Последовавшее с тобой искушение после Причастия Святых Таин произошло не оттого, что ты, как пишешь, без усердия ходила в церковь и в келье молилась без внимания, а оттого, что без смирения приготовлялась, а если бы приступала, как мытарь, со смирением, и помнила, что приняла Самого Господа внутрь себя, смирившего себя нас ради, то вся бы гордость попрана была и в прах обратилась и не могла бы подвигнуться от одного слова, сказанного сестрой, не думала бы о том, что кто-то на тебя смотрит. Сам Владыка удостоил посетить дом души твоей, а Ему предстоят Небесные силы, но что делать! Когда не могла тогда употребить в пользу того случая, то теперь укори себя, смири, приноси покаяние – и получишь милость Божию, а впредь старайся помнить свою немощь и худость и не подвигаться от слова, а через оное исцелять себя от гордости.


Макарий Оптинский (Иванов)  

В первые дни христианства последователи Христа Спасителя причащались каждый день и жизнь они вели равноангельскую, были готовы каждую минуту предстать пред Лице Божие. Никто из христиан не был безопасен. Часто случалось, что утром христианин причащался, а вечером его схватывали и отводили в Колизей. Конечно, находясь в постоянной опасности, христиане зорко следили за своим духовным миром и проводили жизнь в чистоте и святости.
Но первые времена прошли, гонения со стороны неверных прекратились, всегдашняя опасность миновала. Тогда вместо ежедневного причащения начали причащаться один раз в неделю, затем – раз в месяц и даже сократили до одного раза в год.
У нас, в Скиту, держатся устава Афонской Горы, где он был составлен святыми старцами и передан инокам во всегдашнее назидание. И в монастыре у нас придерживаются тоже этого же правила. Все иноки причащаются 5 раз в год, но по благословенной причине можно и чаще. К этому так привыкли, что более частое причащение обращает вообще всеобщее внимание.
– Что это о. Иероним сегодня причащается? – спрашивает, например, один инок другого.
– Ему разрешил старец.
– Но отчего?
– Ему явился диавол чувственным образом, а потому он совсем расслабел.
– А… ну, так понятно.


Варсонофий Оптинский (Плиханков)