Духовное возрастание ревнителей о спасении соответствует возрастанию Господа нашего Иисуса Христа человечеством. Когда они младенчествуют в новоначалии, тогда, подобно Господу Иисусу, млеком питавшемуся, питаются млеком телесных добродетелей, или телесного обучения, которое вмале <ненадолго> есть полезно возрастающим в добродетели и мало-помалу отлагающим младенчество (ср.: 1 Тим. 4, 8). Когда возрастут они до возраста юношей и твердою начнут питаться пищею видения истины Божией, как имеющие чувства душевные уже обученными (см.: Евр. 5, 14), тогда уподобляются Господу, преуспевшему возрастом и благодатию, посреди старцев сидящему и открывающему им глубокие тайны (см.: Лк. 2, 46). Когда же приидут в меру возраста исполнения Христова (Еф. 4, 13), тогда бывают подобны Господу, возвещавшему всем слово покаяния, научавшему народ тайнам Царствия Небесного, и между тем к страданию Своему спешно приближавшемуся. Таков конец и всякого совершившегося в добродетелях, чтоб, прошедши все возрасты Христовы, вступить в прискорбные искушения в соответствие Кресту Его.


Никита Стифат  

Есть некое учение, заимствующее достоверность из отеческого предания, и оно говорит: когда естество наше пало в грех, Бог падения нашего не оставил Своим Промыслом, но в помощь жизни каждого приставляет некоего Ангела из приявших бесплотное естество; но и с противной стороны растлитель естества ухищряется на то же посредством некоего лукавого и злотворного демона, который бы вредил человеческой жизни. Человек же, находясь среди сих двух сопровождающих его, так как цель каждого из них противна другому, сам собою делает одного сильнейшим другого. Добрый Ангел предуказывает помыслам блага добродетели, какие преуспевающими открываются в уповании. А другой показывает вещественные удовольствия, от которых нет никакой надежды на блага, только настоящее, вкушаемое, видимое порабощает чувства малосмысленных. Посему, если кто чуждается того, что манит к худому, устремив помыслы к лучшему, и порок как бы поставил позади себя, а душу свою, как некое зеркало, обратил лицом к упованию <вечных> благ, чтобы в чистоте собственной его души напечатлелись все изображения и представления указуемой ему Богом добродетели, то сретает его тогда, и оказывает ему вспоможение брат — ибо по дару слова и по разумности души человеческой Ангел некоторым образом делается человеку братом...


Григорий Нисский  

Человек состоит из души и тела, а потому и путь жизни его должен состоять из действий телесных и душевных – из деяния и умосозерцания.

Путь деятельной жизни составляют: пост, воздержание, бдение, коленопреклонение, молитва и прочие телесные подвиги, составляющие тесный путь и прискорбный, который, по слову Божию, вводит в живот вечный (см. Мф.7,14).

Путь умосозерцательной жизни состоит в возвышении ума ко Господу Богу, в сердечном внимании, умной молитве и созерцании чрез таковые упражнения вещей духовных.

Всякому желающему проходить жизнь духовную должно начинать с деятельной жизни, а потом уже приходить и в умосозерцательную, ибо без деятельной жизни в умосозерцательную прийти невозможно.

Деятельная жизнь служит к очищению нас от греховных страстей и возводит нас на степень деятельного совершенства, а тем самым пролагает нам путь к умосозерцательной жизни. Ибо одни только очистившиеся от страстей и совершенные к оной жизни приступать могут, как сие видеть можно из слов Священного Писания: «Блаженны чистые сердцем, яко тии Бога узрят» (Мф.5,8) и из слов святого Григория Богослова (в «Слове на Святую Пасху»): «к созерцанию безопасно могут приступать только совершеннейшие по своей опытности».

Так и Церковь, ублажая Святителя Николая, воспевает: Молчаньми бо прежде и бореньми с помыслы, деянию Богомыслие приложил еси, Богомыслием же разум совершен стяжал еси, имже дерзновенно с Богом и Ангелы беседовал еси (Акафист Святителю Николаю. Кондак 10).

