«Не верите Мне, верьте делам Моим» (Ин. 10:38), говорит Господь. Дела Господни были явны всем, и Он мог указать на них гласно. Это – исцеление болезней, изгнание бесов, власть над природой, ведение сердечных помышлений, проречение будущего, сила слова и господство над душами. Все они ясно доказывали, что Иисус Христос – от Бога, и что слово Его – истина. Для нас к тем делам присоединились еще Его дивная смерть, Воскресение, Вознесение, сошествие Святого Духа, основание Церкви, дивные духовные дары в верующих, победа над язычеством и благодатные силы, не перестающие действовать в Церкви Божией. Все это – дела Господа. Поэтому можно сказать: если не веришь слову, поверь делам этим, громко свидетельствующим о Божестве Господа нашего Иисуса Христа, и, поверив, прими всю Его истину.


Феофан Затворник  

Посредницею между Богом и людьми поставлена вера в Спасителя, чтобы Бог, вместо всего другого, принимал одну эту веру, которую имеем в Него, зная, что мы бедны и что совершенно ничего не можем принести Ему для спасения своего, кроме одной веры, и за одну эту веру миловал нас и подавал нам оставление грехов наших и избавление от смерти и тления. Что все и дарует Он даже до сих пор всем, которые от всей души веруют во Христа Господа, и не это одно, но и все то, о чем обещал в Святом Евангелии, что все, конечно, получим через Него, т. е. блага той земли, которую наследят кроткие с великим веселием и радостью сердец их, - дарует все то, чтоб Христос соединялся с нами, и через Него мы оба делались едино с Богом и Отцом Его, соединяемы бывая в то же время и с Духом Святым. Все сказанное мы действительно получаем, когда верно соблюдаем, что обещали соблюдать в Святом Крещении, и убегаем всего, от чего тогда отреклись. Когда соблюдаем мы все это и все заповеди Божии, тогда бываем истинно верующими, как показывающие веру свою от дел своих, и, как Он есть, делаемся святыми и совершенными, и все всецело небесными, чадами Бога Небесного, и во всем подобными Ему, Христу Господу, как и Он сделался подобным нам по всему, кроме греха: только мы делаемся подобными ему по благодати.


Симеон Новый Богослов  

По сошествии с горы Преображения Господь исцеляет бесноватого юношу. Исцелению предшествовал укор в неверии как причине, по которой больной не был исцелен учениками (Лк. 9:37–41). Чье бы ни было это неверие отца ли, который привел сына, собравшегося ли народа, или, может быть, и апостолов, видно только, что неверие затворяет дверь милостивой защите и помощи Божиим, а вера отверзает ее. Господь сказал отцу: «Если сколько-нибудь можешь веровать, все возможно верующему» (Мк. 9:23) Вера не есть дело одной мысли и ума, а обнимает все существо человека. Она включает взаимные обязательства верующего и Того, Кому он верует, хоть бы они не были выражены буквально. Кто кому верует, тот на того во всем полагается и отказа себе от него ни в чем не ожидает, потому обращается к нему с нераздвоенной мыслью, как к отцу, идет к нему, как в свою сокровищницу, в уверенности, что не возвратится с пустыми руками. Такое расположение склоняет без слов и того, к кому оно обращено. Так бывает между людьми. Но в истинном виде является сила такого расположения, когда оно обращено к Господу, Всемогущему, Всеведущему и хотящему подать нам всякое благо. И истинно верующий никогда не бывает обманутым в своих ожиданиях. Если мы чего-нибудь не имеем и, прося этого, не получаем, значит, у нас нет должной веры. Прежде всего надо взыскать и водворить в сердце полную веру в Господа, взыскать и вымолить ее у Него, ибо и она не от нас, а Божий дар. Отец юноши, на вопрос о вере, взмолился: «Верую, Господи. помоги моему неверию» (Мк. 9:24). Веровал слабо, колеблясь, и молился об утверждении веры. А кто похвалится совершенством веры, и кому, следовательно, не нужно молиться: Господи, помоги моему неверию? Когда бы вера была у нас сильна, то и мысли были бы чисты, и чувства святы, и дела богоугодны. Тогда Господь внимал бы нам, как отец детям, и что ни взошло бы нам на сердце,– а взойти могло бы при этом одно приятное Господу, все это получали бы мы без отказа и отсрочки.


Феофан Затворник  

Без веры во что-нибудь нельзя ничего сделать. Посмотрите, почему какой-либо человек, ну хоть ваш брат, желает стать врачом? Потому, что он верит в медицину. Каждый из ученых верит в свою науку. И так везде, во всем. Точно так же для христианской жизни необходимо верить в Бога, Христа, Евангелие. «Мы не можем верить, – говорят иные, – нет на то доказательства. Иное дело наука – там все доказано». Хорошо, но прежде, чем отвергать что-либо, надо исследовать предмет, испытать. Наша вера основывается на Евангелии, вот и испытайте, что это за учение. Святой Иоанн Богослов прямо говорит, что надо испытывать «дух», но надо испытывать на практике. Пожить надо по евангельскому учению и узнать на деле, правда ли, что блаженны нищие духом, блаженны кроткие (Мф. 5:3, 5) – и так далее. Раз вы не испытали этого, то не можете и опровергать, не можете утверждать, что Евангелие – ерунда. А многие так говорят. Но на Страшном Суде этих людей спросят: «Что, читали ли вы Евангелие?» И получится обязательно три ответа: 1. Нет. 2. Кое-как. 3. Да, конечно, читали, только не поняли.
На первый ответ можно сказать, что они сами виноваты, никто не запрещал читать, напротив, даже просили читать, теперь себя сами вините. На второй ответ почти то же можно ответить. Вот третий ответ более интересен. Эти как бы даже заслуживают извинения. Не могли понять Евангелия, т.е. поверить. Но эти также безответны. «Вам был дан ключ понимания - «испытайте дух», почему вы не хотели испытать? Значит, вы сами и виноваты». Таким образом, и эти безответны.


