Авва Анастасий передал нам рассказ о затворнике авве Георгии. «Однажды ночью я встал, чтобы ударить в било, и слышу, что старец плачет. Подойдя к нему, я спросил: «О чем ты плачешь, авва?». Старец молчал. Я продолжал спрашивать. «Как мне не плакать,– сказал старец, вздохнув из глубины души,– когда Господь прогневался на нас! Видел я, что стою перед Кем-то, сидящим на высоком престоле. Многие, многие тысячи стоят вокруг престола, умоляя Его о чем-то, но Он непреклонен. Приблизилась некая Жена, облаченная в порфиру, и припав к Нему, воскликнула: «Будь милостив хотя бы ради Меня!». Но и тогда Он остался непреклонен. Вот почему я плачу и рыдаю в страхе перед тем, что угрожает нам». Он рассказал мне об этом в четверг утром, а на следующий день в пятницу, произошло страшное землетрясение, разрушившее города приморской Финикии».


Иоанн Мосх  

Не должен христианин сомневаться, что Бог наш – безначальный, бесконечный и потому вечный и присносущный. Он один существенно живет, не может не быть. Существо Его и естество есть сама жизнь. Все созданное имеет начало, так как Им приведено из небытия в бытие и могло бы снова не быть, если бы Он так изволил. Но Создатель как был всегда – и прежде мира, так и ныне Тот же, и вечно будет Тот же неизменно; и как прежде не мог не быть, так и не может не быть. Поэтому не только называется «Вечный», но и «вечность»; не только «Живой», но и «жизнь»; не только «Безначальный и Бесконечный», но и «безначальность и бесконечность»; не только «Пребывающий», но и «бытие». Мы называем Его «Сущий», то есть и был, и есть, и будет. И в Святом Писании Он говорит о Себе: «Который есть и был и грядет» (Апок. 1:8). И в прочих местах прекрасно изображается Его безначальность и вечность.


Тихон Задонский  

Поскольку Бог есть сама благость, само милосердие и одна лишь благая воля, тот кто вступит в единение с Ним, удостаивается бесконечного милосердия Его. Соединяются же с Ним через стяжание богоподобных добродетелей, насколько это возможно, и молитвою. Но общение через богоподобные добродетели делает заботящегося о том способным к принятию божественного соединения, однако же сам не производит его; молитва же сильная, священнодействуя, устремляет человека к Богу и соединяет с Ним, являясь по существу своему союзом разумных тварей с Создателем их, когда действо молитвы через теплое умиление и сокрушение победит страсти и страстные помыслы. Поскольку уму, пока он страстен, невозможно соединиться с Богом. До тех пор пока он таким пребывает, молясь, не получает милости Божией. Но поскольку отвергает он страстные помыслы, постольку бывает причастен покаянного сокрушения. Соответственно же сокрушению и умилению удостаивается он и милостивого утешения и, пребывая долгое время в этих чувствах, со смирением, перенастраивает, наконец, желательную силу души.


Григорий Палама  

Как печь возжженная сначала только коптит от дыма, исходящего из дров, а когда разгорится посильнее, тогда вся делается светлою подобно огню и не омрачается уже никакою копотью от дыма; так и душа, начавшая гореть божественным желанием, сначала видит вместе с огнем Духа внутрь себя и тьму страстей, исходящую наподобие дыма, и, сознавая, что эта, сущая в ней мрачность от тьмы страстей есть ее собственное дело, плачет и сокрушается, чувствуя же, как лукавые помыслы и злые пожелания попаляются тем огнем, как терны и волчцы, и превращаются и прах, радуется. Когда же все сие сгорит и естество души останется одно без страстей, тогда существенно с нею соединяется и божественный оный огонь и начинает гореть и светить в ней, тогда и она делается причастною этого мысленного огня, как печь причастная огня вещественного, — равно и тело причащается тогда этого божественного и неизреченного света и бывает огонь по причастию. Да ведаем, однако ж, что этому всему невозможно совершиться в нас, если мы не возненавидим мира и всего, что в мире, с готовностью даже и живот свой положить за сие дело Божие, как говорит Господь (Лк. 14:26). И иным образом огонь этот в нас не возгорается.


