«Блаженны миротворцы...» (Мф. 5:9). Кто же именно? Подражатели Божиему человеколюбию, проявляющие в жизни своей то, что свойственно Божией деятельности. Податель благ и Господь совершенно истребляет и обращает в ничто все, что не родственно добру и чуждо ему и тебе, и узаконивает этот образ действия: изгонять ненависть, прекращать войну, уничтожать зависть, не допускать битв, истреблять лицемерие, угашать в сердце сжигающее внутренности злопамятство. Как с удалением тьмы наступает свет, так вместо перечисленного появляются плоды духа: «любовь, радость, мир, долготерпение, благость...» и все названные апостолом блага (Гал. 5:22). Потому как же не блажен раздаятель Божественных Даров, уподобляющийся Богу дарованиями, свои благотворения уподобляющий Божией великой щедрости? Но, может быть, ублажение имеет в виду не только благо, доставляемое другим? Но, как думаю, в собственном смысле миротворцем называется тот, кто мятежи плоти и духа и междоусобную борьбу естества в себе самом приводит в мирное согласие, когда приводит в бездействие закон телесный, «противоборствующий закону ума» (Рим. 7:23), и подчинившись лучшему Царству, делается служителем Божественных заповедей. Итак, поскольку веруем, что Божество просто, несложно и неописуемо, то, когда и умиротворенное человеческое естество утрачивает сложность двойственности и все претворяется во благо, становясь простым, неописуемым и как бы в подлинном смысле единым, так что ему возвращается единство видимого с тайным, сокровенного с видимым, тогда, действительно, подтверждается ублажение, и такие люди в подлинном смысле называются сынами Божиими, сделавшись блаженными по обещанию Господа нашего Иисуса Христа.


Григорий Нисский  

Боговдохновенное слово под какою-либо частностью включает в себя многое. Поэтому и здесь слово «правда» означает всякий вид добродетели, так что равно достоин ублажения жаждущий и благоразумия, и мужества, и целомудрия или чего-либо другого, что только заключается в том же понятии добродетели. Ибо невозможно одному какому-либо виду добродетели, в отдельности от прочих, самому по себе быть совершенной добродетелью. В чем не усматривается чего-либо доброго – противоположно добру: целомудрию противоположно распутство, благоразумию – безумие, да и всему хорошему, без сомнения, есть нечто противоположное. Потому если в правде не усматривается вместе и все истинное, то невозможно остальному быть добром. Никто не скажет, что правда может быть неразумна или дерзка, или распутна, или имеет что-либо иное, усматриваемое в пороке. Если же понятие правды несоединимо со всем дурным, то, конечно, объемлет в себе всякое добро; добро же есть все, считающееся добродетелью. Поэтому именем правды, желающих и жаждущих которой ублажает Слово, обещая им исполнение желаемого, обозначается здесь всякая добродетель.


Григорий Нисский  

Прилагаю теперь псаломские слова, от Духа Святого изреченные через пророка Давида: «Уповай на Господа и делай добро, и населяй землю и воспользуешься богатством ее. Утешайся Господом, и Он для тебя исполнит прошения сердца твоего. Открой Господу путь свой, и уповай на Него, и Он совершит: и выведет, как свет, правду твою и судьбу твою, как полдень. Покорись Господу и надейся на Него» (Пс. 36:3–7). Псаломские слова «населяй землю и воспользуешься богатством ее»,- относительно тебя могут означать, что ты достоянием своим помогла поселиться собравшимся там сестрам, где ты живешь. Покорись Господу и моли Его – означает: всячески старайся жить по Евангельским заповедям Божиим и часто молись и умоляй Господа, чтобы Он помог тебе в этом. Утешайся Господом – означает: не находи ни в чем ином утешения, как в Законе Господнем и благоугождении Господу. Не зря сказано в Писании: «Мир велик у любящих закон Твой, и нет им преткновения» (Пс. 118:165). Главные же и важнейшие заповеди закона Евангельского три: «Не судите, и не будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте, и прощены будете» (Лк. 6:37). Если прежде всего будем держаться исполнения этих заповедей, то удобно будет исполнять нам и прочие.


Амвросий Оптинский (Гренков)  

Делание душевное спасительное заключается в усвоении уму и сердцу святого евангельского учения. К великому прискорбию, часто люди (как иноки, так и мирские, считающие себя христианами), любящие читать святое Евангелие, ходить в церковь и вообще принадлежащие к Святой Православной Церкви или считающие себя таковыми, – не хотят или не стараются во всех вопросах и обстоятельствах жизни применять к себе заповеди Евангельские, зная их, как будто они, то есть заповеди, даны для всех, кроме них. Например, прекрасно известно, что Евангелие требует, чтобы мы прощали обиды друг другу. Но нам не хочется простить, мы находим справедливым так или иначе отплатить причинившему нам скорбь и таким образом отрекаемся от Христова учения, если не словами, то своим сердцем.
Какое безумие! Преподобный Марк Подвижник пишет: «Господь сокровен в заповедях Своих и обретается ищущими Его по мере исполнения ими заповедей Его» («Закон духовный», гл. 90). Глубокое значение имеют эти слова. Найти Господа может только тот, кто в своей личной жизни исполняет заповеди Христовы. А если кому своя воля – «чтоб было по моему» – дороже учения Христова, – умолчу… Каждый пожнет, что посеял.
Надо не только знать святое Евангелие, но и жить по нему, иначе нельзя быть христианином, тем более монахом. Необходимо человеку лично самому начать новую жизнь по разуму святого Евангелия и Святой Церкви Христовой – как по внешним поступкам, так и по душе. Только личный подвиг очищения сердца от страстей по заповедям Христовым может уяснить этот вопрос.


Никон Оптинский (Беляев)