Спрашиваешь, как тебе быть и держать себя, потому что всюду видится тобою одна личина. Сама объясняешь, что тебе очень помогает в таких случаях умеренность речи. Отвечать кратко, благоразумно и осторожно в подобных выражениях: не знаю, что вам сказать, иногда – это не по моей части; иногда – это меня не касается; или – это выше меня, а иногда отвечать молча одним поклоном и проходить, как будто не расслышала или не поняла. А сверх всего этого потребно держаться совета святого Исаака Сирина: стараться не видеть злобы человека. В этом состоит чистота душевная. Все предстанем судилищу Христову и не знаем, какой кто получит конец, и в единонадесятый час пришедших Господь приемлет покаяние и таковым повелевает первым раздавать награды, а прежде пришедших упрекает, что в них око лукаво, яко Аз благ есмь (Мф. 20, 15) спасаемся благодатью Христовой.


Амвросий Оптинский (Гренков)  

В миру я даже более в свое время был доволен своей жизнью, не замечая и не чувствуя своих грехов и проступков против Бога и ближнего, а здесь я начинаю чувствовать некоторые свои грехи. Здесь [в монастыре] совесть больше обличает, и я стараюсь очищать ее по мере возможности у старца искренним откровением помыслов и поступков. Говорю «искренним», потому что говорю батюшке все от себя, никто меня к тому не принуждает, но есть все таки у меня желание оправдаться, хотя я и в этом самом каялся батюшке. И я познал, кажется, силу и необходимость откровения, ибо сам на себе чувствую то великое облегчение: то успокоение и умиротворение совести, которое бывает после откровения. Проступок, который все время помнишь и который тебя беспокоит, почти забываешь, когда скажешь о нем батюшке. Поэтому я решил всегда быть откровенным с батюшкой и всячески хранить свою совесть.


Никон Оптинский (Беляев)  

Вы получили некоторое спокойствие по прибытии от нас, чему завидуя, злокозненный враг вооружился против вас и смущает различными помыслами, представляя будто бы благословные причины, стараясь оными поколебать основание, на котором вы при помощи Божией желали созидать здание добродетели и благоугождать Господу. Вторая причина, что вы, желая угодить Богу, хотите скоро взойти на высоту добродетелей и мните это возможным от вас, что ясно доказывает в вас духовную гордость (в чем вы и сами себя сознаете), что, не находя деятельных плодов добра, которыми могли похвалиться, самое редкое желание добра служит ей (гордости) пищей. Эта причина доставляет удобный приступ врагу к сильному на вас нападению попущением Божиим. Вот вам две главные причины вашего смущения и беспокойства.


Лев Оптинский (Наголкин)  

Когда становимся на молитве, тогда враги ополчаются против нас, влагая разные помыслы и представляя неподобные мечты, стараясь отторгнуть от молитвы или ввергнуть в уныние. Но мы должны иметь благое произволение о приношении молитвы и стараться о собирании бродящих мыслей наших в словеса молитвы, но при нашествии оных не смущаться, а, познавая свою немощь, каяться перед Господом. Смущение за нашествие помыслов показывает малодушие наше, происходящее от гордости. Мы хотим видеть себя чистыми перед Богом, по примеру фарисея, а не грешными, как мытарь. Оттого-то нам и не дается чистота молитвы, что мы возомним о себе нечто высоко, а что высоко у людей, то мерзость пред Богом (Лк. 16, 15). Так лучше при недостатках наших смиряться и каяться, нежели смущаться, а при исправлении не высокомудствовать.


Макарий Оптинский (Иванов)