Симеон Новый Богослов  

«Господь Бог ваш есть Бог богов и Владыка владык, Бог великий, сильный и страшный, Который не смотрит на лица и не берет даров» (Втор. 10:17).«Нет подобного Тебе, Господи! Ты велик, и имя Твое велико могуществом» (Иер. 10:6).«Я Царь великий, и имя Мое страшно у народов» (Мал. 1:14).«Дивно гремит Бог гласом Своим, делает дела великие, для нас непостижимые (Иов. 37:5). Вседержитель! мы не постигаем Его. Он велик силою, судом и полнотою правосудия» (Иов. 37:23).«Иди в скалу и сокройся в землю от страха Господа и от славы величия Его» (Ис. 2:10).«Вошли Моисей и Аарон в скинию собрания, и вышли, и благословили народ. И явилась слава Господня всему народу» (Лев. 9:23).«Но жив Я, <и всегда живет имя Мое,> и славы Господней полна вся земля» (Чис. 14:21).«Поистине, Богу ли жить на земле? Небо и небо небес не вмещают Тебя, тем менее сей храм, который я построил <имени Твоему>» (3 Цар. 8:27).«Господи, Боже наш, как величественно имя Твое по всей земле! Слава Твоя простирается превыше небес!» (Пс. 8:2).«Велик Господь наш и велика крепость <Его>, и разум Его неизмерим» (Пс. 146:5).Великое Божие имя заключает в себе Его Божественные свойства, не сообщаемые никакому творению, но принадлежащие Ему одному: единосущие, безначальность, всемогущество, благость, премудрость, вездесущие, всеведение, правда, святость, истина, духовное существо и прочее. Эти собственные свойства открывает нам Дух Святой в Своем Слове и многообразно изображает их к нашему просвещению и прославлению имени Божиего. Истинное и действительное познание свойств Божиих <насколько возможно познать их человеку в этом веке> и, так сказать, «вкушение» по пророческому учению: «Вкусите, и увидите, как благ Господь» (Пс. 33:9), просвещает и изменяет человека, и так приводит к прославлению имени Божиего.


Тихон Задонский  

Представь в уме своем, что весь этот мир – мрачная, лишенная света темница, и что свет нашего солнца есть то же, что свет малого светильника, который слабо освещает всех находящихся в этой темнице, а вне его – Триипостасный Свет, высший всякого света, всякого слова и разума, неизреченный, непостижимый и неприступный, освещающий все такое, что невидимо, непознаваемо и неизъяснимо для находящихся в темнице этого мира. <Хотя есть некоторые, которые думают, что понимают это и созерцают при помощи Божественных Писаний, но есть и такие – и не большая ли часть таких – которые совсем не знают, что кроме этих видимых вещей есть невидимые и непостижимые>. Итак, когда мы со всем рвением, со всей верой и любовью взыщем не того, чтобы увидеть тот свет, который вне этой темницы мира, и те вещи, которые находятся в том свете и том мире <ибо никто еще из стремившихся к этому не сподобился и никогда не сподобится это узреть>, но будем стараться прежде всего сохранить заповеди Божии, покаяться, сокрушиться и смириться, тогда откроется и для нас как бы некое малое отверстие в этом видимом небесном крове, а через него немного покажется и тот невещественный и мысленный свет, сущий превыше небес. Как только душа увидит его, вся она приходит в восхищение и стоит, пораженная видением этого нового и преславного чуда, никогда не виданного ею до тех пор. Восхищенная на Небо, стремится она пребыть там, углубляясь мыслью в этот непостижимый свет, невечерний и непрестающий, и погружаться в созерцание его день и ночь, и уже не имеет желания опять возвращаться в темницу мира и смотреть на вещи, которые в нем. И вот это-то созерцание, как я сказал, есть созерцание новоначальных, которые недавно вышли на подвиг добродетелей. Но когда человек пребудет долгое время в таком созерцании этого света, не возвращаясь обратно в мир, тогда отверзается ему Небо ли или око сердца его, то есть ум,– не может он этого сказать определенно – отверзается, говорю, более ум или Небо, и этот свет входит и просвещает его соразмерно с тем, сколько может вместить его человеческое естество или насколько он того достоин. Если он пребудет в этом свете, то и свет этот пребудет в нем, и, просвещаемый этим светом, он будет видеть и познавать таинство за таинством и чудо за чудом, восходя от созерцания к созерцанию. И если бы кто из таковых захотел это описать, недостало бы ни бумаги, ни чернил, и времени, думаю, недостало бы изложить все подробно. Правильнее же сказать, как можно описать или пересказать то, чего нельзя выразить словом как неизреченное и невыразимое? Находясь же в этом свете или, лучше сказать, с этим светом, он не как в исступлении бывает, но видит и себя самого, и то, что вокруг него, то есть видит, в каком состоянии находится сам и в каком состоянии находятся другие. Также он предузнает и предсказывает, что, когда выйдет из этой темницы мира и тела, и особенно по Воскресении, тогда, безусловно, увидит и этот невечерний свет, насколько возможно будет ему увидеть его, и блага, сущие в нем, которых «не видел... глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку» (1 Кор. 2:9). Но поскольку он увидит их так, как они уготованы от Бога любящим Его и ими восприняты, то очевидно, что со вступлением в этот свет мы не лишимся способности познавать и видеть друг друга, но, вкусив этого осияния и созерцания этого чистейшего света, как Бога будем знать и видеть, так и друг друга в чистейшем и неизреченном веселии и радовании во веки веков.


