Без веры во что-нибудь нельзя ничего сделать. Посмотрите, почему какой-либо человек, ну хоть ваш брат, желает стать врачом? Потому, что он верит в медицину. Каждый из ученых верит в свою науку. И так везде, во всем. Точно так же для христианской жизни необходимо верить в Бога, Христа, Евангелие. «Мы не можем верить, – говорят иные, – нет на то доказательства. Иное дело наука – там все доказано». Хорошо, но прежде, чем отвергать что-либо, надо исследовать предмет, испытать. Наша вера зиждется на Евангелии, вот и испытайте, что это за учение. Святой Иоанн Богослов прямо говорит, что надо испытывать «дух», но надо испытывать на практике. Пожить надо по евангельскому учению и узнать на деле, правда ли, что блаженны нищие духом,блаженны кроткие (Мф. 5, 3, 5) – и так далее. Раз вы не испытали этого, то не можете и опровергать, не можете утверждать, что Евангелие – ерунда. А многие так говорят. Но на Страшном Суде этих людей спросят: «Что, читали ли вы Евангелие?» И получится обязательно три ответа: 1. Нет. 2. Кое-как. 3. Да, конечно, читали, только не поняли…
На первый ответ можно сказать, что они сами виноваты, никто не запрещал читать, напротив, даже просили читать, теперь себя сами вините. На второй ответ почти то же можно ответить. Вот третий ответ более интересен. Эти как бы даже заслуживают извинения. Не могли понять Евангелия, т.е. поверить. Но эти также безответны. «Вам был дан ключ разумения “испытайте дух”, почему вы не хотели испытать? Значит, вы сами и виноваты». Таким образом, и эти безответны.


Варсонофий Оптинский (Плиханков)  

Я неоднократно вспоминал батюшку Варсонофия. Мне вспоминались его слова, его наставление, данное мне однажды, а может быть, и не однажды. Он говорил мне: «Апостол завещает: Испытывайте самих себя, в вере ли вы (2 Кор. 13, 5), – и продолжал: – Смотрите, что говорит тот же апостол: Течение совершил, веру сохранил, а теперь готовится мне венец правды (2Тим. 4, 7–8). Да, великое дело – сохранить, соблюсти веру. Поэтому и я вам говорю: испытывайте себя, в вере ли вы. Если сохраните веру, можно иметь благонадежие о своей участи». Когда все это говорил мне почивший старец (а говорил он хорошо и с воодушевлением, насколько помнится, вечером, при тихом свете лампады в его дорогой, уютной старческой келье), я чувствовал, что Он говорит что-то дивное, высокое, духовное. Ум и сердце с жадностью схватывали его слова. Я и прежде слышал это апостольское изречение, но не производило оно на меня такого действия, такого впечатления.
Мне казалось: что особенного – сохранить веру? Я верую и верую по-православному, никаких сомнений в вере у меня нет. Но тут я почувствовал, что в изречении этом заключается что-то великое; что действительно велико: несмотря на все искушения, на все переживания житейские, на все соблазны – сохранить в сердце своем огонь святой веры неугасимым и неугасимым даже до смерти, ибо сказано: Течение скончах, т.е. вся земная жизнь уже прожита, окончена, уже пройден путь, который надлежало пройти, я уже нахожусь на грани земной жизни, за гробом уже начинается иная жизнь, которую уготовила мне моя вера, которую я соблюл. Течение скончах, веру соблюдох. И заповедал мне дивный старец проверять себя время от времени в истинах веры православной, чтобы не уклониться от них незаметно для себя. Советовал между прочим прочитывать православный катехизис митрополита Филарета и познакомиться с «Исповеданием веры восточных патриархов».
Ныне, когда поколебались устои Православной Российской Церкви, я вижу, как драгоценно наставление старца. Теперь как будто пришло время испытания: в вере ли мы. Ведь надо знать и то, что веру соблюсти может тот, кто горячо и искренно верит, кому Бог дороже всего, а это последнее может быть только у того, кто хранит себя от всякого греха, кто хранит свою нравственность. О, Господи, сохрани меня в вере благодатию Твоею.


