохранять плоды духовные от мысленных птиц, которые преобразуются иногда и в других животных. Праотцу нашему сказано: В поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят (Быт. 3, 19).

Вера, незлобие, смирение, и любовь, и доброжелательство другим выше всех добродетелей, как свидетельствует Сам Господь в Евангелии, глаголя: милости хочу, а не жертвы (Мф. 9, 13), т.е. паче жертвы. А, напротив, неверие и лукавство, зависть, и злоба, и ненависть хуже всех грехов и зловреднее всех страстей и пороков.
Как же быть тем, которых как бы невольно тревожат и беспокоят нелюбовь и злоба, зависть и ненависть или смущает неверие?
Прежде всего должно обратить внимание на причины этих страстей и против этих причин употребить приличное духовное врачество. Причина неверия – любление земной славы, как свидетельствует Сам Господь во святом Евангелии: Как можете веровать, когда друг от друга принимаете славу, а славы, которая от Единого Бога, не ищете (Ин. 5, 44). А зависть, и злоба, и ненависть происходят от гордости и неимения любви к ближним. Врачество же против сих страстей: во-первых – смиренное и искреннее сознание своей немощи пред Богом и духовным отцом; во-вторых – евангельское понуждение не действовать по влечению сих страстей, а делать противное им; третье врачество – искать во всем только славы Божией и от Бога; четвертое врачество – смиренное испрашивание помощи Божией псаломскими словами: Господи! От тайных моих очисти мя, и от чуждих пощади рабу Твою или раба Твоего (Пс. 18, 14). Испрашивать же помощи Божией не сомневаясь, а веруя, что невозможное у людей возможно от Бога (см. Мк. 10, 27).
Пятое врачество – самоукорение, т.е. во всяком неприятном и скорбном случае или обстоятельстве должно возлагать вину на себя, а не на других – что мы не умели поступить как следует и от этого вышла такая неприятность и такая скорбь, которой и достойны мы попущением Божиим за наше нерадение, за наше возношение и за грехи наши, прежние и новые.

Ты пишешь, что враги душевные воздвигли на тебя такую брань, что мешают тебе обычно совершать внутреннюю молитву, производя около тебя шум и гул, как бы пляску целого хоровода, почему и спрашиваешь меня, скудоумного, что тебе делать и как поступить в таком случае. Надобно подражать угодникам Божиим, как они поступали в подобных случаях. Читаем в житии Арсения Великого, что он иногда, восставая от внутренней молитвы, гласно молился с воздетыми руками: «Господи Боже мой! Не остави мене, яко ничтоже благо сотворих пред Тобою николиже: но помози и сподоби положити начало!»
В краткой сей молитве угодника Божия выражается, во-первых, великое смирение, и самоукорение, и самоуничижение. Во-вторых, показывается, что угодник Божий не без причины так молился, а, видно, за строгую жизнь борим был помыслами возношения от мысленных врагов, которые никого не оставляют в покое, а всех борют, чем кого могут. Особенно нам, немощным, потребно следить за помыслами возношения, которые для нас в брани духовной вреднее всего, как объясняет это преподобный Марк Подвижник: «Если бы заботились о смиренномудрии, то не имели бы потребности в наказании. Все злое и мучительное, случающееся с нами, случается из-за возношения. Если же апостолу, чтобы он не превозносился, был попущен ангел сатаны удручать его, то тем более нам, превознесшимся, сам сатана попущен будет попирать нас, пока не смиримся"…
По сим свидетельствам угодников Божиих поверяя наше смирение или недостаток оного или примечая окрадение возношением, искренно и со смиренномудрием да повторяем перед Господом означенную молитву блаженного Арсения, восставая на оную, когда беспокоимы будем от досаждающих нам мысленных врагов наших. Если же когда и сия молитва совершенно не будет успокаивать нас, то да подражаем и в другом действии блаженному Арсению. Он иногда сажал около себя учеников своих, жалуясь на брань вражию. Можешь и ты иногда сажать около себя сестру П. в случае нужды. Пусть сидит около тебя с молитвой или стоя да прочитывает сколько-нибудь из Евангелия.