Симеон Новый Богослов  

Солнце не прекращает движения своего, но всегда идет от востока к западу и посылает свет и теплоту на поднебесную, так и Бог никогда не прекращает благотворить, потому что таково Его естество. Бог благ по сущности: «Никто не благ, как только один Бог», по свидетельству Спасителя (Мф. 19:17), и потому Он не может не благотворить. Солнце светит и посылает тепло злым и добрым – так и вечное Солнце – Бог благотворит добрым и злым, благочестивым и нечестивым. «Благослови, душа моя, Господа» (Пс. 102:1). Да подражаем и мы в этом нашему Создателю и сотворим добро и злым, и добрым, любящим и ненавидящим нас, по увещанию апостола: «Итак, подражайте Богу, как чада возлюбленные» (Еф. 5:1). «Ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных» (Мф. 5:45).


Тихон Задонский  

«Бог сказал Моисею: Я есмь Сущий. И сказал: так скажи сынам Израилевым: Сущий [Иегова] послал меня к вам» (Исх. 3:14).«И потом сказал Он: лица Моего не можно тебе увидеть, потому что человек не может увидеть Меня и остаться в живых» (Исх. 33:20).«Господь, Бог наш, Господь един есть; и люби Господа, Бога твоего, всем сердцем твоим, и всею душею твоею и всеми силами твоими» (Втор. 6: 4-5). «Ты, Господи, светильник мой; Господь просвещает тьму мою» (2 Цар. 22:29).«И молился Езекия пред лицем Господним и говорил: Господи Боже Израилев, седящий на Херувимах! Ты один Бог всех царств земли, Ты сотворил небо и землю» (4 Цар. 19:15).«Так говорит Господь, Царь Израиля, и Искупитель его, Господь Саваоф: Я первый и Я последний, и кроме Меня нет Бога» (Ис.44:6).«Итак, кому уподобите вы Бога? И какое подобие найдете Ему? (Ис. 40:18).Кому же вы уподобите Меня и с кем сравните? говорит Святый» (Ис. 40:25).«Кто сделал и совершил это? Тот, Кто от начала вызывает роды; Я Господь первый, и в последних – Я тот же» (Ис. 41:4).«Не будет уже солнце служить тебе светом дневным, и сияние луны – светить тебе; но Господь будет тебе вечным светом, и Бог твой – славою твоею» (Ис. 60:19).«Бог есть свет, и нет в Нем никакой тьмы» (1 Ин. 1:5).«Бога не видел никто никогда; Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил» (Ин. 1:18).«И пославший Меня Отец Сам засвидетельствовал о Мне. А вы ни гласа Его никогда не слышали, ни лица Его не видели» (Ин. 5:37).«Сия же есть жизнь вечная, да знают Тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа» (Ин. 17:3).«Знаем также, что Сын Божий пришел и дал нам свет и разум, да познаем Бога истинного и да будем в истинном Сыне Его Иисусе Христе. Сей есть истинный Бог и жизнь вечная» (1 Ин. 5:20).«Бог есть дух, и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине» (Ин. 4:24).«Господь есть Дух; а где Дух Господень, там свобода» (2 Кор. 3:17).«Блаженный и единый сильный Царь царствующих и Господь господствующих, единый имеющий бессмертие, Который обитает в неприступном свете, Которого никто из человеков не видел и видеть не может. Ему честь и держава вечная!» (1 Тим. 6: 15–16).«В начале Ты, <Господи,> основал землю, и небеса дело Твоих рук; они погибнут, а Ты пребудешь; и все они, как риза, обветшают, и, как одежду, Ты переменишь их, и изменятся; но Ты – тот же, и лета Твои не кончатся» (Пс. 101: 26–28).«Я есмь Альфа и Омега, начало и конец, Первый и Последний» (Апок. 22:13). Веруем во единого Бога ... в Силу, Которая есть сам свет, сама благость, сама сущность, так как Она ни бытием, ни своими свойствами не обязана ничему другому, но Сама есть источник бытия для всего существующего, источник разума для имеющих разум, для всех причина всех благ.


Иоанн Дамаскин