Никон Оптинский (Беляев)  

Предложу самому себе такой вопрос: можно ли грешному человеку тотчас сделаться святым и иметь место со святыми? Ведь Давид говорит: «Далеко от нечестивых спасение» (Пс. 118, 155). Пока я буду искать ответа на этот вопрос, предложу вам послание апостола Павла к Евреям. Он, изливая в главе одиннадцатой все свое боговдохновенное и благоразумное исповедание святой веры, называет ее прежде всего священником, иереем, ибо ради нее Бог принял Авелевы жертвы. Вера – это молодость без старости, ибо Енох, восхищенный ею, до сих пор живет и не состарился. Вера есть ковчег, в котором спасся Ной, Вера есть материнство, ибо верою Сарра родила Исаака. Вера есть и живая, бескровная жертва, ибо верою Авраам принес сына своего Исаака живым в жертву, не пролив крови его, и была для него вера ножнами для ножа, которым он хотел заколоть своего сына. Вера есть око умное, ибо знает, как нужно благословить Иакова и как Исава. Вера – пророк, ибо ею Иосиф предсказал освобождение израильтян из Египта. В Моисее была вера в страх и бич на фараона и весь Египет. Вера – дно морское, проведшее Израиля посуху. В Иисусе Навине вера – штурм, ломающий стены Иерихонские. О как много великих похвал святой вере написал апостол! Посмотрим же еще со вниманием, как апостол заканчивает свои похвалы: «Верою Раав блудница ... не погибла» (Евр. 11, 31). Вера, говорит он, есть единственное спасение грешнику или грешнице: «Верою Раав блудница... не погибла». Кто-нибудь здесь мог бы сказать святому Павлу: «Святой Павел! Не изнемог ли ты, написав похвалу вере? Посмотри, хорошо ли ты пишешь и говоришь, когда окаянную, нечистую блудницу приравнял верному Авелю, чистому Еноху, богоугодному Ною, достойным патриархам Аврааму, Исааку и Иакову и прочим святым праотцам? Неужели ты не мог пропустить ее, не вспоминать, не сравнивать с такими великими святыми, не полагать в один лик, в одно число блудницу и Божиих угодников?» Павел же святой, изрекший, что «верою Раав блудница... не погибла», то как бы удивляясь, то радуясь и торжествуя о спасении грешницы, присоединяет к такие слова: «И что еще скажу?» (Евр. 11, 32), то есть что можно сказать больше? Что может быть удивительнее и славнее того, что и блудница среди святых, нечистая причтена к чистым, враждующая с Богом – к числу угодников Божиих? Рассуждая об этом блаженный Феодорит говорит: «Поистине удивительно это апостольское слово, которым он иноплеменную блудную жену приравнял Моисею, Аврааму и прочим святым, чтобы показать силу веры. Весьма дивно,– говорит он,– что блудница имеет равную похвалу со святыми». Слушай же это, всякий грешник, и уповай! Вот твердая надежда на милость Божию для грешника, восстающего от грехов!Тотчас отбрось грех, сломан твой злой обычай, попри ногами греховные страсти, восстань покаянием, обратись к Богу, начни каяться, начни тотчас же, не откладывая. Тогда сам апостол Павел поставит тебя наравне с великими святыми, как Раав блудницу поставил с Моисеем, Авраамом и прочими. Вот я уже ответил и отвечаю на предложенный вопрос: можно ли грешнику быть святым и иметь место со святыми? «Далеко от нечестивых спасение», далеко от грешников не кающихся, а от тех, которые истинно каются, от них спасение близко: «Близок Господь ко всем призывающим Его» (Пс. 144, 18), ко всем призывающим истинно. Таких мы дерзновенно можем написать между святыми и назвать их новыми святыми.


Димитрий Ростовский  

«Кто будет веровать и креститься, спасен будет: а кто не будет веровать, осужден будет» (Мк. 16, 16). Истинность веры должен доказать нам образ нашей жизни. Мы только тогда можем быть истинно верующими, когда на деле исполняем данное при Крещении обещание отречься от сатаны и всех дел его и всего служения его. А потому каждый из вас пусть обратит пристальное внимание на самого себя. Если кто после крещения сохранил все обещания, тот истинно верующий. А если кто не соблюдает своего обещания, обратился на дела беззаконные и сердцем устремился к удовольствиям мира, тот должен оплакивать свои согрешения. Ибо премилосердный Господь приемлет в число верующих и того, кто обращается от пути заблуждения к истине. Он, принимая всех истинно кающихся, сглаживает Своим милосердием всякое наше беззаконие.


