Бесы

Лукавый князь облек грехом душу, все существо ее, и всю осквернил, всю пленил в царство свое, не оставил в ней свободным от своей власти ни одного члена ее, ни помыслов, ни ума, ни тела, но облек ее в одежду тьмы.

Сопротивник употребляет тысячи средств, желая ослабить произволение, отвлечь от надежды и любви ко Господу, различно нападая на душу, или посредством духов злобы причиняя ей внутренние скорби, или всевая в нее лукавые, суетные, непозволительные и скверные помыслы, приводя ей на память прежние грехи, даже осуждая душу, чтоб произволение ее пришло в расслабление, при мысли, что невозможно получить спасение, а чрез это душа ввергается в безнадежность, рассуждая, что из нее самой рождаются в сердце эти нелепости суетных и лукавых помыслов, а не всеваются в нее чуждым духом, вносящим внутрь ее грех, между тем как мысль сию внушает злоба врага, которая, чтоб довести душу до отчаяния, не хочет сделать известным, что при душе есть чуждый Богу дух мирского заблуждения.

Бог удалил диавола, как какого-нибудь разбойника и мучителя, он не смеет напасть, если только не застигнет кого-нибудь в своих владениях безоружным и одиноким, не дерзает приблизиться, если не увидит, что мы идем пустыней, а эта пустыня и жилище диавола есть не иное что, как грех.

Никто, решаясь бороться, не ожидает получить венка без ран, поэтому и ты, начав всеми силами бороться с диаволом, не гонись за безопасной и полной приятностей жизнью, потому что не здесь Бог обещал тебе награды и обещания, а все славное в будущем веке.

Удивительно для тебя, говоришь ты, почему иные из злых духов требовали, чтобы служитель их был правдив, а действуя сами, не переставали делать неправду. Об этом рассуждаю так: чтобы служащий им был правдив, требовали потому, что представляли из себя богов, служили же неправде потому, что по произволению были лукавы.
Поскольку знали, что из людей многие чтут добродетель, то, чтобы их почитали добрыми, показывали вид, будто бы любят добродетельных, и вскоре преступными своими поступками изобличали свой склонный ко злу ум.

Бесы наполняют образами ум наш, или, лучше, сами облекаются в образы по нам, и искушение вносят, соответственно привычке господствующей и действующей в душе страсти, ибо этой привычкой страстной они обыкновенно пользуются к размножению в нас воображений страстных, и даже во сне мечтание наше делают богатым воображениями: причем преобразуются бесы похоти иногда в свиней, иногда в ослов, иногда в коней похотливых и огневидных, иногда в жидов наиболее невоздержных; бесы гнева — иногда в язычников, иногда во львов; бесы пьянства и объедения — в сарацин; бесы корыстолюбия — иногда в волков, иногда в тигров; бесы лукавства — иногда в змей, иногда в ехидн, иногда в лисиц; бесы бесстыдства — в собак; бесы лености — в кошек. Бывает, что бесы блуда иногда превращаются в змей, иногда в ворон и грачей; в птиц превращаются наиболее воздушные бесы. Трояко же фантазия наша изменяет воображение бесов, по причине трехсоставности души, представляя их в виде птиц, зверей и скотов, соответственно трем силам души — желательной, раздражительной и мыслительной. Ибо три князя страстей против этих трех сил вооружаются, и какою страстью наполнена душа, сродный с тою они принимают образ, в котором и приступают к ней.

Великая их толпа в окружающем нас воздухе, и они не далеко от нас. Великая также есть между ними разность. Но о естестве их и различии слово было бы очень продолжительно, и притом говорить об этом более прилично тем, которые выше нас, чем нам. Нам же ныне нетерпящая отлагательство настоит нужда узнать только их против нас козни.

Когда не может диавол прямо увлечь нас к злу и уловить обманом, он не делает насилия, не принуждает, нет, а только обольщает, и как увидит, что мы беспечны, то и полагает нам преткновение, — так, когда не успеет он явно грехами повредить нашему спасению, тогда часто самими добродетелями, какие мы совершаем, тайно обольстив нас, губит все наше богатство.

Князь мира этого волнует всякую душу нерожденную от Бога.

Диавол дерзкого грешника учит укорять других, а обличителя — бояться, чтобы, по боязливости его, был не уврачеван порочный.
Смотри, лукавый делает нас внутренно гнусными, а снаружи придает нам красивый вид, чтобы стали мы отвратительным гробом, полным нечистот.

