...Не почтем достаточным для спасения, если, ограбив вдов и сирот, принесем золотой и украшенный драгоценными камнями сосуд для Святой Трапезы. Если ты хочешь почтить жертву, то принеси душу свою, за которую принесена жертва; душу свою сделай золотою. Если же она хуже свинца и глины, а ты приносишь золотой сосуд, какая из того польза? Итак, будем заботиться не о том одном, чтобы принести в дар золотые сосуды, но о том, чтобы принести от праведных трудов. Такие приношения, добытые тобою без любостяжания, дороже всяких золотых. Церковь — не на то, чтобы в ней плавить золото, ковать серебро; она есть торжественное собрание ангелов. Поэтому мы требуем в дар ваши души, — ведь ради душ принимает Бог и прочие дары. Не серебряная была тогда трапеза и не из золотого сосуда Христос давал пить Кровь Свою ученикам. Однако же там все было драгоценно, все возбуждало благоговение, потому что все исполнено было Духа. Хочешь почтить Тело Христово? Не презирай, когда видишь Христа нагим. И что пользы, если здесь почтишь Его шелковыми покровами, а вне храма оставишь терпеть холод и наготу? <...>
Говоря это, не запрещаю делать богатые вклады, требую только, чтобы вы, вместе с вкладами и даже прежде них, творили милостыню. Хотя Бог приемлет и вклады, но гораздо лучше милостыню. Там один только приносящий получает пользу, а здесь и приемлющий. Там дар бывает иногда поводом к тщеславию, а здесь все делается по одному милосердию и человеколюбию. Что пользы, если трапеза Христова полна золотых сосудов, а Сам Христос томится голодом? Сперва напитай Его алчущего, и тогда уже употреби остальное на украшение трапезы Его. Ты делаешь золотую чашу, и не даешь чаши студеной воды. Что в том пользы? Делаешь для трапезы златотканые покровы, а Христу не даешь и нужного для прикрытия. Какой плод от того? Скажи мне: если ты увидишь человека, не имеющего у себя необходимой пищи, и вместо того, чтобы утолить его голод, обложишь только стол серебром, поблагодарит ли он тебя за это, или, скорее, огорчится? Еще: ты видишь человека, покрытого рубищем и окоченевшего от холода, и вместо того, чтобы дать ему одежду, ставишь золотые столбы, говоря, что делаешь это в честь его: не скажет ли он, что ты над ним насмехаешься, и не почтет ли это крайнею обидою? То же представь и о Христе, когда Он, как бесприютный странник, ходит и просит крова, а ты, вместо того, чтобы принять Его, украшаешь пол, стены, верхи столбов, привязываешь к лампадам серебряные цепи, а на Христа, связанного в темнице, и взглянуть не хочешь. Говоря это, не запрещаю и в том быть щедрым, но советую также не оставлять другого, или даже и предпочитать последнее. За неисполнение первого никто никогда не был осужден, а за неисполнение последнего угрожает геенна и огнь неугасимый, и мучение вместе с демонами. Итак, украшая дом Божий, не презирай скорбящего брата; этот храм превосходнее первого. Те утвари могут похитить и неверные цари, и тираны, и разбойники; а что сделаешь для брата алчущего, и странного, и нагого, того и сам диавол не может похитить: оно сбережется в неприступном хранилище.


Иоанн Златоуст  

Апостол повелевает «отложить прежний образ жизни ветхого человека, истлевающего в обольстительных похотях, а обновиться духом ума вашего и облечься в нового человека, созданного по Богу, в праведности и святости истины» (Еф. 4, 22–24). Отложим образ ветхого человека, скотоподобный и звериный, мерзкий и нечистый, и облечемся в новый образ Божий, небесный и святой. И станем подобны Отцу нашему Небесному, Который нас создал по образу и подобию Своему. И этот образ, растленный грехом, Отец наш небесный обновляет во Христе силой святого Духа. Станем подобны Ему благими нравами: будем милосердны, как Он милосерден, будем чисты и святы, как Он свят, будем щедры, кротки, терпеливы и милостивы, как Он долготерпелив и многомилостив. И поскольку будем совлекаться ветхого человека, по стольку будем облекаться в нового; ибо отвержение одного есть облечение в другого, и смерть одного есть жизнь для другого. Совлекается и умерщвляется ветхий человек – облекается и оживляется в нас новый. Поскольку же будем облекаться в нового человека, постольку будут в нас богоподобные свойства. Поскольку же будут богоподобные свойства, постольку будет чист и ясен в нас образ Божий.