Описываешь брань, какую испытываешь в течение полугода, и недоумеваешь, за что попущена тебе такая сильная брань. Спрашиваешь: не прогневала ли теперь опять чем-либо Бога, смертно чем согрешила? Теперь хотя бы и не согрешила, а надо потерпеть и за старые грехи. Мария Египетская в пустыне 17 лет боролась со страстями, как со зверьми. Говоришь: может быть, это общий путь людей, много согрешивших? Действительно, путь это общий, но на этом общем пути каждый человек испытывает больше или меньше, то или другое, по своему устроению и своим чувствам. Скажу тебе пример. В сырую, холодную погоду по одной и той же дороге идут несколько человек. Здоровый озябнет, да и только. У кого же послабее здоровье, тот простудится, схватит насморк, разболится голова. А человек болезненный и совсем разболится от того, что для здорового проходит безвредно. Так разумей и о том, о чем ты спрашиваешь: такая брань, какую ты описываешь (например, что ты испытываешь, стоя в церкви), – это признак глубокой немощи. Облегчается эта брань смирением, а усиливается от высокоумия и гордости.

О мыслях

Спрашиваешь, как тебе быть и держать себя, потому что всюду видится тобою одна личина. Сама объясняешь, что тебе очень помогает в таких случаях умеренность речи. Отвечать кратко, благоразумно и осторожно в подобных выражениях: не знаю, что вам сказать, иногда – это не по моей части; иногда – это меня не касается; или – это выше меня, а иногда отвечать молча одним поклоном и проходить, как будто не расслышала или не поняла. А сверх всего этого потребно держаться совета святого Исаака Сирина: стараться не видеть злобы человека. В этом состоит чистота душевная. Все предстанем судилищу Христову и не знаем, какой кто получит конец, и в единонадесятый час пришедших Господь приемлет покаяние и таковым повелевает первым раздавать награды, а прежде пришедших упрекает, что в них око лукаво, яко Аз благ есмь (Мф. 20, 15) спасаемся благодатью Христовой.

Многоразличные внушения вражии считай наравне с хульными помыслами и старайся презирать их, молясь псаломским словом: Боже! поспеши на помощь мне; Господи! не замедли помочь мне. Да постыдятся и посрамятся ищущие души моей, да возвратятся вспять и устыдятся желающие (мыслящие) мне зла (Пс. 69, 2–3). Когда же будут враги внушать похвалу и гордостное возношение, то продолжай следующий стих, глаголя: Да возвратятся вспять со стыдом говорящие мне: «хорошо, хорошо! » (Пс. 69, 4). Также приличное и в приличное время произноси из 39 псалма, начинающегося так: Терпеливо уповал я на Господа, и Он внял мне, и услышал молитву мою (Пс. 39, 2) и прочее по избранию до конца. Иногда же против гордых помыслов молись, как молился некто из древних отцов, глаголя: «Господи, чужда есмь всякого блага и исполнена есмь всякого зла, помилуй мя единым милосердием Твоим». И повторяй это много раз, если возможно, с земным поклонением.
Враг же немощный только силится удалить человека от спасительного пути разными нелепыми внушениями, и устрашениями, и возможными искушениями, чтобы как-нибудь поколебать человека и отвратить от истинного пути, и хотя он иногда, как рыкающий лев, ходит… ища, кого поглотить (1Пет. 5, 8), но святой апостол Петр увещевает противиться ему твердой верой и упованием на Господа, что Он не оставит нас и силен упразднить и разрушить все козни вражии, как слышим часто в тропаре мучеников, которые, «имуще крепость от Господа, мучителей низложиша и сокрушиша демонов немощныя дерзости».

Прелести вражией более всего бойся при слезах и радости, по совету Лествичника, отвергая приходящую радость как недостойная, чтобы не принять волка вместо пастыря. Не вотще сказано: Служите Господу со страхом и радуйтесь пред Ним с трепетом (Пс. 2, 11). И о мироносицах пишется, что они бежали от гроба со страхом и радостью. Все это показывает, чтобы мы были осторожны касательно мнения о себе, когда покажется нам, что будто бы что-нибудь стяжали духовное и благодатное. Такое мнение везде выставляют началом и виной прелести богомудрые и богодухновенные отцы, особенно преподобный Марк Подвижник и Исаак Сирин пишут, что нет добродетели выше покаяния и что покаяние до смерти потребно не только грешным, но и праведным, потому что и праведник седмижды в день падает и что самое совершенство совершенных несовершенно. По этой причине и все святые всегда смирялись и имели себя под всею тварью, потому и пребывали непадательны.

