Амвросий Оптинский (Гренков)

Амвросий Оптинский (Гренков)

Преподобный (1812–1891)
Тематика цитат

Цитаты:

Пишешь о работнице скончавшейся и спрашиваешь, не искушение ли это тебе, что помысел внушает тебе жалость о ней и понуждает заботиться о ее поминовении, так что из пяти рублей, которые у вас были, вы отдали два священникам, чтобы ее поминали? Отвечаю: конечно, это искушение. Святое Писание говорит: «благотвори ближнему, сколько рука твоя может» (Втор. 15:10). И преподобный Варсонофий Великий говорит, что если монах, имея только необходимое для самого себя, откажет просящему, то не согрешит. А вы разве живете выше учения Варсонофия Великого? Вы постоянно сами нуждаетесь: вам ли думать о денежном благотворении ближним? Если вы отдадите последнее, что вам самим нужно, то враг, который всегда вас борет заботой о ваших недостаточных средствах, еще более будет вам досаждать этим. Хорошо ли вам через непосильное благотворение самим ввергать себя в смущение и заботливость и попечительством, когда мы имеем евангельскую заповедь: «Не заботьтесь...» (Мф. 6:31), – рассуждение, по учению святых отцов, выше всего. Если вы ощущаете жалость к умершей, то вам при вашем положении приличнее не денежные благотворения за нее делать, а, если хотите, самим за нее келейно молиться, чтобы Господь, как Он желает, помиловал душу ее. И думаю, что если так будете делать, то и жалость, и усердие ваше – все это пропадет скоро.

«Благости… научи меня»
(Пс. 118:66). Благость и милосердие есть главная часть любви, а любовь есть главная добродетель и заповедь, как сказано в Евангелии: «Возлюби Господа Бога твоего… всею душею твоею… а ближнего, как самого себя; на сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки»
(Мф. 22, 37, 39–40).

Любовь рождается от веры и страха Божия, возрастает и укрепляется надеждой, приходит в совершенство благостью и милосердием, которыми выражается подражание Богу, как сказано в Евангелии: «Будьте милосерды, как и Отец ваш Небесный милосерд (Лк. 6:36), – и еще сказано в Евангелии: «Милости хочу, а не жертвы» (Мф. 9:13). Милость и снисхождение к ближнему и прощение недостатков его – выше жертвы, которая не принимается без мира к ближним, по слову Евангелия: «Если ты принесешь дар твой к жертвеннику и там вспомнишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой пред жертвенником, и пойди прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и принеси дар твой» (Мф. 5:23–24).
Любовь к Богу доказывается любовью и милосердием к ближнему, а милосердие, милость и снисхождение к ближнему и прощение недостатков его приобретаются через смирение и самоукорение, когда во всех скорбных и неприятных случаях будем возлагать вину на себя, а не на других, что мы не умели поступить как следует, оттого произошла неприятность и скорбь, и если так будем рассуждать, то менее будем огорчаться и предаваться гневу, который не творит правды Божией (Иак. 1:20).
Страшны слова апостола Иоанна: «Не любящий брата, то есть всякого ближнего, пребывает в смерти, и во тьме ходит, и не знает, куда идет; а ненавидящий брата своего есть человекоубийца» (1 Ин. 3:14–15; 2:11).

О благочестии

Желание трудиться на благо человечества – весьма благовидное, но поставлено не на своем месте. Царственный пророк святой Давид говорит: сперва «уклоняйся от зла, а потом уже делай добро» (Пс. 33:15). У нынешних же людей дело выходит навыворот. Все хотят, на словах, трудиться на благо ближних и нисколько или весьма мало заботятся о том, что наперед нужно самим уклониться от зла, а потом уже заботиться о пользе ближних. Широкие затеи молодого поколения о великой деятельности на пользу всего человечества похожи на то, как если бы кто, не кончив курса в гимназии, много мечтал о себе, что он мог бы быть профессором и великим наставником в университете. Но с другой стороны, думать, что если мы не можем двинуть вперед всего человечества, то вовсе не стоит трудиться – это опять другая крайность. Каждый христианин обязан по силам своим и сообразно своему положению трудиться на пользу других, но с тем, чтобы все это было вовремя и в порядке, как выше сказано, и чтобы успех наших трудов представлять Богу и Его святой воле.