Тихон Задонский  

Вот внутренний подвиг, в котором ты должен подвизаться в каждом случае: направлять свои мысли, чувства и дела к одному богоугождению. Сначала это покажется тебе трудным, но потом сделается легким и удобным, если, во-первых, неотступно будешь упражняться в таком духовном делании, а во-вторых, всегда будешь возгревать в себе желание Бога, к Нему возносясь живым устремлением сердца как к единому совершеннейшему Благу, достойному того, чтобы служить Ему и любить Его больше всего другого. Чем чаще будет возникать в сознании и чем глубже проникать в сердце такое искание беспредельного блага в Боге, тем чаще и тем охотнее будут совершаться упомянутые действия нашей воли, тем скорее и легче образуется в нас навык всякое дело совершать по одной любви к Господу и по одному желанию угодить Ему достойному всякой любви.


Никодим Святогорец  

Святой Павел вначале так ревностно защищал ветхозаветные порядки, ибо искренне был уверен, что в этом непреложная воля Божия Не потому был он ревностен, что это была вера его отцов но потому, что служил Богу. В этом был дух его жизни посвящать себя Богу, и все силы обращать на угодное Ему. Потому для обращения его или для того, чтобы заставить его не стоять так за Ветхий Завет, а стать, напротив, на сторону Нового Завета, достаточно было осязательно показать, что Бог не хочет уже Ветхого Завета, а хочет Нового, что все благоволение Свое Он перенес от первого ко второму. Это и совершило явление Господа на пути. Тут стало ясно, что он не туда направлял ревность, куда следует, и что, действуя так, он не угождает Богу, а идет против воли Его. Это прозрение при помощи благодати Божией сразу изменило его стремления, и он воззвал: «Господи! Что повелишь мне делать?» (Деян. 9, 6). И с этого момента всю свою ревность он обратил на то, что было ему указано. И всю жизнь не забывал этого события, но, благодарно воспоминая его, разжигал тем свою ревность, не щадя сил для Господа, Спасителя своего. Так действуют все, и так следует действовать всем искренне обратившимся к Господу.


