Люди лукавые, будучи многочисленнее делающих им выговоры за худые дела и разноглася с ними, нередко приводят обличающих в такое отупение, что не останавливают вразумляемых в падениях с прежним дерзновением. Поэтому нужно дерзновение соединять с кротостью и обличения растворять любовью, и тогда уже делать вразумления. Если же и в этом случае не воспользуются вразумляемые, но упорно отвергнут тех, которые достойны самых великих венцов, несомненно и Богом будут прославлены, и людьми благоразумными удостоены одобрения; то уцеломудривающие злых да переносят это мужественно, и да печалятся не о себе, представляя, что с ними не другое что произошло, а только возбуждено ими о себе другое мнение, но о развращении и безумии вразумляемых ими, которые так неизлечимо болеют, что даже злословят врачей.


Исидор Пелусиот  

Обличающему нужна именно великая кротость, чтобы расположить обличаемого перенести болезненное врачевание. Не видите ли у врачей, когда они прижигают или отсекают, с какою кротостью они применяют врачевство? Чем более должны так поступать обличающие, потому что обличение сильнее огня и железа приводит в раздражение. Врачи всячески стараются, чтобы сделать отсечение спокойнее и как можно легче, и для того, приступив к нему и исполнив несколько, останавливаются, чтобы дать отдохнуть больному. Так должно делать и обличения, чтобы обличаемые не отстранились от нас. Если бы при этом нам пришлось выслушать оскорбления и даже получить удары, мы не должны останавливаться. И подвергающиеся болезненному врачеванию много кричат против врачующих, однако врачи не смотрят ни на что, а только на здоровье страждущих. Так и здесь нужно делать все, чтобы обличение принесло пользу, нужно переносить все, имея в виду предстоящую награду.


Иоанн Златоуст