К умосозерцательной жизни приступать должно со страхом и трепетом, с сокрушением сердца и смирением, со многим испытанием Святых Писаний и, если можно найти, под руководством какого-либо искусного старца, а не с дерзостью и самочинием. «Дерзый бо и презорливый, – по словам Григория Синаита, – паче достоинства своего взыскав с кичением, понуждается до того прежде времени доспети». И паки: «Аще мечтает кто мнением высокая достигнута, желание сатанино, а не истину стяжав – сего диавол своими мрежами удобь уловляет, яко своего слугу» (Добротолюбие. Ч.5. Прп. Григорий Синаит. «О прелести и о иных многих предлогах»).

Если же невозможно найти наставника, могущего руководствовать к умосозерцательной жизни, то в таком случае должно руководствоваться Священным Писанием, ибо Сам Господь повелевает нам учиться от Священного Писания, глаголя: «Испытайте Писаний, яко вы мните в них имети живот вечный» (Ин.5,39).

Также должно тщательно прочитывать отеческие писания и стараться, сколько можно, по силе исполнять то, чему научают оные, и, таким образом, мало-помалу от деятельной жизни восходить к совершенству умосозерцательной.

Ибо, по словам святого Григория Богослова («Слово на Святую Пасху»), самое лучшее дело, когда мы каждый сам собою достигаем совершенства и приносим призывающему нас Богу жертву живую, святую и всегда и во всем освящаемую.

Не должно оставлять деятельной жизни и тогда, когда в ней человек преуспеет и придет уже в умосозерцательную, ибо деятельная жизнь содействует умосозерцательной и ее возвышает.

Проходя путь внутренней и умосозерцательной жизни, не должно ослабевать и оставлять оного потому, что люди, прилепившиеся ко внешности и чувственности, поражают нас противностью своих мнений в самое чувство сердечное и всячески стараются отвлечь нас от прохождения внутреннего пути, поставляя нам на оном различные препятствия, ибо, по мнению учителей церковных (Толкование на Песнь песней Блаженного Феодорита), умосозерцание вещей духовных предпочитается познанию вещей чувствительных.

А потому никакими препятствиями в прохождении сего пути колебаться не должно, утверждаясь в этом случае на слове Божием: «Страха же их не убойтеся, ниже возмятитеся... яко с нами Бог! Господа сил, Того освятите в сердечной памяти Его Божественного имени и исполнения воли Его, и Той будет тебе в страх» (Ис.8:10, 12–13).


Серафим Саровский  

Всякий человек начинает учение с азбуки, заучивая постепенно букву за буквой. Вот и вы подошли к первой букве. Первая буква в азбуке «а». По-славянски она произносится «аз», что же это значит? – «Аз» значит «я», т.е. вам теперь представляется рассмотреть самого себя, свое собственное «я». Всмотритесь вы и увидите в себе все пороки, страсти, которых вовсе в себе не предполагали. Вы увидите и гордость – мать всех пороков, и уныние, и леность, а там, вглядываясь со вниманием, вы увидите и осуждение, гнев, и сребролюбие, и зависть, и злобу. Да неужели я злой? Вот уж не думал! А злоба есть. А там, глядишь, встанет исполин – блуд… Все прочее, все страсти во мне есть. Господи! Какой я грешный! Нет надежды на спасение, я не могу бороться, нет сил!..
Но что же я отчаиваюсь, Христос приходил призвать не праведных, но грешных на покаяние.
«Господи! Немощен есмь «аз», помоги! На Тебя вся надежда, Господи! Я вижу теперь, что я сам по себе ничего не могу!» Тут вы, познав свою немощь, выучив первую букву, обращаетесь за помощью к Богу, переходите ко второй букве, «буки», – это древнеславянское слово, значащее «Бог», собственно не «буки», а «Бук». Здесь вы, сознавая свою немощь, будете надеяться на Бога, жить по Божию велению, по заповедям. Будете падать, спотыкаться, но ничего, не надо терять надежды на Бога. Упали, так не лежите, надо скорее встать и опять в путь, и так дальше и дальше. Вы больше и больше будете смиряться, видя свою немощь. Вот это вторая буква. Затем идут буквы «веди», «глаголь», «добро»! Итак вы, по мере того как будете преуспевать в богоугодном житии, вы будете подходить к третьей букве, «веди», т.е. вы постепенно начнете ведать истину. Ваш разум будет мало-помалу проясняться, очищаться. А затем «глаголь», «добро», т.е. от избытка сердца начнут уста глаголить. Так вот видите, что не все сразу делается, а постепенно .