Феофан Затворник  

...Часто случается, что, желая или не желая чего-либо собственно для себя, в свою угоду, мы думаем, что желаем или не желаем того, единственно для угождения Богу. Чтобы избежать такого самопрельщения, исключительное средство — чистота сердца, которая состоит в совлечении ветхого человека и в облачении в нового. К этому направляется вся невидимая брань.
Желаешь ли научиться искусству, как это делать, послушай. В начале всякого своего дела надлежит тебе совлещись, сколько возможно, всякого собственного хотения и ни желать, ни делать, ни отклоняться от дела, если прежде не восчувствуешь, что тебя к тому подвигает и устремляет единственно сознание на то воли Божией. Если во всех своих делах внешних, и наипаче внутренних — душевных, не можешь ты всегда действительно чувствовать это подвижение от Бога, удовольствуйся возможностью его в тебе, именно — всегда имей искренне такое настроение, чтобы во всяком деле ничего не иметь в виду, кроме единого угождения Богу.
Чтобы действенно чувствовать подвижение от Бога на дело, это бывает или чрез Божественное просвещение, или мысленное озарение, в коих чистым сердцам созерцательно открывается воля Божия, или чрез внутреннее вдохновение Божие, внутренним некиим словом, или чрез другие действия благодати Божией, в чистом сердце действуемые, как-то: теплоту животочную, радость неизреченную, взыграния духовные, умиление, сердечные слезы, любовь Божественную и другие боголюбивые и блаженные чувства, не по воле нашей бывающие, но от Бога, не самодеятельно, а страдательно. Всеми такими чувствами удостоверяемся, что то, что ищем сделать, есть по воле Божией. Прежде же всего надлежит нам теплейшую и чистейшую воссылать к Богу молитву, всеусердно моля Его, однажды, дважды и многажды, просветить тьму нашу и вразумить нас. Трижды помолись, говорят великие старцы — Варсонофий и Иоанн, и потом куда склонится сердце твое, то и делай. Не следует притом забывать, что при всех исчисленных внутренних движениях духовных, образующиеся в тебе решения должен ты поверять советом и рассуждением опытнейших.
В отношении к делам, которых совершение должно длиться или навсегда, или более или менее долгое время, не только в начале приступания к ним надлежит иметь в сердце искреннее решение трудиться в них только для угождения Богу, но и после, до самого конца должно почасту обновлять такое благонастроение, Ибо если ты не будешь так поступать, то находиться будешь в опасности быть опять оплетену узами естественной к самому себе любви, которая, клонясь более к самоугодию, нежели к богоугождению, с продолжением времени нередко успевает незаметно уклонить нас от первоначального доброго благонастроения и доводит до изменения первых добрых намерений и целей...
...Кто не внимает добре сему, тот после того, как начнет делать какое дело с единственною целью благоугодить Господу, потом мало-помалу нечувствительно вводит в то дело и самоугодие, находя в нем и своим пожеланиям удовлетворение, и это в такой степени, что уже совсем забывает о воле Божией. И связывается он услаждением от того дела гак сильно, что если Сам Бог воспрепятствует ему исполнять его или посредством болезни какой, или чрез искушение от людей и бесов, или другим каким образом, он возмущается против того весь, и нередко осуждает то одного, то другого, что послужили ему препоной в любимом ему течении дел, иной же раз ропщет на Самого Бога: что явным служит признаком, что их сердечное настроение не Божие, а породилось от поврежденного и гнилого корня самолюбия.


Никодим Святогорец  

Пригласив следовать за собою с крестом, Господь указывает и способы устранения главных препятствий на этом пути, не внешних, а внутренних, коренящихся в сердце человеческом. Хочешь, как бы говорит Он, идти за Мной,– во-первых, не жалей себя, ибо кто будет жалеть себя, тот погубит себя; во-вторых, не связывай себя любовью к имению, «ибо какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?» (Мк. 8, 36). В-третьих, не стесняйся тем, что скажут или как будут смотреть на тебя другие: «Ибо кто постыдится Меня и Моих слов в роде сем прелюбодейном и грешном, того постыдится и Сын Человеческий, когда приидет в славе Отца Своего со святыми Ангелами» (Мк. 8, 38). Саможаление, любовь к имению и стыд перед людьми – это главные цепи, которыми держится человек в жизни небогоугодной, на пути страстей и греха. Они – главные препятствия к обращению грешника, они же – главный предмет духовной брани в человеке кающемся и уже начавшем приносить плоды покаяния. Пока эти нити не отрезаны, христианская жизнь в нас ненадежна, полна преткновений и падений, если не всегда внешних, то внутренних. Вот и присмотрись всякий хорошенько к себе, и если есть в тебе что-нибудь из названного, позаботься освободиться от этого, иначе не надейся взойти к совершенству во Христе, хоть внешне будешь и очень исправен.


