Состоя в подвиге по деятельному любомудрию добродетели, внимательнее наблюдай за наветами губительных бесов. Ибо сколько положишь ты восхождений преуспеяния в высших добродетелях, сколько увеличится Божественный свет в молитвах твоих, и ты благодатию Духа Святаго внидешь в откровения и видения неизреченные, столько они, видя тебя восходящим к небесам, скрежещут зубами и старательно простирают многоплетеные сети свои по мысленному воздуху. Не только плотолюбивые и зверские бесы похоти и гнева дыхнут на тебя, но и духи богохульные в горькой зависти восстанут на тебя. Сверх того эти воздушные начала и власти, являясь наружно и не являясь в одном воображении, начнут принимать разные странные и страшные образы, чтобы смутить тебя, или вред какой причинить тебе. Но упражняясь с бодренным оком ума в делании умной молитвы, тебе нечего бояться такой стрелы, летящей во дни, потому что они даже к обиталищу твоему не смогут приблизиться (Пс. 90:5, 10), будучи, как тьма, гонимы обитающим в тебе светом и Божественным огнем опаляемы.


Никита Стифат  

Душа, которая подчинится диаволу, не может ничего более для себя делать, как только познав, в какую ниспала глубину зол и как воля ее связана чужими узами, вопиять, как из чрева адова, и призывать Бога, Сходившего в преисподняя земли, прийти к ней и освободить ее. Это одно может она делать, но разрешить себя от уз и убежать не может, как не может убежать тот, кто закован в железные кандалы и содержится в темнице под крепкими запорами. Может она призывать имя Иисуса Христа, да пошлет Он ей помощь; и когда укрепится таким образом через призывание Иисуса Христа, ибо Он есть единственный Освободитель душ наших, и почувствует, что получила помощь от Бога, тогда может и убежать из-под ига диаволова и из уз греха. Но, убегая от диавола, ей следует прибегнуть к какому-либо эконому благодати, то есть к духовному отцу, чтоб лукавый диавол не нашел ее опять неохраняемою и не похитил. Этим отцом духовным она будет обучаема и упражняема в том, что ей нужно думать, пока наконец она сделается способною носить всеоружие Божие, то есть Божественную благодать, и с нею противостоять всем козням диавола, всем этим «началам, властям, миродержителям тьмы века сего, духам злобы» (Еф. 6:12). Ибо душа, соединенная с плотью, не может одна, голая, противоборствовать таким сильным и столь многим врагам, если не будет облечена во всеоружие Божие: как и воин, даже самый мужественный, не может без оружия противостоять врагам, нападающим с копьями, мечами и щитами, и если выступит против них, тотчас будет поражен насмерть.


Симеон Новый Богослов  

Случается иной раз, что тогда как душа томится в охлаждении, безвкусии ко всему духовному, враг нападает сильнее, воздвигая дурные помыслы, срамные движения и прельстительные сновидения. Цель у него та, чтоб, вдавшись в нечаяние от чувства оставления Божия, человек опустил руки и склонился на что-либо страстное, ибо после этого ему уже легко увлечь его опять в водоворот греховной жизни. Зная это, стой твердо. Пусть бушуют волны греховные окрест сердца, но пока есть у тебя нехотение греха и желание пребыть верным Богу, кораблик твой цел. Благодать Божия отняла у тебя свои утешения, но она близ есть и наблюдает и не оставит тебя без помощи, пока произволение твое стоит на стороне добра. Стой же твердо, воодушевляясь уверенностью, что буря эта скоро пройдет, а вместе с нею прекратится и сухость твоя. Верь, что это попущено тебе на добро тебе, ибо перетерпев это время искушения, выйдешь из него с большим узнанием своей немощи, с большим смирением и большею уверенностью во всегда готовой тебе помощи Божией.


Никодим Святогорец  

Пришел к старцу какой-то господин, не верующий в существование бесов. Батюшка рассказал ему следующее:
– Приехал один барин в деревню в гости к своим знакомым и выбрал сам себе комнату для ночлега. Ему говорят: «Не ложись тут, в этой комнате неблагополучно». Но он не поверил и только над этим посмеялся. Лег, но вдруг слышит ночью, что кто-то дует ему прямо в лысину. Он укрылся с головой одеялом. Тогда этот кто-то перешел к его ногам и сел на постели. Гость испугался и со всех ног бросился бежать оттуда, уверившись собственным опытом в существовании темной силы.
Но и после этого рассказа господин сказал:
– Воля ваша, батюшка, я даже не понимаю, что это за бесы.
На это старец ответил:
– Ведь и математику не все понимают, однако она существует. – И еще прибавил:
– Как же бесы не существуют, когда знаем из Евангелия, что Сам Господь велел бесам войти в стадо свиней?
Господин возразил:
– Но ведь это иносказательно?
– Стало быть, – продолжал убеждать старец, – и свиньи иносказательны, и свиней не существует. Но если существуют свиньи, значит, существуют и бесы.