Варсонофий Оптинский (Плиханков)  

Ты резко отозвалась о сестре, для которой, по мнению твоему, будто бы существует одна только обрядовая часть религии. Нельзя совсем осуждать и эту часть, потому что читаем в тропарях многих святых, что деяние есть восход к видению, а еще более потому, что дарования даются людям различные, как говорится в Евангелии:одному дал он пять талантов, другому два, иному один, каждому по его силе (Мф. 25, 15). И усугубившие Христа пришедшего. А если бы они обе сидели при ногах Иисусовых, кто бы приготовил обед для учреждения Христа? И сверх того, нигде не писано, чтобы одна только Мария вошла в Царствие Небесное, а Марфа осталась вне. Святой авва Дорофей, удерживая нас от строгого осуждения других, говорит так: «Может быть, в брате или сестре, которых осудить понуждает нас помысел, есть одно добро, которое перед Богом ценнее всей нашей жизни».


Амвросий Оптинский (Гренков)  

Тебе враг внушает искать высоких дарований. Ты приими это внушение по-своему, т.е. с полезной мыслью, по свидетельству Святого Писания, из которого видно, что нет выше дарования, как дарование смирения, как и Сам Господь говорит:унижающий себя возвысится (Лк. 14, 11). Этого дарования ищи, к этому дарованию стремись. После смирения второе дарование – очищение от страстей, особенно от главных: от славолюбия, от сугубого сластолюбия и тонкого любоимания. За очищением души от страстей милостью Божией последует воскресение ее и соединение с Господом, если только душа, оставив всех и все, прилепится всем сердцем и всей любовью к Единому Господу. Но испытав любовь сию, Иоанн Богослов ясно показывает главный ущерб любви и недостаток ее, о исправлении которого всячески должно заботиться. Он говорит в Первом Послании своем: то говорит: «я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец (1Ин. 4, 20). Хотя тут выставлен самый грубый недостаток любви, но желающим приблизиться к Богу должно заботиться искоренять в себе и самое малое нерасположение к ближнему, ради чего и дана нам заповедь благословлять гонящих нас (см. Рим. 12, 14). И прибавил апостол:благословляйте, а не проклинайте (Рим. 12, 14). И наконец, заключил: Если возможно с вашей стороны, будьте в мире со всеми людьми. Никому не воздавайте злом за зло (Рим. 12, 18, 17). Чтобы достигнуть тебе такого настроения духа, молись почаще о главном лице, с которым ты благодушно не можешь встретиться, и оно от тебя убегает. Попущением Божиим это искушение обеим вам к испытанию, к познанию своей немощи и к смирению, чтобы понимали мы, что значат апостольские слова: не высокомудрствуйте, но после
дуйте смиренным
(Рим. 12, 16).