Феофан Затворник  

Господня – земля и что наполняет ее, вселенная и всё живущее в ней (Пс. 23, 1). И Бог есть на всяком месте, Он «упование всех концов земли и находящихся в море далеко» (Пс. 64, 6), ибо «во всех местах владычества Его» (Пс. 102, 22). И ты в любом месте находишься в Царствии Божием и Бог с тобою везде... Благочестивые, где бы они ни находились, обитают в Царствии Божием, и Бог всегда с ними: «с ним Я в скорби» (Пс. 90, 15). С Богом же на всяком месте отечество и дом, так же как без Бога дом и отечество становятся ссылкой и пленом. С Богом в бедах, страданиях и в самом аду хорошо, без Бога, даже рай и небо ничто. Ибо где Бог, там и Царствие Божие, рай, небо и все блаженство. Бог – сокровище и источник утешения, радости, веселья и всякого истинного блаженства, и без Него не может быть истинного утешения, истинной радости и веселья, истинной жизни и блаженства.


Тихон Задонский  

Старайся с помощью Божией жить, хорошенько внимать себе и понуждать на все доброе и богоугодное, а от всего худого и греховного уклоняться, хранить и беречь себя, собой не гордиться,
не роптать, не завидовать, не зазирать и никого не осуждать, а себя за неисправности окаявать, и укорять, и осуждать, и считать худшей и последнейшей всех. Но не унывай и духом не упадай, но мужайся и крепись, то и обрящешь мир и покой душевный. И почаще проси себе: «Господи, даждь мне терпение, великодушие, и кротость, и смирение, и послушание, и покорность воле Божией». И почаще молитву Иисусову твори и «Богородице Дево, радуйся». И книги отеческие для руководства, и утешения, и вразумления читай. И меньше празднословь. И не смущаться, но быть терпеливой. Сказано в Евангелии: терпением вашим спасайте души ваши (Лк. 21, 19), и претерпевший до конца спасется (Мф. 10, 22).


Иосиф Оптинский (Литовкин)  

«Представьте тела ваши в жертву живую, святую, благоугодную Богу»(Рим.12,1)
В Ветхом Завете Бог повелел приносить Ему жертвы от плодов земных и первородных от стад, приносить все лучшее, а не худшее, здоровое, а не гнилое или больное, первое, а не последнее, молодое, а не старое.
...Юные годы твои, молодой человек,– это дни первоплодные; ты должен отдать их в жертву Господу Богу Твоему. То есть ты должен в юности твоей научиться работать Господу, соблюдать Его заповеди, не прогневать Творца твоего каким-либо смертным грехом, жить в целомудрии чисто и честно, ходя путем закона Божия. Это и будет приятная жертва Богу от твоих первых плодов. Если же юность свою ты проводишь в жизни развращенной, а покаяние, исправление и добродетели откладываешь на старость, то ты хочешь принести в жертву Богу хромое, слепое, больное и покрытое язвами. Постигнет тебя, с одной стороны, телесная немощь во всех твоих членах, которыми тебе хотелось бы поработать Богу, и ты не будешь в состоянии совершить такого подвига, который в юности мог бы совершить. С другой же стороны, состарившиеся в тебе греховные нравы отяготят твою душу и сделают ее как бы слепой, хромой и расслабленной, так что она уже не будет в состоянии легко совершать богоугодные дела. Не услышишь ли ты тогда от Бога то, что услышали приведшие в жертву Богу хромое, слепое и больное. (Втор. 15, 21): «Не приму такие жертвы от рук ваших». Хорошо увещевает апостол: «Умоляю вас, братия, милосердием Божиим, представьте тела ваши в жертву живую, святую, благоугодную Богу» (Рим. 12, 1). Он велит представлять живую жертву, а не мертвую, то есть пока ты, человек, здоров телом, молод, чист и крепок, будь жертвой Богу, не откладывая до того времени, когда, состарившись, ослабеешь и будешь как бы мертвым и бессильным. Или же так скажу: пока ты жив, пока ты не умер душой через смертный грех, будь жертвой Богу, то есть живи по-Божьему. Когда же тело твое, ослабленное старостью, будет как бы полумертвым, а душа твоя наполнится греховной мертвостью, тогда ты уже не будешь благоприятной жертвой Богу, как мог бы быть прежде, ибо не принимает Бог в жертву мертвечины, да и где и когда кто приносил в жертву мертвечину?


Димитрий Ростовский