Помнить зло есть дело души не благородной, а жалкой и худой. Но поелику не все об одном и том же произносят один и тот же приговор, напротив того, одни скорое уврачевание оскорбленного почитают признаком того, что он соглашается со сказанным, а другие — того, что не соглашается; то человеку благоразумному надлежит следовать больше мудрейшим и их приговор признавать твердым; а он таков: как можно скорее принимать врачевство, потому что ложный упрек не простирается дальше слуха. А... если обидчик не находит в этом сытости, но любомудрием обижаемого поощряется к новым обидам, то... такого человека должно бегать, как неукротимого зверя. Ибо написанное кем-то: «И вхожу в сношения, и любомудрствую, потому что уготовляет мне это большую похвалу», показывает, надобно сказать правду, мужа великого, если только любомудротвует он на самом деле, но не превзошедшего в добродетели мужей святых. Ибо святые у нас не хотят сплетать себе венцов из чужих бедствий, но нередко готовы вознерадеть о своей пользе, чтобы только поправить дело ближних; не поведут они других к стремнине, чтобы себе уготовать большую славу, но подадут совет, если могут принести пользу, если же нет, пойдут прочь, чтобы другие не поскользнулись в большую пропасть. Ибо, если что делают, делают это не из любочестия, но заботясь о спасении людей.


Исидор Пелусиот