Как Господь хочет, чтоб человек через человека спасаем был, так диавол усиливается, чтоб человек через человека погубляем был.

Для диавола и для помыслов, от него влагаемых, ничто так не страшно, как мысль, занятая предметами божественными, душа, постоянно прилежащая к этому источнику.

Демон, который сам пребывал между вышними силами, но по развращению воли и безмерности злости ниспал с той высоты, употребил великую хитрость, чтобы лишить человека благоволения Божия и, сделав его неблагодарным, лишить его всех благ, дарованных ему человеколюбием Божиим.

Общение со святыми Ангелами несвойственно нам по причине падения. Нам свойственно, по той же причине, общение с духами отверженными, к разряду которых мы принадлежим душой. Духи, чувственно являющиеся людям, пребывающим в греховности и падении – демоны, а никак не святые Ангелы.

Прежде, чем совершено беззаконие, враг весьма умаляет таковое в глазах людей, по совершении же греха, лукавый до крайности увеличивает значение беззакония в глазах того, кто впал в таковое. Воздвигает при этом на него волны отчаяния.

Большой подвиг необходим душе, удержанной западнями супостата и впавшей в сети греховности, чтобы суметь через покаяние освободиться.

Глава и князь царства тьмы, составленного из падших духов , – падший херувим, он – начало, источник, полнота зла.

Между нечистыми духами есть и такие, которые в начале нашей духовной жизни толкуют нам Божественные Писания. Они обыкновенно делают это в сердцах тщеславных и, еще более, в обученных внешним наукам, чтобы, обольщая их мало-помалу, ввергнуть наконец в ереси и хулы. Мы можем узнавать это бесовское богословие, или, лучше сказать богоборство, по смущению, по нестройной и нечистой радости, которая бывает в душе во время этих толкований.

О, если бы не похитил меня неприязненный диавол и не скрыл в темницах ада, за ненавистными затворами тьмы! Он страшен и злокознен для друзей Твоих, Господи. Но знаю, что избегну его, если Ты обо мне  памятуешь и непрестанно ограждаешь меня словом Своим и мыслью о Тебе.

Подумай, сколько времени диавол ведет свою борьбу, из-за чего он бьется, — и веди себя осторожнее.

Бесы тщеславия — пророки в снах... Бесы о будущем ничего не знают по предведению.

Те из подвижников, которые не приобрели дара рассуждения духов, не усмотрели в себе своего падения, не поняли, что Христос для христианина — все; что должно отвергнуть самое добро падшего естества и отречься души своей, которые по этой причине способны к самомнению... подверглись великим бедствиям и самой погибели от чувственного явления духов, последовавшего по поводу изнурения плоти телесными подвигами и вкравшегося в душу самомнения. Когда духи... пленят... человека в тайно сердца и ума его, тогда... удобно действуют снаружи. Человек вверяется лжи, думая, что он доверяет чистейшей истине.

Бог для того попускает ангелам сатаны нападать на рабов Его и причинять им бесчисленные бедствия, чтобы проявилась сила Его.

Демон производит посмешище в народном собрании, уничижение в доме, смущение в церкви, пожирание плоти, немощь души, повседневную скорбь, путы ума, препятствие в делах.

Диавол не хочет дать человеку насытиться низменными вожделениями, поскольку в душах, склонных к изменению, насыщение обычно производит перелом в отношении к ним.

Состоя в подвиге по деятельному любомудрию добродетели, внимательнее наблюдай за наветами губительных бесов. Ибо сколько положишь ты восхождений преуспеяния в высших добродетелях, сколько увеличится Божественный свет в молитвах твоих, и ты благодатию Духа Святаго внидешь в откровения и видения неизреченные, столько они, видя тебя восходящим к небесам, скрежещут зубами и старательно простирают многоплетеные сети свои по мысленному воздуху. Не только плотолюбивые и зверские бесы похоти и гнева дыхнут на тебя, но и духи богохульные в горькой зависти восстанут на тебя. Сверх того эти воздушные начала и власти, являясь наружно и не являясь в одном воображении, начнут принимать разные странные и страшные образы, чтобы смутить тебя, или вред какой причинить тебе. Но упражняясь с бодренным оком ума в делании умной молитвы, тебе нечего бояться такой стрелы, летящей во дни, потому что они даже к обиталищу твоему не смогут приблизиться (Пс. 90:5, 10), будучи, как тьма, гонимы обитающим в тебе светом и Божественным огнем опаляемы.