Варсонофий Оптинский (Плиханков)  

Я неоднократно вспоминал батюшку Варсонофия. Мне вспоминались его слова, его наставление, данное мне однажды, а может быть, и не однажды. Он говорил мне: "Апостол завещает: «Испытывайте самих себя, в вере ли вы»" (2 Кор. 13:65), – и продолжал: – "Смотрите, что говорит тот же апостол: «Течение совершил, веру сохранил, а теперь готовится мне венец правды» (2 Тим. 4:7–8). Да, великое дело – сохранить, соблюсти веру. Поэтому и я вам говорю: испытывайте себя, в вере ли вы. Если сохраните веру, можно иметь благонадежие о своей участи». Когда все это говорил мне почивший старец (а говорил он хорошо и с воодушевлением, насколько помнится, вечером, при тихом свете лампады в его дорогой, уютной старческой келье), я чувствовал, что Он говорит что-то дивное, высокое, духовное. Ум и сердце с жадностью схватывали его слова. Я и прежде слышал это апостольское изречение, но не производило оно на меня такого действия, такого впечатления.
Мне казалось: что особенного – сохранить веру? Я верую и верую по-православному, никаких сомнений в вере у меня нет. Но тут я почувствовал, что в изречении этом заключается что-то великое; что действительно велико: несмотря на все искушения, на все переживания житейские, на все соблазны – сохранить в сердце своем огонь святой веры неугасимым и неугасимым даже до смерти, ибо сказано: «Течение совершил...» (1 Тим. 4:7), то есть вся земная жизнь уже прожита, окончена, уже пройден путь, который надлежало пройти, я уже нахожусь на грани земной жизни, за гробом уже начинается иная жизнь, которую уготовила мне моя вера, которую я соблюл. «Течение совершил, веру сохранил» (1 Тим. 4:7). И заповедал мне дивный старец проверять себя время от времени в истинах веры православной, чтобы не уклониться от них незаметно для себя. Советовал между прочим прочитывать православный катехизис митрополита Филарета и познакомиться с «Исповеданием веры восточных патриархов».
Сейчас, когда поколебались устои Православной Российской Церкви, я вижу, как драгоценно наставление старца. Теперь как будто пришло время испытания: в вере ли мы. Ведь надо знать и то, что веру соблюсти может тот, кто горячо и искренно верит, кому Бог дороже всего, а это последнее может быть только у того, кто хранит себя от всякого греха, кто хранит свою нравственность. О, Господи, сохрани меня в вере благодатию Твоею.


Никон Оптинский (Беляев)  

...Желающий приобрести веру, которая есть основание всего благого, дверь тайн Божиих и беструдная победа над врагами, нужнейшая всякой добродетели, крыло молитвы и вселение Божие в душе, должен потерпеть всякий искус, каким будет искушаем от врагов и многих и различных помыслов, которых никто не может понять, ни сказать о них что-либо, ни изобрести их, как только изобретатель зла диавол. Но пусть таковой не боится, ибо если он победит постигающие его искушения, со многим усилием, и удержит ум свой, не допуская его послаблять помыслам, рождающимся в сердце его, то он разом победит все страсти; ибо не он будет победивший, но пришедший в него верою Христос. О таковых сказал Господь: если вы будете иметь веру с горчичное зерно и прочее (Мф. 17:20). Но если помысел, изнемогши, и уступит немного, пусть не страшится и не отчаивается, и не приписывает своей душе говоримое злоначальником, но с терпением, по силе своей, старательно да совершает делание добродетелей и соблюдение заповедей в безмолвии и упразднении по Богу от всего произвольно помышляемого, чтобы враг, исполнив всякие ухищрения и мечтания днем и ночью, и, найдя, что он вовсе не заботится о представляемых ему играх и образах, со всеми мыслями, которыми он его устрашал, выставляя за истину игралища, полные лжи, соскучит и отойдет. А делатель заповедей Христовых, познав на опыте немощь врага, не ужасается более никакого его ухищрения; но с радостью все, чего хочет и желает по Богу, делает беспрепятственно, укрепляемый и вспомоществуемый чрез веру, Богом, в  Которого уверовал, как Сам Господь говорит: все возможно верующему (Мк. 9:23). Ибо не он ведет брань с врагом, но Бог, промышляющий о нем ради веры.


Петр Дамаскин  

«Уверовал и сам Симон и, крестившись, не отходил от Филиппа» (Деян. 8:13). И веровал и крестился, а ничего не вышло из него. Надо думать, что в строе веры его было что-то недолжное. Вера искренняя есть отрицание своего ума. Надо ум обнажить и, как чистую доску, представить вере, чтобы она начертала себя на нем как есть, без всякой примеси посторонних изречений и положений. Когда в уме остаются свои положения веры, окажется в нем смесь положений; и сознание будет путаться, между действиями веры встречая и мудрствования ума. Таков и был Симон - образчик для всех еретиков. Таковы и все, со своими мудрствованиями вступающие в область веры, как прежде, так и теперь. Они путаются в вере, и ничего из них не выходит, кроме вреда, для себя, когда они остаются безгласными, для других, когда не удерживается в них одних эта путаница, а прорывается наружу по их жажде быть учителями. Отсюда всегда выходят люди, страдающие несчастной уверенностью в своей непогрешимости и бедственным позывом всех переделать на свой лад.


Феофан Затворник