Если кто не имеет у себя Божественной и небесной одежды, то есть силы Духа, как сказано: «Если же кто Духа Христова не имеет, тот и не Христов» (Рим. 8:9), то да плачет он и умоляет Господа, чтобы приять ему эту с неба подаваемую духовную одежду и облечь ею душу, лишенную Божественной действенности; потому что покрыт великим стыдом страстей бесчестия, кто не облечен в одежду Духа. Как в видимом мире кто обнажен, тот терпит великий стыд и бесчестие, и друзья отвращаются от друзей, и родные — от своих, если они обнажены, и дети, увидев отца обнаженным, отвратили взоры свои, чтобы не смотреть на обнаженное тело отца, подошли вспять смотря и покрыли его, отвращая взоры свои (Быт. 9:23), так и Бог отвращается от душ, которые не облечены с полным удостоверением в одежду Духа, в силе и истине не облеклись в Господа Иисуса Христа.


Макарий Великий  

...Великим и сильным оружием к избежанию греха служит обыкновенно хранящийся в людях стыд, для того, думаю, и вложенный в нас Богом, чтобы такое расположение души производило в нас отвращение от худшего. Ибо сродны и близки между собою и сам стыд, и болезненное чувство посрамления; тем и другим воспрещается грех, если только кто для этого пожелает воспользоваться таковым расположением души. Ибо стыд часто больше страха обучал избегать дел несообразных. Да и посрамление, следующее за обличениями в погрешности, само по себе достаточно может уцеломудрить согрешающего, чтобы он снова не впал в что-либо подобное. И если бы кто захотел определить различие стыда и посрамления, то посрамление есть высшая степень стыда, а стыд, наоборот, низшая степень посрамления. Различие же и общение этих болезненных чувств обнаруживаются на лице краскою. Ибо стыд означается одним румянцем, так как с душою, по естественному некоему расположению, сострадает несколько и тело, и жар сердечной плевы воскипает на поверхности лица; а посрамленный обнаружением проступка делается посиневшим и побагровевшим, потому что страх к румянцу примешивает желчь. Потому такого болезненного чувства для решившихся на что-либо несообразное достаточно будет, чтобы не оставаться им дольше в том, за что обличением подверглись посрамлению.


Григорий Нисский