Амвросий Оптинский (Гренков)  

Пишешь, что по временам ты очень ослабеваешь, до малодушия, а иногда и до отчаяния. Знай, что главные козни вражии две: бороть христианина или высокоумием и самомнением, или малодушием и отчаянием. Святой Лествичник пишет, что один искусный подвижник отражал козни вражии их же оружием. Когда они приводили его в отчаяние, то он говорил себе и врагам: «Как же вы не так давно хвалили меня и приводили в высокоумие», – и через это отражал злой умысел вражий. Если же враги опять переметывались на другую сторону и начинали хвалить и подавать поводы к высокоумию и самомнению, то старец тут отвечал: «Как же вы не так давно приводили меня в отчаяние. Ведь это одно другому противоречит». И таким образом этот подвижник с помощью Божией отражал козни вражии их же оружием, благовременно употребляя одно против другого.
Также у тебя бывает иногда мысль восставать мужественно против врагов, и спрашиваешь, справедливо ли это? Противоположное этому малодушие показывает, что несправедливо. Не нашей меры восставать против злохитрых врагов, а всего вернее со смирением прибегать всегда к помощи и заступлению Божественному, призывая на помощь Самого Господа и Пречистую Его Матерь, как советует святой Лествичник: «Именем Иисусовым отражай врагов».


Амвросий Оптинский (Гренков)  

Что нападает на вас диавол, о том сердечно скорблю и прошу Бога, да разжженные стрелы его против вас сокрушатся. Этот душегубец не иным чем отходит от нас, только молитвой и постом, и не иным чем гордая и бесстудная шея его стирается, как только смирением. А как мы сразиться с ним не сильны, то потому святой Иоанн Дамаскин научает нас прибегать к Богу и со смирением говорить: «От юности моея многие борют меня страсти, но Сам меня заступи и спаси, Спасе мой!» бессилие его, что он на лежачего напал. Это ему бесчестие, а не нам. Притом замечено святыми отцами, что когда человек готовится к приобщению Святых Таин или ожидает встретить какой-нибудь великий праздник, то всеми силами старается диавол причинить человеку досаждение и тем смутить его душу, дабы день тот проведен был не в радости о Господе, но в печали бесовской. Причины же к нападению его на нас бывают различны, но самая главная есть осуждение ближних наших, каковой грех и без блуда, и без иного искушения оскверняет не тело только, но и саму душу нашу, чему примером могут быть Евангельские юродивые девы, которые во всю свою жизнь хранили девство и любили чистоту, но без милосердия осуждали других грешащих, а потому и Небесного Жениха Христа не удостоились встретить, и в брачный Чертог Его не впущены, хотя и долго в двери милосердия Его толкали и просили, но услышали: «Не знаю вас». Потому и вы, возлюбленные, наиболее всего блюдите око свое от презрения и осуждения ближних, через что приобретешь чистоту не телесную только, но и сердечную и удостоишься увидеть Господа, по неложному обещанию Его: «Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят» (Мф. 5:8).


Антоний Оптинский (Путилов)  

«Мужайся, и да крепится сердце твое»
(Пс. 26:14). Среди докучливых, а иногда устрашающих искушений вражиих утешай себя апостольскими словами: «Верен Бог, который не попустит вам быть искушаемыми сверх сил, но при искушении даст и облегчение»
(1 Кор. 10, 13), – и часто повторяй это слово для укрепления себя. Также презирай суетные, но злые внушения врага, угрожающего тебе погибелью. Самые угрозы его показывают тебе надежду, что он не может тебе ничего сделать, покрываемой милостью Божией. Если бы он мог что-либо сделать, то не стал бы угрожать. Ангел покаяния святому Ерму сказал, что враг диавол совершенно бессилен и ничего не может сделать человеку, если тот добровольно не согласится прежде на какой-либо грех. Поэтому, когда враг докучает тебе постыдными и скверными помыслами, прибегай к Господу, молясь псаломскими словами: «Господи! Гонители мои ныне окружили меня»
(Пс. 16:11). «Радость моя! Избавь меня от окруживших меня»
(Пс. 31:7).


Амвросий Оптинский (Гренков)  

Все это (мир) изменилось по падении. Изменился и видимый, и невидимый мир. Ангелы не утратили своего первоначального состояния, они не изменились, разве только перемена в том, что они окрепли в борьбе. Диавол после своего падения мог являться на небе среди блаженных духов, но, кроме клевет, он ничего там не делал. Господь все еще терпел, даже было возможно обращение его. Но когда диавол развратил, погубил и невинных Адама и Еву, тогда Господь сильно разгневался на него… А когда Христос был распят на Кресте, тогда уже конец. «Я видел сатану, спадшего с неба, как молнию» (Лк. 10:18), – сказал Господь Своим ученикам… Мы не знаем, какие волнения производит диавол среди людей, христиан, магометан, евреев, среди небесных планет и других тел. Ученые открывают, что лопнула какая-то комета, померкло какое-то солнце и тому подобное. А почему? Неизвестно. У диавола еще осталась ужасная сила. Ей воистину только и может противиться смирение.


