Я хочу только сказать, что, и живя в миру, нужно не забывать Бога, не терять общения с Ним, а пока не порвана эта связь, не нарушено Богообщение – жива душа человека, хотя бы и впадала она в грехи. Когда же эта связь порывается, душа умирает. Казалось бы, какое противоречие – душа бессмертна, а я говорю о смерти ее. Поясню примером.
Приезжает ко мне девушка лет девятнадцати. Лета как будто не старые, и говорит, что жизнь потеряла для нее всякий смысл, так как умер человек, которого она любила всем своим существом. Он умер, и она осталась совсем одна…
– Одни… да в Бога-то Вы веру не потеряли?
– Нет, в Бога я верю… но поймите, он умер, кого я любила больше всего в мире.
И в разговоре выясняется, что «умер» надо понимать не буквально, что этот человек жив, но он изменил ей, насмеялся над ее любовью, бросил ее. И для этой девушки он действительно умер, хотя, быть может, они и на улице встречаются, и видит она его.
Так и душа может умереть для Бога, потому что, когда нарушается Богообщение, тогда душа перестает существовать для Бога. Но и такую умершую душу силен Бог воскресить и спасти.
Была у меня здесь одна девушка из купеческой семьи, обладающая колоссальнейшим состоянием. Враг, когда хочет погубить душу, начинает с того, что выкрадывает у нее веру в Бога, чтобы пресечь общение с Ним, – тогда она оказывается целиком в руках его.
И на эту девушку устремил он свои стрелы. Орудием его оказался один человек, молодой по летам, но старый по развращенности и порокам своим. И этого человека полюбила она, а он начал с того, что веру в Бога украл у нее – это ведь так легко: «Кто Его видел? Как можно этому верить?.. Все это только суеверные бредни…» И довел ее до того, что вера стала в ее глазах пустым предрассудком невежественных людей.
Что же было дальше? – Дальше тот же человек заставил ее уверовать в законность свободной любви – и развратил ее совершенно, а потом бросил ее, и она дошла до такого состояния, что чуть не решилась покончить с собой.
Но и такую душу силен спасти Боги, и Он спас эту девушку, так как в душе ее всегда тлела искорка стремления к небу, и какому-то ей самой несознаваемому идеалу. Художница в душе, она очень любила музыку, особенно минорную, и звуки ее навевали ей мысли о Боге. Не любил ее развратитель этого и часто захлопывал насильно крышку рояля, протестуя против этих, как выражался, «телячьих нежностей». Ему, бурсаку по происхождению, присуща была большая грубость. Этато грубость вместе с врожденной тоской по Боге, жившей в душе девушки, и спасли ее, – теперь она спасена: приехала она сюда, обновилась душой, а теперь вышла замуж за хорошего человека.
Вот этой-то искоркой стремления к Богообщению и надо дорожить, не давая окружающему мраку погасить ее.


Варсонофий Оптинский (Плиханков)  

Предложу самому себе такой вопрос: можно ли грешному человеку тотчас сделаться святым и иметь место со святыми? Ведь Давид говорит: «Далеко от нечестивых спасение» (Пс. 118, 155). Пока я буду искать ответа на этот вопрос, предложу вам послание апостола Павла к Евреям. Он, изливая в главе одиннадцатой все свое боговдохновенное и благоразумное исповедание святой веры, называет ее прежде всего священником, иереем, ибо ради нее Бог принял Авелевы жертвы. Вера – это молодость без старости, ибо Енох, восхищенный ею, до сих пор живет и не состарился. Вера есть ковчег, в котором спасся Ной, Вера есть материнство, ибо верою Сарра родила Исаака. Вера есть и живая, бескровная жертва, ибо верою Авраам принес сына своего Исаака живым в жертву, не пролив крови его, и была для него вера ножнами для ножа, которым он хотел заколоть своего сына. Вера есть око умное, ибо знает, как нужно благословить Иакова и как Исава. Вера – пророк, ибо ею Иосиф предсказал освобождение израильтян из Египта. В Моисее была вера в страх и бич на фараона и весь Египет. Вера – дно морское, проведшее Израиля посуху. В Иисусе Навине вера – штурм, ломающий стены Иерихонские. О как много великих похвал святой вере написал апостол! Посмотрим же еще со вниманием, как апостол заканчивает свои похвалы: «Верою Раав блудница ... не погибла» (Евр. 11, 31). Вера, говорит он, есть единственное спасение грешнику или грешнице: «Верою Раав блудница... не погибла». Кто-нибудь здесь мог бы сказать святому Павлу: «Святой Павел! Не изнемог ли ты, написав похвалу вере? Посмотри, хорошо ли ты пишешь и говоришь, когда окаянную, нечистую блудницу приравнял верному Авелю, чистому Еноху, богоугодному Ною, достойным патриархам Аврааму, Исааку и Иакову и прочим святым праотцам? Неужели ты не мог пропустить ее, не вспоминать, не сравнивать с такими великими святыми, не полагать в один лик, в одно число блудницу и Божиих угодников?» Павел же святой, изрекший, что «верою Раав блудница... не погибла», то как бы удивляясь, то радуясь и торжествуя о спасении грешницы, присоединяет к такие слова: «И что еще скажу?» (Евр. 11, 32), то есть что можно сказать больше? Что может быть удивительнее и славнее того, что и блудница среди святых, нечистая причтена к чистым, враждующая с Богом – к числу угодников Божиих? Рассуждая об этом блаженный Феодорит говорит: «Поистине удивительно это апостольское слово, которым он иноплеменную блудную жену приравнял Моисею, Аврааму и прочим святым, чтобы показать силу веры. Весьма дивно,– говорит он,– что блудница имеет равную похвалу со святыми». Слушай же это, всякий грешник, и уповай! Вот твердая надежда на милость Божию для грешника, восстающего от грехов!Тотчас отбрось грех, сломан твой злой обычай, попри ногами греховные страсти, восстань покаянием, обратись к Богу, начни каяться, начни тотчас же, не откладывая. Тогда сам апостол Павел поставит тебя наравне с великими святыми, как Раав блудницу поставил с Моисеем, Авраамом и прочими. Вот я уже ответил и отвечаю на предложенный вопрос: можно ли грешнику быть святым и иметь место со святыми? «Далеко от нечестивых спасение», далеко от грешников не кающихся, а от тех, которые истинно каются, от них спасение близко: «Близок Господь ко всем призывающим Его» (Пс. 144, 18), ко всем призывающим истинно. Таких мы дерзновенно можем написать между святыми и назвать их новыми святыми.


Димитрий Ростовский  

«Кто будет веровать и креститься, спасен будет: а кто не будет веровать, осужден будет» (Мк. 16, 16). Истинность веры должен доказать нам образ нашей жизни. Мы только тогда можем быть истинно верующими, когда на деле исполняем данное при Крещении обещание отречься от сатаны и всех дел его и всего служения его. А потому каждый из вас пусть обратит пристальное внимание на самого себя. Если кто после крещения сохранил все обещания, тот истинно верующий. А если кто не соблюдает своего обещания, обратился на дела беззаконные и сердцем устремился к удовольствиям мира, тот должен оплакивать свои согрешения. Ибо премилосердный Господь приемлет в число верующих и того, кто обращается от пути заблуждения к истине. Он, принимая всех истинно кающихся, сглаживает Своим милосердием всякое наше беззаконие.


Григорий Великий (Двоеслов)