И ночью и днем блуждая по воздуху, они есть делатели и слуги злобы, и тщательно строят против нас козни. Они изнемогают от зависти и ненависти, которых хорошо избегать, если мы, люди, хотим быть своими Богу, тогда как они ниспали из содружества с добром.

Злобный диавол строит козни. Так как он видит, что молитва доставляет нам величайшую пользу, то особенно тогда и нападает, чтобы отнять у нас защиту, чтобы отпустить нас домой из храмов с пустыми руками.

Если и в ангела светлого преобразуется диавол для обольщения и погибели обольщаемых, то чему дивишься, услышав, что он часто принимает на себя вид зверей, скотов и птиц?

В нашей власти — не увлекаться обольщением диавола, если хотим только немного бодрствовать и трезвиться, не потому, однако, чтобы мы сами по себе имели такую силу, но потому, что в таком случае мы удостаиваемся и помощи свыше.

Как демоны признают весьма важным для себя скрыть себя от человека, так для человека очень важно понять, что они — начальные делатели греха, источник наших искушений.

...Диавол, как скоро увидит, что в душе написан закон Божий, а сердце сделалось скрижалями этого закона, уже не будет более приступать.

Большею частью во время празднеств и святых собраний, особенно же когда кто намеревается приступить к таинственной Трапезе, демоны стараются осквернить подвижника срамными мечтаниями и истечением семени. Но и этим не успевают они сокрушить или расслабить навыкшего все переносить терпеливо и мужественно. И пусть не хвастают на наш счет эти в дугу сгибающиеся, как змеи, будто они прямы и несгибаемы.

Не только бесы — сосуды диавола, но и люди, творящие его дела.

Христос мог бы прогнать диавола и далеко, но позволил ему рыкать около <стада>, чтобы заставить тебя быть бодрым и заботливым и постоянно прибегать к матери <Церкви>, чтобы находящиеся в стаде, слыша голос его, больше соединялись между собою...

...Подобно тому, как не столько мы наблюдаем за ворами, сколько они за нами, так в особенности диавол ко всем присматривается, подстерегает, скрежещет зубами.

Змий любит делаться мухою, чтобы услаждаться гнойною кровью нечестия. В лукавых живет он как змий, а в распутных делается мухою... в почитающих себя безопасными бывает беспокойным комаром.

Диавол любит злодействовать тайно; любит быть непримеченным... будучи обличен и объявлен, кидает добычу свою, уходит.

...Успех... браней <с диаволом и властями тьмы> зависит не от естества тел, а от произволения души.

...Противник Христа преследует, нападает только на стан Христа и Его воинов.

Бегите диавола, как жестокого стража темничного, питающегося несчастием грешных и извлекающего из того выгоду. Ибо как Бог утешается правдами нашими, так виновник греха радуется падениям нашим.

Враг не знал, что святые победят; иначе, как зложелательный, не вступил бы в борьбу с тем, кто будет увенчан. А если знал, то значит, что стал он доброжелательным. Если же стал доброжелательным, то для чего низлагает падающих?

...Если <дьяволу> не удается увлечь и погубить человека при помощи дурных пожеланий, тогда уже он наносит ему скорби, чтобы омрачить его ум и, воспользовавшись этим, посеять то, что ему нужно.

...Как молния, исшедшая из своего места, никогда не возвращается обратно, так и сатана упал и никогда не восстанет вновь в своей власти.

Везде <диаволу> нужно только начало, — это для него самое трудное, когда же начало сделано, тогда он уже сам собою все подвигает вперед.

...Часто случалось, что укрепленных городов не могли разрушить оружия и машины внешних неприятелей, а измена одного или двоих из живущих в них горожан без труда предавала их врагам. И теперь если никакой из внутренних помыслов не предаст тебя, то хотя бы лукавый придвинул извне тысячу машин, придвинет напрасно.

...Как пираты... минуют корабли с песком, а если где-нибудь увидят с дорогою кладью и с хранящимся в них богатством, нападают на них, пробуравливая снизу, поражая сверху, употребляя всякую хитрость, так и диавол обычно поражает, завидует и коварствует в особенности против собравших много добродетели.

...Власть <диавола> есть власть временная... она прекратится вместе с настоящим веком...

Лукавый, видя, что облеченные плотию всякими степенями восходят на небо, налагает на них всякого рода бремена, чтобы с высоты низвести их долу, чтобы совратить их с пути, ставит им множество препятствий.

Лукавый может и молчащего предать смерти чрез другого говорящего, и кому невозможно умереть от уст, того убивает чрез слух, и невинного делами умерщвляет помыслами.