Амвросий Оптинский (Гренков)  

Ты описала свою слезную молитву. По замечанию опытных в жизни духовной людей, если во время такой молитвы человек ощущает тишину и мир помыслов, то это состояние есть дар благодати Божией, и если в это время поклоны мешают, то можно их оставлять. Но должно при этом помнить, что это дар Божий, а не плод твоих трудов и усилий. Уже по тому можешь об этом заключить, что когда прошло это состояние, тогда ты уже никакими усилиями не могла возвратить его. А потому при подобных случаях более и более нисходи во глубину смирения, считая себя недостойной такого дара небесного ради бесчисленных грехов своих, содержа в уме: «Всех превосхожду грехом, кого научу покаянию? Аще воздохну, яко мытарь непщую (думаю) отягчити небеса. Аще слезь якоже блудница, оскверняю слезами землю. Но даждь ми оставление грехов, Боже, и помилуй мя» (Октоих, глас 2, стихира во вторник на утрене на стиховне.). При этом еще помни, что кому дано много, с того и много взыщется. А потому взывай ко Господу от сердца, да не послужит тебе дар сей во осуждение на Страшном Суде Его.


Иосиф Оптинский (Литовкин)  

Светлый праздник Воскресения Христова из всех духовных праздников называется торжеством торжеств. Посему праздновать его и торжествовать следует нам не плотски, а духовно. Святой апостол Павел пишет: Если мы живем духом, то по духу и поступать должны. Не будем тщеславиться, друг друга раздражать, друг другу завидовать (Гал. 5, 25–26). И паки: поступайте по духу, и вы не будете исполнять вожделений плоти (Гал. 5, 16). И паки:вы, духовные, исправляйте такового в духе кротости, наблюдая каждый за собою, чтобы не быть искушенным(Гал. 6, 1).
Апостольские эти слова ясно показывают нам, что значит духовно жить и как духовно праздновать христианские праздники, т.е. должно и всегда, а особенно в эти дни, иметь ко всем кротость, никого не раздражать, никому не завидовать и не исполнять похотей плоти, которая прежде всего искушает человека чревоугодием, а затем и другими страстями.
Но это еще не все высказано, что необходимо для духовной жизни. Апостол как основание спасения и как главную потребность выставляет добродетель смирения и послушания, глаголя: в вас должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе: Он, будучи образом Божиим… смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной (Флп. 2, 5–6, 8).
Ежели воплотившийся нашего ради спасения Сын Божий имел крайнее смирение и послушание до смерти, то кольми паче нам, непотребным и грешным рабам Его, хотящим наследовать спасение, всячески должно заботиться об этих главных добродетелях, т.е. о смирении и послушании, где нет нарушения какой-либо заповеди Божией.


Амвросий Оптинский (Гренков)  

[Духовный человек] сразу понимает человека духовного, равно как и душевного, и человека плотского. Подобно тому как человек высокообразованный понимает такого же образованного человека, равно как малообразованного и несведущего, сколько бы последние ни ухищрялись укрыть недостаточность своего образования и свое невежество, но иногда в одном слове обнаруживают себя перед ним, и он посмеивается над ними. Иной весьма много читал, но без руководителя, без определенной системы, как, например, в учебных заведениях, и от этого многочтения больше повредился умом и сердцем. Правильно образованный человек и такого всезнайку также оценит с первого раза. Так и духовный человек понимает и дает надлежащую оценку человеку, теоретически изучившему христианство, но без духовного постижения его истин.


Варсонофий Оптинский (Плиханков)  

Вам и кажется, что вы не надеетесь на себя и что признаете себя ничтожной и прочее, но, однако ж, советуем этому не верить, так как и мы вам не верим, пока на опыте этого не дознаете, вступя на поприще духовной жизни; вы, может быть, встретите таких, которые покажутся вам жизнью несообразны намерению, то не должны этим соблазняться; вы хотя и течете борзо, но еще не познали своих немощей, еще не встретили различных разженных стрел лукавого и не имели случая противоборствовать им и искусить свои силы, не перенесли еще укоризн, досад, оскорблений и поношений, которые непременно должны встретить вас, к искусу и испытанию вашему, об этом вы, кажется, должны научиться из книг святых отец теоретически… Это пишем вам, не устрашая вас, но предуготовляя и предостерегая от самонадеяния.


Макарий Оптинский (Иванов)