Варсонофий Оптинский (Плиханков)  

В тропаре святым мученикам сказано, что они «сокруши и демонов немощные дерзости». Действительно, дерзость бесов невообразима и кажется не имеющей границ: они пытаются искушать решительно всех. Сколько, например, дерзости в желании искушать и бороть святых апостолов: «сеять как пшеницу» (Лк. 22:31). Но и немощь их ясна всякому верующему. Они без дозволения не могли причинить зла даже свиньям (Мк. 5:1-20); как определенно и ясно говорит святой апостол Иаков, что нужно только твердой верой воспротивиться диаволу – и он обратится в бегство (Иак. 4:7). Да будет это нам утешением. Кто будет бороться с диаволом по указанию слова Божия и разъяснению, преподанному нам святыми отцами, испытавшими эту брань и победившими врага при помощи Божией, тот может надеяться на победу.
«Сила Божия в немощи совершается» (2 Кор. 12:9).


Никон Оптинский (Беляев)  

Когда человек Божий все почти победит в себе страсти, два беса остаются еще ратующими против него, из которых один душу томит, возбуждая его по великому боголюбию к непомерной ревности, так что он не хочет допустить, чтоб другой кто угодил Богу больше его, а другой — тело, возбуждая его огненным некиим движением к похотению плотскому. Бывает же это с телом, во-первых, потому, что такая сласть похотная свойственна естеству нашему, как вложенная в него чадородия ради, почему она и неудобь побеждаема; а потом и по попущению Божию. Ибо когда Господь увидит кого из подвижников слишком высоко восходящим в приумножении добродетелей, тогда попускает ему иной раз быть возмущаемому этим скверным бесом, чтоб он почитал себя худшим всех живых людей. Такое нападение страсти сей иногда бывает после совершения добрых дел, а иногда прежде того, чтоб движение; сей страсти, предшествует ли оно делам или последует, заставляло душу казаться пред собою непотребнейшею, как бы ни были великими совершенные ею дела. Но против первого <беса, чрезмерную ревность возбуждающего> будем бороться усугублением смирения и любви, а против второго <беса похоти плотской> — воздержанием, безгневием и углубленною памятью о смерти, чтоб через это, чувствуя в себе непрестанно действо Святого Духа, сделаться нам в Господе высшими и этих страстей.


Диадох  

Весьма искусен в зле и многохитер, — лучше сказать, многоопытен, — духовный и началозлобный змий. Одними способами он умеет сковывать благое расположение и делание наше; а если бы не смог воспрепятствовать началу этого, иные измышляет уловки, которыми приводит в негодность совершение этого; а если бы не смог привести в негодность совершение этого где-нибудь на середине дороги, опять же он знает иные ухищрения и иные способы, которыми он и завершившееся дело сводит на нет и, более того, приводит к гибели тех, которые не бывают всецело внимательными к делу. И, прежде всего, он представляет нам многотрудность и труднодостижимость, а потому наводит на нас нерадение и отчаяние как на стремящихся к невозможному и слишком трудному и поэтому, конечно, не могущих привести в дело намерение; кроме того, он внушает подвизающимся и неверие относительно обещанных Богом наград.


Григорий Палама  

Князь этот <диавол>, падший чрез лишение света, тотчас оказался во тьме, и со всеми вместе с ним падшими с неба <духами> находится во тьме, и в ней, во тьме... царствует над всеми держимыми в ней бесами и людьми. Всякая душа, не видящая света жизни, светящего и днем и ночью, мучима им бывает, уязвляема, томима, восхищаема и связываема, и повседневно искалывается стрелами удовольствий, хотя и мнит, что сопротивляется и не падает. Но в поте <лица>, с одним великим трудом и подвигом она всегда ведет с ним непримиримую брань. Всякая же душа, видящая Божественный Свет, от Которого он ниспал, презирает его и, будучи осияваема Самим неприступным Светом, попирает этого князя тьмы, как листья, ниспадшие на землю с высокого дерева, ибо силу и власть он имеет во тьме, во свете же делается совершенно мертвым трупом. Слыша же о Свете, внимай, о каком Свете говорю я тебе. Не подумай, что я говорю об этом солнечном свете, ибо во свете его ты видишь многих людей, согрешающих, как и я, ужасно бичуемых, падающих, и испускающих пену среди дня, и невидимо страждущих от злых духов <...>
Душа, утучненная всякими добродетелями, вся возжжется от него, насколько возможет увидеть, насколько вместит ввести в свою храмину. И тогда, просвещаясь, добродетели, как приобщившиеся Божественного Света, и сами называются светом, лучше же и они суть свет, срастворившись со Светом; и <как> свет, просвещают самую душу и тело и поистине светят, во-первых, тому, кто стяжал <их>, а затем и всем прочим, находящимся во тьме жизни.


Симеон Новый Богослов