Видения, бывшие тебе и представлявшиеся, не истинны, как-то: видение воскресшего Господа, видение Божией Матери и другое прочее подобное. Вперед не верь ни снам, ни видениям. Все это опасно и обольстительно и не увенчивается добрым концом. Самые плоды настоящей твоей жизни могут служить тебе ясным доказательством, что ты был обманут и увлечен самомнением от бывших представлений и мнимой чистоты, и светлости ума, и случавшимися слезами, и умилением. Все это питало в тебе тайное и тонкое кичение и обольщение вражие, от которых произошли потом горькие плоды. Впрочем, отчаиваться не должно. Не является грех побеждающим человеколюбие Божие. Силен Господь поправить твои душевные обстоятельства, если понудишься положить новое начало с истинным покаянием и искренним смирением. Прежний образ молитвы оставь и не дерзай восходить умом на небо и представлять непостижимое Божество во образе. Благоговейно поклоняйся на иконе образу Святой Троицы, но не представляй умом Божество в таком виде – это опасно, по учению святых отцов, Григория Синаита и других. По краткости теперь нет возможности распространяться о сем. Если хочешь поправить испорченное дело, то подражай в молитве мытарю, о котором Сам Господь говорит, что он не смел и очей телесных возвести к небу, а об уме и говорить нечего, т.е. никак не дерзал умом восходить на небо, а стоял пред Богом со страхом и смирением, как зримый свыше от Господа, и прося помилования: «Боже, милостив буди мне, грешнику», и, не дерзая спорить с фарисеем, который явно уничижал его. Вот образ покаяния и возвращения на правый путь для всех согрешивших. И ты ни с кем не спорь и никого не учи, а только внимай своему покаянию и исправлению собственной жизни во страхе Божием, со смирением и самоукорением, не оправдываясь и не отвергая укоризны со стороны, кольми паче никого не судя и не осуждая.

Пишешь, что сама ты не понимаешь своего душевного устроения. Ты, как видно, от неопытности и самочиния, по причине самомнения и скрытности характера подверглась прелести вражией. Поэтому молись Господу об избавлении: «Господи, Иисусе Христе, помилуй мя, прельщенную! Господи, не попусти врагам до конца поругаться над созданием Твоим, которое Ты искупил Честною Твоею Кровью». Когда будешь так молиться, то сама увидишь действие этой молитвы, как душевным врагам это будет неприятно, и они будут смущать душу твою и отвлекать, чтобы ты так не молилась, да и самолюбию твоему будет неприятно считать себя прельщенной. Но ты понуждайся так молиться и просить от Господа помилования и вразумления. При этом должны быть и еще путаницы душевные, но заочно неудобно изъяснять. Ты прежде и лично была скупа на объяснение, скрывала, сама не знала что и для чего. В скрытности и самочинии основание прелести вражией, от нее же да избавит нас Господь.

О страданиях

Слышу, что вы скорбите паче меры, видя страдания болящей дочери. Действительно, по-человечески нельзя не скорбеть матери, видя дочь свою, малютку, в таких страданиях и страждущую день и ночь. Несмотря на это, вы должны помнить, что вы христианка, верующая в будущую жизнь и будущее блаженное воздаяние не только за труды, но и за страдания произвольные и невольные; и потому не должны нерассудно малодушествовать и скорбеть паче меры, подобно язычникам или людям неверующим, которые не признают ни будущего вечного блаженства, ни будущего вечного мучения.
Как ни велики невольные страдания дочери вашей, малютки С., но все-таки они не могут сравниться с произвольными страданиями мучеников, если же равняются, то она и равное с ними получит блаженное состояние в райских селениях. Впрочем, не должно забывать и мудреного настоящего времени, в которое и малые дети получают душевное повреждение от того, что видят, и от того, что слышат; и потому требуется очищение, которого без страданий не бывает, очищение же душевное, по большей части, бывает через страдания телесные.
Положим, что и не было никакого душевного повреждения. Но все-таки должно знать, что райское блаженство никому не даруется без страданий. Посмотрите: и самые грудные младенцы без болезни ли и страданий переходят в будущую жизнь? Впрочем, пишу так не потому, что желал бы я смерти страждущей малютке С., но пишу все это собственно для утешения вас и для правильного вразумления и действительного убеждения, чтобы вы нерассудно и паче меры не скорбели.
Как ни любите вы дочь свою, но знайте, что более вас любит ее Всеблагой Господь наш, всяким образом промышляющий о спасении нашем. О любви Своей к каждому из верующих Сам Он свидетельствует в Писании, глаголя: если и женщина забудет грудное дитя свое, Я не забуду тебя (Ис. 49, 15). Поэтому постарайтесь умерить скорбь вашу о болящей дочери, возвергая печаль сию на Господа: ибо как хочет и благоизволит, так и сотворит с нами по благости Своей. Советую вам приобщать болящую дочь с предварительной исповедью. Попросите духовника, чтобы поблагоразумнее расспросил ее при исповеди.