Григорий Великий (Двоеслов)  

...Желающий приобрести веру, которая есть основание всего благого, дверь тайн Божиих и беструдная победа над врагами, нужнейшая всякой добродетели, крыло молитвы и вселение Божие в душе, должен потерпеть всякий искус, каким будет искушаем от врагов и многих и различных помыслов, которых никто не может понять, ни сказать о них что-либо, ни изобрести их, как только изобретатель зла диавол. Но пусть таковой не боится, ибо если он победит постигающие его искушения, со многим усилием, и удержит ум свой, не допуская его послаблять помыслам, рождающимся в сердце его, то он разом победит все страсти; ибо не он будет победивший, но пришедший в него верою Христос. О таковых сказал Господь: аще имате веру яко зерно горушно и прочее (Мф. 17, 20). Но если помысл, изнемогши, и уступит немного, пусть не страшится и не отчаивается, и не приписывает своей душе говоримое злоначальником, но с терпением, по силе своей, старательно да совершает делание добродетелей и соблюдение заповедей в безмолвии и упразднении по Богу от всего произвольно помышляемого, чтобы враг, исполнив всякие ухищрения и мечтания днем и ночью, и, найдя, что он вовсе не заботится о представляемых ему играх и образах, со всеми мыслями, которыми он его устрашал, выставляя за истину игралища, полные лжи, соскучит и отойдет. А делатель заповедей Христовых, познав на опыте немощь врага, не ужасается более никакого его ухищрения; но с радостью все, чего хочет и желает по Богу, делает беспрепятственно, укрепляемый и вспомоществуемый чрез веру, Богом, в  Которого уверовал, как Сам Господь говорит: вся возможна верующему (Мк. 9, 23), Ибо не он ведет брань с врагом, но Бог, промышляющий о нем ради веры.


Петр Дамаскин  

...Не смотрите на то, что всюду пошла такая шаткость в вере. Есть непреложная истина в вере, — и вот вам доказательство... Как в начале насаждалась вера через проповедь. Господу поспешествующу и слово утверждающу последствующими знаменьями, так после того поддерживалась она и доселе поддерживается осязательным присутствием силы Божией среди верующих, в Святой Церкви, свидетельствуемой знамениями. Сим говорит Господь: се Аз с вами есмь (Мф. 28, 20), как и обетовал с нами быть до скончания века.
Если же Господь с нами, кто на нас? Древле обетовал Бог: вселюсь в них <верующих слову Его>, и похожду, и буду им Бог, и они будут Мне людие (2 Кор. 6, 16). И это исполняющимся на нас видим мы ныне. На памяти нашей сколько уже было удостоверений в этом. Слава Тебе, Боже! Слава Тебе, Боже! Слава Тебе, Боже!
А заблуждающимся внушает Господь: «что вдаетесь всяким ветром учения? Вот где столп и утверждение Моей истины. Как перстом указываю Я вам верную и не заблудную дорогу. Держитесь Церкви, в коей Я являю силу Свою, и избавитесь от пагубы, в которую ввергнут вас пустые ваши мудрования».


Феофан Затворник  

«Уверовал и сам Симон и, крестившись, не отходил от Филиппа» (Деян. 8, 13). И веровал и крестился, а ничего не вышло из него. Надо думать, что в строе веры его было что-то недолжное. Вера искренняя есть отрицание своего ума. Надо ум обнажить и, как чистую доску, представить вере, чтобы она начертала себя на нем как есть, без всякой примеси посторонних изречений и положений. Когда в уме остаются свои положения веры, окажется в нем смесь положений; и сознание будет путаться, между действиями веры встречая и мудрствования ума. Таков и был Симон - образчик для всех еретиков. Таковы и все, со своими мудрствованиями вступающие в область веры, как прежде, так и теперь. Они путаются в вере, и ничего из них не выходит, кроме вреда, для себя, когда они остаются безгласными, для других, когда не удерживается в них одних эта путаница, а прорывается наружу по их жажде быть учителями. Отсюда всегда выходят люди, страдающие несчастной уверенностью в своей непогрешимости и бедственным позывом всех переделать на свой лад.


Феофан Затворник