Спрашиваешь, не жить ли тебе со старой монахиней, чтобы спрашивать ее, как что делать, и с нею читать правило, и думаешь, что тогда успокоишься. Но это заблуждение. Пути человеческие различны, и если будем смотреть на других, как они живут, и им подражать, то из этого выйдет одна путаница, приводящая к осуждению, а каждый должен о себе спрашивать отца своего духовного, к кому относится, и поступать согласно с этим. Монахиня, с которой ты стала бы жить, меня не знает, а ты относилась и относишься к моей худости – что же бы вышло из вашего совместного жительства? Она бы тебя спутала, а ты бы ей досадила. Пребывание с другими нужно нам не для того, чтобы со всеми советоваться и им подражать, а чтобы в сообращении с ними познавать душевные свои немощи и смиряться перед ближними. А это можешь делать, и не живя со старицей: и без этого можешь из разных случаев и от разных людей познавать свои немощи и поучаться кротости, и смирению, и терпению.

Должно знать, что если всякая добродетель приобретается не вдруг, а постепенно и с трудом и понуждением, то тем более любовь как начало и конец всех добродетелей требует к приобретению своему и времени, и великого понуждения, и внутреннего подвига, и молитвы, и, прежде всего, требует глубокого смирения перед Богом и перед людьми. Смирение и искреннее сознание своего недостоинства – во всех добродетелях скорый помощник, равно и в приобретении любви. Итак, начнем каждый с той степени любви, какую кто имеет, и Бог поможет нам. Кого тяготят грехи, тот да помышляет, что любовь покрывает множество грехов; чья совесть возмущена множеством беззаконий, тот да помышляет, что «любовь есть исполнение закона» (Рим. 13, 10). «Ибо любящий ближнего, – говорит апостол, – исполнил закон» (Рим. 13:8). Если бы мы не достигли означенной совершенной любви, по крайней мере, позаботимся и постараемся не иметь зависти, и ненависти, и памятозлобия.

Ради спасения человека из любви так Пострадавший Единородный Сын Божий и тридневно Воскресший весь закон Свой основал на двух заповедях – на любви к Богу и ближнему, и ни одна из этих заповедей не может совершаться без другой. Святой Иоанн Богослов говорит: «Кто говорит: "я люблю Бога", а брата своего ненавидит, тот лжец» (1 Ин. 4:20). Также и любовь к ближнему, если бывает не Бога ради, а по какому-либо побуждению человеческому, то не только не приносит пользы, но нередко причиняет и вред душевный. Признаки же истинной любви христианской апостол Павел выставляет следующие: «Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла (и не помнит зла), не радуется неправде, а сорадуется истине, все любит, всему верит, всего надеется, все переносит. Любовь никогда не перестает» (1 Кор. 13:4–8).

Знаю, что ты давно желаешь и порываешься на безмолвие и уединение. Но потерпи еще и потрудись… в окормлении и наставлении сестер общины. Правда, что безмолвие и уединение дают большое удобство к молитве жаждущей того душе. Но, по святоотеческому слову, молитва есть добродетель частная, а любовь есть добродетель всеобщая. Любовью и Бог именуется по сказанному: «Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем» (1 Ин. 4:16). «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин. 15,:3). И еще: «Любящий другого исполнил весь закон» (Рим. 13:8). «Любовь есть исполнение закона» (Рим. 13:10). И еще: «Никто не ищи своего, но каждый пользы другого» (1 Кор. 10:24). Поэтому потрудись еще с сестрами, живя в общине, а там после, когда воля Божия будет, поживешь в безмолвии и уединении.